Фантастика 2026-158 - Максим Арх

в нашей компании, вы уже не будете вызывать отторжение у специалистов как безграмотная высокомерная дурочка, устроенная папой на хорошую должность. И продолжайте нарабатывать личные связи в среде врачей, это всегда полезно. Только, - он засмеялся, - Если Даль будет учить тебя пить спирт, отказывайся,

- Какой еще спирт? – внешне очень искренне удивилась Маша, которую хотела научить пить спирт (всего то десять граммов в мерном стаканчике) Таня Ларина после двухнедельной совместной работы и не пьянства ради, а опыта для. Наталья Николаевна узнав о предложенном опыте и об отказе Вяземской обжигать спиртом пищевод, промолчала.

- Я еще маленькая, - пропищала Маша, - я только минеральную французскую водичку пью, но если ты разрешишь, то перейду на водичку с Кавминвод, она лучше,

- Езжай уж, - махнул рукой Вяземский и ушёл в дом.

Отмечали день рождения Даля, в кафе, которое было расположено всего в ста метрах от больницы. Большинство поздравив «новорожденного» и вручив подарок, уходили обратно на работу, для таких специально был приготовлен пакетик: заветная бутылочка каждому по вкусу и скромная закуска сухим пайком. Остальные не чинясь выпивали и закусывали за столами. Обязательные тосты сказаны, подарки вручены, можно повеселиться. В кафе был небольшой танцзал и музыка на выбор.

Маша танцевала подобие вальса с пригласившем ее Черномором и с удивлением и негодованием заметила, что Наталья Николаевна танцующая с Ланским, кокетничает с ним и смеется его шуткам.

- Извините, - отшила она Черномора, заметив, как Даль, пока никто его не видит налил себе в рюмку прозрачной жидкости.

Маша разомкнула несильные объятия заведующего отделением, который хоть и пригласил ее на танец, но боялся близко прижиматься к ней, быстро подошла к сидевшему за столом Далю, требовательно ему сказала:

- Владимир Иванович! Вам пить нельзя!

Печальный, но посвежевший после лечения Даль отставил рюмку с жидкостью, тяжко вздохнул. Маша торжествующе улыбнулась. Музыка окончилась, подошла похорошевшая от удовольствия танца Наташа и с укоризной заметила Вяземской:

- Ты чего к нему прицепилась? Пусть пьет сколько влезет!

Маша оторопела, а слушавшая их разговор уже выпившая вина румяная Ларина засмеялась.

- Маша, у него там минералка, - прокричала она на весь зал. На ее крик все обернулись и зааплодировали «новорожденному». Даль встал и раскланялся. Маша покраснела.

- Машка! - по-свойски обратилась к Вяземской веснушчатая санитарка веселая Катя Бакунина, ее как будущего врача тоже пригласил Даль:

- А знаешь, как тебя, за твои постоянные замечания, у нас в отделении зовут?

- Как? - с недоумением и любопытством спросила Вяземская младшая, к которой в глаза обращались только по имени и отчеству.

- Змея, - прошипела, ухмыльнувшись выпившая и чуть захмелевшая Катя,

Маша чуть не расплакалась, все-таки ей всего шестнадцать лет, а она так старалась, работой санитарки не брезговала, богатством отца не кичилась, никого не унижала, замечания только по делу говорила, когда могла помогала, даже кровь свою не пожалела, а тут такая обида. За что?

- Мария Петровна! – встал из-за стола Даль и громко на весь зал обратился к растерявшейся и побледневшей Вяземской, - Завтра у вас последнее дежурство. Вы заслужили наше уважение. Мы всем отделением решили сделать вам подарок на память.

Даль достал из коробки посеребренную статуэтку: змея обвивает чашу и передал ее Маше со словами:

- Яд змеи не только убивает, но и лечит. Поэтому вас змеей и прозвали. А убивать или лечить выбор всегда за вами.

Врачи и медсестры девушке зааплодировали, а Маша все-таки расплакалась, а тут еще и Ларина:

- Маша, – опять закричала она, - ты же танцами занималась, а Go-Go[5] знаешь?

- Знаю! – не вытирая слез ответно азартно выкрикнула Маша и настроение у нее резко переменилось, захотелось озоровать,

- И я знаю! - за компанию крикнула Катя Бакунина,

- Новорожденному подарок, станцуем? – заводила девушек Таня, - одежда у нас подходящая, полные маски у меня с собой, даже если кто снимет видео, нас не узнают.

И станцевали, втроем на танцзале кофе. Музыка яркая ослепительная как южное солнце, волнующим женским голосом звала к страсти. Пластика у молодых фигуристых девушек в блестящих масках, прекрасная, движения ритмичные, завораживающие, полные страстного желания и призыва. Казалось с девушками танцует Госпожа Жизнь, такая красивая, желанная, прекрасная.

Наташа посмотрела на Петю Ланского тот, как и другие мужчины не сводил с девушек глаз и непроизвольно дергал руками.

- Кобель, - беззлобно обращаясь к нему прошептала Наташа, - а ведь только, что от меня отлипнуть не мог.

Он ее даже не услышал, а Наташа беззаботно рассмеялась и под музыку крутанула бедрами ничуть не хуже, чем молоденькие девчонки.

Остановив движение бедрами Таня рывком сорвала с лица маску, затем руками схватилась за живот, ее лицо стало бледным и растерянным. Наташа с помощью девушек увела ее в соседний пустой зал, уложила на сдвинутые столы и осмотрела, у Тани было небольшое кровотечение.

- Беременность, судя по всему четвертая неделя и угроза выкидыша, - поставила она диагноз Лариной, а Вяземской приказала:

- Бегом к Черномору, пусть звонит в приемное отделение и отделение гинекологии. Каталку сюда, а от нас повезем ее в отделение гинекологии, у нас не роддом, но провести лечение по сохранению плода на ранней стадии наши врачи смогут.

- Катя, - продолжила отдавать приказы Наталья Николаевна, - ты за водой и водкой, будем пока Таню поить водой и обтирать водкой,

- Таня, - говорила она, - не двигайся, пока ты не выкинула, есть надежда ребенка сохранить,

- Да кому он нужен? – безразлично сказала лежавшая на столах и смотревшая в потолок, Таня, - Мне одной его не потянуть, а отца у него не будет. Я в клубе танцевала, подрабатывала там между сменами, а он студент артист тоже танцами на жизнь и учебу зарабатывал. Вот и развлекались между делом для взаимного удовольствия, думала сроки все рассчитала и не залечу, а оно вон как вышло.

- Мы тебя на сохранение положим ты успокоишься всё обдумаешь и решишь, что дальше делать, - пыталась успокоить девушку Наталья Николаевна.

Таня заплакала и сквозь слезы мрачно сказала:

- От Женьки аборт сделала, от этого выкидыш, всё детей у меня больше не будет,

- Пока еще ничего нет, - тихо ответила Наташа, - успокойся, у тебя будет время подумать.

Вернулась Вяземская и скороговоркой отчиталась:

- Черномор всё мигом решил: каталка будет через пять минут; в гинекологии дежурная смена