Утонувший великан - Джеймс Грэм Баллард

коридоре изящные тапочки жены, беспечно подумал, что с Мириам ничего страшного не случится, и все внимание обратил к мысу, непреклонному под непрерывной канонадой брызг. Пелена мелких капель делала фигуру, застывшую на гребне, еле различимой.

По мере того как Мэйсон продвигался вперед, иногда проваливаясь в воду по плечи, море подбрасывало ему препятствия в виде кустистых колоний светящихся водорослей. От соленого воздуха у него щипало в глазах. Он добрался до нижних склонов мыса, почти обессилев, и упал на колени. Высоко над его головой, стекая по узким расщелинам в теле утеса, пела вода на фоне глухого рева прибоя. Увлекаемый призывом, звучащим в этой музыке, Мэйсон принялся карабкаться по склону, оставляя внизу море, отразившее бесчисленные луны. Когда он достиг вершины утеса, порыв ветра скрыл краем черного плаща лицо женщины – его глазам в тот момент предстали лишь ее крепкие бедра и жесткая, прямая спина. Глубокие басы бурунов, перекрываемые дискантом усиливающегося ветра, терзали ему слух; а она вдруг развернулась – и пошла прочь, словно поплыла по воздуху.

– Подождите меня!

Его крик потонул в воздухе. Мэйсон бросился вперед, а фигура обернулась и уставилась на него. Ее белые волосы окутали лицо спереди, подобно струйкам серебристого пара, а затем разделились, являя лицо с пустыми глазами и разрезанным ртом. Рука, похожая на связку белых прутьев, потянулась к нему, и фигура восстала сквозь клубящуюся тьму, как гигантская птица.

Не зная, вырвался ли вопль из его собственных уст или из гортани этого призрака, Мэйсон отшатнулся. Не успев обрести равновесие, он споткнулся о деревянные перила – и под звон цепей и стук противовесов лебедки подъемника упал навзничь в шахту.

Во тьму, где шумело, волнуясь, море.

* * *

Выслушав рассказ полицейского, профессор Гудхарт покачал головой.

– Боюсь, что нет, сержант. Мы работали над установкой подъемника и заграждений всю неделю. Никто не падал в шахту. Ну, одна перекладина вроде как разболталась. Так что спасибо за предупреждение. Полагаю, нам следует соорудить перила покрепче, если этот парень бродит по округе во сне.

– Не думаю, что лунатик смог бы вскарабкаться сюда, – сказал сержант. – Подъем-то не из простых. – подумав, он добавил: – В библиотеке, куда он часто наведывался, сказали, что вчера вы нашли в шахте пару скелетов. Я, конечно, знаю, что прошло всего два дня с тех пор, как он исчез, но один из скелетов никак не мог принадлежать ему? Может, там на дне скопилась какая-нибудь природная кислота, и…

Профессор посмотрел на него как на невежду, и сержант развел руками:

– Ну, не обессудьте – его жена безутешна. Намерена любой ценой найти этого гуляку Мэйсона. Надо же мне хоть что-то ей сказать…

Гудхарт придавил подошвой меловую почву.

– Чистый карбонат кальция толщиной примерно в милю. Слой образовался в триасовый период, двести миллионов лет назад, когда здесь было большое внутреннее море. Скелеты, найденные нами вчера, мужской и женский, принадлежат двум кроманьонцам. Очевидно, это рыбаки, которые жили тут на берегу незадолго до того, как все окончательно высохло. Другой вопрос, как они попали в этот древний слой – шахту затопило только тридцать лет назад, и до того в ней велись работы… Хотел бы я быть вам полезен, сержант. Но, боюсь, тут все решается археологической, а не криминологической наукой.

Вернувшись к полицейской машине, сержант покачал головой. Отъехав, он взглянул на бесконечную вереницу тихих пригородных домов еще раз.

– Значит, когда-то здесь разливалось древнее море. Миллион лет назад. – он подобрал с заднего сиденья мятую фланелевую куртку Мэйсона. – А я-то все думал, чем это таким она вся пропахла… конечно же, морем!

1962

Now Wakes the Sea. Первая публикация в журнале Fantasy & Science Fiction, май 1963.

Охотники Венеры

Перевод Г. Соловьевой

Поступая на работу в Мемориальный институт Хаббла в обсерватории Маунт-Вернон, доктор Эндрю Вард и думать не думал, что самым близким из новых знакомых станет для него Чарльз Кандински, астроном-любитель и пророк от нечего делать, которого сотрудники обсерватории снисходительно именовали сумасшедшим. На самом деле, если бы они с замдиректора института профессором Кэмероном предвидели, как далеко заведет эта дружба за двухлетний срок, Вард покинул бы Маунт-Вернон в день приезда и не позволил бы вовлечь себя в нелепую и на удивление ироничную трагедию, оставившую неизгладимый след в его карьере.

С Кандински его познакомил профессор Кэмерон. Примерно через неделю после приезда Варда они вместе завтракали в институтском кафетерии.

– Кофе выпьем в Вернон-Гарденс, – сказал Кэмерон, доедая десерт. – Мне нужен шампунь для роз Эдны, а потом посидим часок на солнышке, полюбуемся на девушек.

Они неторопливо прошли мимо уличных столиков к парковке. За милю от них над редеющими выше по склону хвойными деревьями мраморно блестели на фоне неба три больших купола Вернона.

– Кстати, там можно познакомиться с оппозицией.

– В Верноне есть еще одна обсерватория? – спросил Вард, когда «бьюик» Кэмерона выехал на дорогу. – Или вы о метеостанции военной авиации?

– Вы еще не слышали про Чарльза Кандински? – ответил Кэмерон. – Автор книги «Десант Извне». Она вышла года три назад.

Вард с сомнением покачал головой. Они проехали пропускной пункт у ворот. Кэмерон помахал охраннику.

– Он уверяет, что видел внеземных жителей, марсиан или венерианцев. Такой вот он, наш Кандински. Мало сказать – видел, – добавил профессор, – он с ними разговаривал. Чарльз работает в кафе в Вернон-Гарденс. Мы хорошо знакомы.

– У него тоже обсерватория?

– Да, старый четырехдюймовый рефрактор Макдональда в ведре с цементом. Вы, может быть, скажете, что это немного, но хотел бы я увидеть через наш «два-пятьдесят» то, что видит он.

Вард неопределенно кивнул. Обе обсерватории, где он успел поработать – Кейптаунская и Миланская астрографическая, – привлекали множество психов и шарлатанов, претендующих на великие открытия, так что перспектива знакомства с Кандински его не слишком заинтересовала.

– Шутник или маньяк?

Профессор Кэмерон поднял очки на лоб и закрепил их шпилькой.

– Ни то, ни другое.

Вард улыбнулся, лениво рассматривая пухлое ангельское личико Кэмерона с оттопыренными губками и острыми глазками. Он знал, что профессор пользуется репутацией остряка.

– Он и при вас уверял, будто видел… венерианцев?

– Не раз, – кивнул профессор Кэмерон. – Чарльз два-три раза в неделю читает лекции о посещениях Земли в женских клубах и готов предоставить себя в наше распоряжение. К сожалению, нам пришлось отказаться – мы для него недостаточно прогрессивны. Впрочем, подождите, сами увидите.

Вард пожал плечами и стал смотреть в окно на протянувшиеся под ними плавно изогнутые персиковые террасы в золоте августовского зноя.