Полостан - Нил Стивенсон

Минуту спустя Кэтрин отпрянула от агрессивного натиска Асквита, оставив мяч на открытом месте. Дон галопом устремилась к нему, рассчитав, что Асквит не успеет быстро поворотить пони для приличного удара. И не ошиблась. Услышав, что она приближается, и не желая уступать ей мяч, Асквит откинулся назад в седле и неловко двинул клюшкой у себя за спиной. Дон пролетела мимо правой передней ноги его лошади, чтобы подрезать с тыла. Мяч был в пределах ее досягаемости. Однако в последний миг она резко повела клюшкой вверх и зацепила клюшку Асквита, затем изо всех сил стиснула рукоять, готовясь к рывку, и отклонилась вбок – иначе клюшка выскочила бы как пробка. Асквит не удержал свою клюшку, но петля на запястье затянулась, вывернула ему руку назад и сдернула его с седла. Дон услышала глухой удар о землю за миг до того, как толпа изумленно взвыла. Впрочем, довольно скоро все затихли, поскольку Асквит не встал и стало ясно, что у него вывихнуто плечо. После этого он получил столько внимания, сколько мог пожелать.

Матч остановили, решив, что на сегодня травм более чем достаточно. Пока девушки, у которых имелась другая одежда, переодевались, им накрывали перекус. У Дон было с собой только бальное платье, а для него время еще не пришло, так что она осталась неприкаянной. Новости об Асквите уже достигли клубного здания. Ирен эвакуировали. Бланш возлежала на диване и жалела, что не видела последних минут. Кэтрин и Патриция не знали, что сказать Дон. Однако Адель направилась прямиком к ней, обняла ее и звонко чмокнула в щеку. Ида Колхаун стояла у входа, обеими руками стискивая сумочку и поджав губы, словно всасывает цементный раствор через невидимую соломинку для коктейля. На Дон она смотрела так, будто гадает, что за исчадие ада нечаянно ввела в приличное общество. Миссис Пирс, удивительное дело, была, судя по всему, в полном восторге, но держалась на расстоянии.

Дон нечем было заняться, пока остальные переодевались, так что она выскользнула в боковую дверь клуба, обошла конюшни и зарыдала – впервые по-настоящему взахлеб с тех пор, как умерла мать. Ее могли увидеть с дороги, так что она отвернулась к стене и дала себе полную волю.

В поле ее зрения возник носовой платок с монограммой. Дон распрямилась и выхватила его из руки в перчатке. Она прижала холодную ткань к лицу и держала, пока не овладела собой.

– Всегда советуют высморкаться. Мне не помогает.

– Вы часто плачете?

– Постоянно.

Дон отвела платок от лица, явив собеседнику красные зареванные глаза. Как она и догадалась, это был вежливый майор.

– Спасибо, – сказала Дон.

– О нет, вам спасибо, юная леди.

– За что?

– Вы спасли мою карьеру.

– Что?!

– Я уже собирался выбежать на поле и прибить Асквита.

– А, вы об этом? Я… – Что сказала бы Ида? – Чрезвычайно рада была помочь.

Он напряженно, почти свирепо улыбнулся:

– Я пришел сказать, на случай, если вы еще не знаете, что вы – потрясающая женщина. Окруженная, я уверен, мужчинами, не способными признать этот факт.

– Мой папаша знает. – Она всего лишь шутила.

– Каждый отец так думает. Вам нужно услышать это от кого-то еще. Если я могу чем-нибудь вам помочь или как-то вернуть долг, только скажите. Меня зовут Джордж Паттон.

– Мне придется обдумать ваше предложение, майор Паттон. Я, к слову, Дон.

– Вынуждать мужчину ждать – прерогатива дамы. А пока, я надеюсь, вы будете моей гостьей до конца дня. После ланча намечена экскурсия по новым объектам с демонстрацией, а вечером бал.

– Спасибо, я и так собиралась быть на балу.

– Какой же юный Аполлон достоин вести под руку Диану?

– Билли Бах.

Майор огорчился.

– Рядовой Бах! Неужели? Что ж, он вроде бы очень приличный малый, но совершенно вас не стоит. Если вы остановитесь на таких, как он, то однажды пожалеете, что не поберегли себя чуть дольше. Не знаю и не мое дело спрашивать, как вы дошли до того, что рыдаете за конюшней в джинсах. Однако в одной из прошлых жизней вы были принцессой, и вам стоит об этом помнить при выборе кавалеров. Платок ваш.

Он отсалютовал, пожал ей руку и ушел прочь.

Билли куда-то испарился, делать ей было нечего. Она приняла приглашение Паттона и таким образом оказалась в группе из примерно двадцати важных вашингтонских шишек. Женщины обращали на нее внимание одного сорта, мужчины – другого. В итоге никто из них с ней не разговаривал, что Дон находила вполне разумным.

Сперва они сидели на трибунах и смотрели, как наездники выполняют гимнастические трюки на лошадях – Дон про такое слышала, но никогда не видела. Трюки выглядели забавными спортивными упражнениями, но она угадывала за ними приемы, служившие рыцарям в конном бою.

Потом некоторое время катались по базе, обозревая виды, и, наконец, очутились в той части Форт-Майера, где Дон прежде не бывала, – у ряда хозяйственных построек за Арсеналом. Они выглядели заброшенными и неуместными, хотя подгнившие доски заменили новыми и освежили краску. Паттон, который до этой минуты ехал на заднем сиденье открытого автомобиля и ничего не делал, только читал документы, которые подавал ему адъютант, теперь вылез из машины и предложил гостям либо остаться на удобных сиденьях, либо выйти и размять ноги – кому что больше хочется. Дон была в числе немногих женщин, решивших выйти. Паттон уже ждал, чтобы подать ей руку в перчатке и помочь сойти с подножки.

– Убежден, что могу положиться на всех присутствующих и никто из вас не станет распространяться о том, что увидит, – сказал Паттон, шагая к низкому строению, по виду – бывшей конюшне. – Газетчики, если пронюхают, все переврут. Всякий знающий меня знает, что я люблю лошадей, как никто из мужчин. – Подчеркивая это слово, он подмигнул Дон. – Поэтому я не хочу, чтобы вы сочли это отречением от традиций конной кавалерии. Но дело в том, дамы и господа, что в следующей войне армия на гром канонады поедет на колесах.

Он остановился перед первой дверью конюшни и дождался, когда гости выстроятся перед ним.

– Мы не намерены оставаться в хвосте, когда придет этот страшный день. Вы можете спросить, как такое развитие согласуется с тем, что мы в Форт-Майере – маленькой военной базе посреди большого города. Да, танковую дивизию здесь не разместишь. Однако многие гражданские даже не подозревают, насколько хорошо бронированные машины годятся для уличных боев. – Он сделал эффектную паузу,