Арморн — Сталь вместо заклинаний - Филин Глитч

class="p1">— Если я найду путь, то уйду. Валье останется без барона. Производство тоже пока зависит от меня: я решаю, что делать в столице, что отправлять в Валье и когда оружие можно выдавать полкам. Вы должны узнать об этом раньше остальных.

— Доказать свою историю можете?

— Пока нет. Поэтому я не прошу поверить мне. Прошу учитывать, что однажды могу не вернуться.

Теодор посмотрел на приговоры, потом на донесение Вейна.

— Верить в другой мир я пока не обязан. Но обязан подготовить корону к вашему возможному уходу.

— Этого достаточно.

— Тогда сначала решите судьбу Валье. Назначьте законного управляющего и закрепите наследование, чтобы после вашего ухода не начался спор за баронство.

Теодор коснулся пальцем донесения Вейна.

— Потом доведите оружейную цепь до конца. Столица делает детали, Валье заканчивает и испытывает стволы, полки получают оружие после проверки. Всё это должно работать без вас.

— Бурт и Зир уже сделали две полноразмерные впайки без моего дара.

— На двух заготовках, — поправил Теодор. — Готовыми стволами Лор назовёт их только после обработки и пробы.

— Верно.

— Сначала завершите эту работу. Потом вернёмся к опытам Тальса.

Я поднялся. Только в коридоре заметил, что сжал шапку здоровой рукой так сильно, что онемели пальцы. Я разжал их, надел шапку и пошёл к выходу.

На Пушечный двор я вернулся на следующий день.

Первый коронный ствол лежал у стены. Гесс вырубил кусок казённой части и открыл внутри пустоту величиной с грецкий орех. Она образовалась, когда бронза остывала и сжималась. Гесс сохранил разрубленный ствол и запись о плавке, чтобы мастера не повторили ту же ошибку.

Второй ствол стоял за земляным валом на испытательном лафете. Для него переделали форму. Над казённой частью расширили воронку для заливки. Бронзу лили без остановки. Металл в воронке дольше держали жидким. Пока ствол остывал, бронза стекала вниз и заполняла возникавшие пустоты.

Перед испытанием канал проверили тремя калибрами. Поперёк ствола провели линии мелом. Если бронза треснет или сдвинется, линии разойдутся.

Испытательный заряд сделали на четверть тяжелее будущего штатного. Я проверил цепи, которыми лафет притянули к врытым брёвнам, и отошёл за вал. Фитиль проложили по железному желобу. Гесс поджёг его.

Выстрел поднял над валом землю и сухую траву. Одна цепь лопнула у крайнего звена. Лафет сдвинулся на ладонь и упёрся в брус, но ствол остался на цапфах.

Мы дождались, пока рассеется дым и остынет бронза. Гесс провёл калибр по каналу, затем измерил казённую часть в трёх местах. Меловые линии остались целыми, края запального отверстия не раскрошились. Из канала вышла только сухая чёрная сажа, без бронзовой стружки.

— Выдержал, — сказал Гесс.

— Один выстрел.

— Поэтому приёмочного клейма не ставлю.

Он отложил клеймо с короной и взял узкое, с буквой «О» и цифрой два. Буква означала опытный ствол, цифра указывала на вторую отливку. Гесс один раз ударил молотком. Теперь ствол разрешалось осмотреть и испытать снова, но серийной пушкой он ещё не считался.

В конторе Велль ждал нас с четырьмя копиями листа сборки. У замка, ложи и комплекта крепежа были собственные номера мастерских. В листе их записывали под одним номером будущего ружья. Отдельные строки оставили для номера вальеского ствола, дорожного листа и названия полка, который получит оружие.

Одну копию взял Гесс, вторую отправляли Лору, третью Вейну. Четвёртая оставалась у Велля.

— По этому листу можно будет узнать, где сделали каждую деталь, каким обозом её отправили и в какой полк выдали ружьё? — спросил Велль.

— Можно. Но сначала нужно проверить, подойдут ли детали друг к другу без переделки.

— Что осталось сделать?

— В Валье соединить коронный замок и ложу с принятым стволом. Если напильник не понадобится, Лор впишет номер ствола и отправит готовое ружьё в полк.

Велль оставил пустой квадрат в графе приёмки.

— Заполним после ответа Лора.

Бурт и Зир выехали на рассвете следующего дня. Два опечатанных короба с заготовками положили поперёк подводы на войлок и крепко притянули ремнями. Книгу с порядком нагрева и охлаждения завернули в вощёную кожу, убрали в железный ящик под сиденьем и опечатали. Вторая копия книги оставалась у Гесса.

Для следующей контрольной впайки везли отдельный запас эфирита. Его положили в другой железный ящик под печатями Крейн и Велля.

Дорожный смотритель отвёл на путь до Валье девять дней. Дождь мог задержать подводу, если размоет участок за Серой Бродой. Я записал в дорожном листе три приказа: короба в пути не вскрывать, заготовки готовыми стволами не считать, после приезда дать Зиру день отдыха.

Ниже перечислил работу, которую предстояло выполнить в Валье. В заготовках нужно было просверлить каналы, осмотреть эфиритовые швы изнутри и сделать нарезы. Затем каждый ствол следовало испытать двойным зарядом. Только после этого Лор мог поставить приёмочную метку.

Бурт ещё раз проверил ремни.

— Вы с нами?

— Поеду следом. Сначала закончу грамоту для Валье.

— Тогда не присылайте третий приказ на развилку. Двух прежних хватило.

— Не пришлю.

Зир уже дремал, прислонившись к борту. Возчик медленно вывел подводу за ворота, чтобы колёса не ударились о каменный порог. Я дождался, пока она свернёт на северную дорогу, и вернулся в контору.

На столе осталась копия общего листа Велля с пустой графой приёмки. Рядом лежал черновик грамоты с именами Олафа и Лора.

Глава 23

Последняя приёмка

Грамоту принесли после полудня. На четырёх листах уместилось то, ради чего Теодор задержал меня в Аркенбурге ещё на день: Валье нельзя было делить, отдавать за долг или передавать новому владельцу вместе с мастерскими. Если я погибну или пропаду, Олаф продолжит управлять баронством от имени короны. Лор сохранит арсенал, школу и право принимать оружие. Велль будет сверять казённую долю по тем же книгам, которыми мы уже пользовались.

Я перечитал листы дважды. Ладонь ещё тянуло под повязкой, поэтому я писал медленно и посадил кляксу возле своего имени.

— Валье останется целым, — сказал Теодор.

Он стоял у окна и смотрел, как писец посыпает подпись песком.

— Если я исчезну.

— Именно. Мастерские, шахту и землю не разделят, пока корона решает вопрос о наследовании. Сейчас это важнее.

Я поставил печать Валье. Теодор приложил коронную рядом. Третью копию Велль забрал в казённый архив, вторую сложили для Лора, первую я убрал в кожаный тубус.

Крейн ждала во дворе у двух осёдланных лошадей. Рядом стоял узкий ящик, обитый медью. Тетрадь Тальса в кожаном чехле она привязала к седлу.

— Совет отпустил вас? — спросил я.

— В решении записано: проверить расход эфирита. Так Совету проще объяснить мою поездку.

— А на сколько дней?