Истинная роза северных варваров - Татьяна Бэк

Первый удар теневых воинов пришёлся на строй наших людей. Звон стали, крики, шипение тьмы — всё это смешалось в какофонию битвы. Хеймдар отбивал атаки сразу трёх противников, его топор вращался с немыслимой скоростью. Но даже он уставал, даже его звериная сила имела предел.

— Хельги, — снова прошептала, прижимая ладонь ярла к своей щеке. — Ты нужен нам. Мне… Ты говорил, что хочешь быть равным. Так будь. Мы с Хеймдаром… мы допустили ошибку, — ужасную, непростительную. Но она не отменяет того, что ты — часть нас. Часть меня.

Ледяные пальцы дрогнули в ответ. Слабое, едва уловимое движение. Но я почувствовала его.

— Когда ты ушёл… когда тебя утащили… у меня внутри образовалась пустота, — говорила я, слёзы текли по моим щекам и капали на его руку. — Я пыталась заполнить её чем попало. Но это не работает. Пустота заполняется только тем, что из неё вынули. Тобой. Понимаешь? Только тобой.

Из-за слёз не видела лица мужчины, но почувствовала, как его ладонь, лежащая в моей, чуть сжалась. И в ту же секунду чёрный шрам на его руке… вспыхнул золотым светом. Слабым, прерывистым, как свет далёкой звезды, но настоящим.

Хельги открыл глаза.

Они были мутными, затуманенными болью, но в них больше не было той ледяной пустоты, лишь ярость и решимость. И было что-то ещё, чему я не смела дать имя, но что заставило моё сердце биться быстрее даже в этом аду.

Ярл посмотрел на меня, перевёл взгляд на брата, который спиной прикрывал нас от наседающих теней. Потом — на Каина, стоящего по ту сторону битвы.

— Ты… — прохрипел истинный. Голос был слабым, но в нём звучала прежняя холодная сталь. — Ты думал, что сломаешь меня. Что сделаешь марионеткой, но ошибся. Я не стал твоим, потому что я часть чего-то большего и важного.

Хельги медленно, с невероятным усилием, сел. Его тело подрагивало от каждого движения, но варвар не позволил себе упасть.

Каин смотрел на него с неподдельным изумлением. Его тени на мгновение замерли, словно потеряв концентрацию.

— Ты… ты не можешь. Я выпил твою волю до дна. Ты пуст.

— Ты выпил только страх, — возразил Хельги, и на его бледных губах появилось подобие улыбки. — Но во мне живёт нечто более сильное.

Он поднял свою руку с чёрным шрамом, теперь уже не просто треснувшим, а сияющим изнутри золотом и посмотрел на брата.

— Хеймдар.

Тот обернулся на мгновение, отражая очередной удар. Их взгляды встретились.

— Ты должен мне, — сказал Хельги. — И я забираю долг. Прямо сейчас.

Хеймдар понял без слов. Он отступил на шаг, прикрывая нас двоих, и протянул свою руку с нашей общей меткой, и мы с Хельги потянулись в ответ. И в тот момент, когда наши три руки соединились, метки на телах вспыхнули в унисон чистым, ослепительно-белым пламенем, которое не жгло, а очищало.

Чёрный шрам на руке Хельги треснул окончательно, рассыпаясь в прах. И из-под него, свежая, розовая, чуть влажная от сукровицы, показалась новая кожа. И на ней, ярко и неоспоримо, горела наша метка: сплетённые коготь, снежинка и цветок.

Каин закричал от боли. Его собственная метка на ладони вспыхнула и погасла, оставив после себя лишь чёрный, обугленный ожог. Связь, которую он так старательно выстраивал, была выжжена силой нашей троицы.

— Это… невозможно… — прошептал он, отступая в своё чёрное озеро. Его тени колебались, теряли форму, растворяясь, как клубы тумана.

На секунду враг ещё имел физическую форму, а затем начал распадаться на куски, словно разбившаяся статуя.

Мы неверяще смотрели на происходящее, и когда всё закончилось, Хельги повернулся ко мне. В его светлых глазах, наконец-то, исчезла последняя тень отчуждения.

— Простите меня, — тихо сказал он.

— Прости нас, — ответил Хеймдар так же тихо. — За всё.

Мне не верилось, что нам удалось одержать победу, но мы это сделали, пусть и потратив на это все силы, совершив множество ошибок. Но это сделало нас сильнее и ближе друг к другу.

Глава 38

Свет нашей общей метки, вспыхнувший в подземном зале, разил Каина сильнее, чем оружие, это было само отрицание его сути. Он отступал в своё чёрное озеро, вопли становились всё тише, пока не стихли совсем, поглощённые той же тьмой, из которой он черпал силу. Тени, его порождения, таяли на глазах, оставляя после себя лишь лёгкий горьковатый запах и пятна на камне.

Мы победили. Но никто не кричал от радости. Мы просто стояли, держась за руки, и смотрели, как враг исчезает в недрах своей же ловушки.

— Он вернётся? — спросил кто-то из воинов, голос его дрожал от усталости и напряжения.

— Нет, — ответил Хельги, и его шёпот, хоть и слабый, звучал уверенно. — По крайней мере, не сюда. Мы выжгли его якорь, вытащили его скверну из меня. Он теперь будет искать другое место, другую жертву.

Хеймдар кивнул, не выпуская наших рук.

— Уходим немедленно. Пока эти стены не рухнули нам на головы! — приказал он коротко.

Мы двинулись обратно. Путь, который вниз казался бесконечным, вверх прошёл быстрее то ли потому, что нас гнал страх перед возвращением тьмы, то ли потому, что мы действительно шли быстрее, окрылённые победой.

Хельги был слаб. Его приходилось поддерживать, и Хеймдар, не говоря ни слова, взвалил брата на плечо, как мешок с зерном. Младший ярл даже не сопротивлялся, только сжал мою руку, когда я попыталась помочь, и прошептал: «Иди рядом. Просто иди».

И я шла, хотя силы покидали меня, но каждый раз, когда наши с Хельги пальцы переплетались, чувствовала, как по нашей общей связи пробегает тёплая волна. Она заживляла раны, успокаивала дрожь в мышцах, наполняла лёгкие воздухом, которого здесь, казалось, почти не было. Мы питали друг друга, даже не думая об этом.

Выход из пещер встретили с неописуемым облегчением. Солнце, настоящее, хоть и холодное, слепило глаза после бесконечных дней, проведённых в темноте. Снег искрился, воздух был свеж и чист, как будто сама природа выдохнула, избавившись от заразы. Мы стояли на том же мёртвом плато, но теперь оно не казалось враждебным, а было просто пустым и безжизненным. Но всё равно все хотели убраться отсюда как можно скорее.

Спуск с Хребта был адом. Измождённые, раненые, мы буквально скатывались по склонам, цепляясь за камни и корни. Хеймдар нёс Хельги почти всё время, пока тот не начал протестовать и не пошёл сам, опираясь на моё плечо. Наш отряд двигался как единый организм, инстинктивно подстраиваясь друг под друга. Воины шли сзади, их уважение к нам,