Время туманов - Ален Т. Пюиссегюр

Все расселись вокруг стола на подушках, аккуратно сложив хвосты.

Торбоход Ковена потихоньку раскачивал подвеску-лазурину, поблёскивавшую при свете огня.

«Малышей, должно быть, много», – решил Ковен, посчитав подушки.

Мохнатый комок свалился Ковену прямо на голову. Мгновенно выпустив когти-протезы, он поймал налётчика из густой шерсти, который громко пыхтел.

– Пыхххх! Пыхххх!

– Пыхтунья! – воскликнула Дакра. – Сколько раз тебе говорить? Нельзя прыгать на гостей!

– Пых! Пых!

Комок коричневого пуха, и ничего больше. Но как его не схватить, если пух лезет и в глаза, и в рот? Существо, похожее на Пушнис, но, пожалуй, шерсть у Пушнис короче. И туловище тоже. Пыхтунья явно из грызунов. У неё был хвост, и тоже очень пушистый.

– Кто это? – спросил Ковен.

– Брагази. Может, одна из последних в наших местах. Они обычно живут в норках у истоков ручьёв, что стекают в долину. Эту мы подобрали зимой, остальных её родичей съели.

– Не знал, что ты такая жалостливая.

– Жалость тут ни при чём. Она отлично ловит землероек.

Пыхтунья, прижавшись к Ковену, пыхтела, высунув язычок, и внимательно на него смотрела.

– Ты ей понравился, – заметил Дариус. – Ляжешь спать, гони её прочь. Она храпит, как медведь.

«А что ещё хуже, пускает слюни, – Черномордик был в ужасе. – Обрати внимание, сейчас она заслюнявит тебе всю шерсть!»

«Надеюсь, ты говоришь не из ревности!»

«Было бы к кому ревновать!»

Зародыш устроился в шаре поудобнее и краем глаза наблюдал за Ковеном.

– Ну что там с лихом? – напомнил Ларимар. – Расскажи!

– Это были совсем… – Дакра замолчала и долго смотрела на Ковена. – Все трое были совсем детьми. Надумали посмотреть, что там за холмом. Ты наши места знаешь. В юности мы все через это прошли. Вечный спор: кто дальше всех зайдёт в Заброшенные Земли? А они больше не вернулись. Бывало, какой-нибудь котёнок заблудится, а через час-другой его найдут. Сидит и мяукает от страха. Но их мы не нашли.

– Ты сказала, что убитых четверо.

– Старшая дочка начальника стражи вызвалась пойти на их поиски в тот же вечер.

– И тоже не вернулась?

– Вернулась вся в крови. А ночью скончалась. После этого мы отправили запрос в орден котов-магов.

– Теперь понимаю, почему Захар не пришёл.

– Да, он вне себя от горя. Сидел возле дочери, слышал её последние слова. Если тебе нужно, поговори с ним.

– Поговорю завтра утром. Незачем тревожить его сейчас в таком состоянии! Уже поздно, нам тоже пора отдохнуть, а то, боюсь, мой практикант заснёт прямо за столом, и Эхо придётся его нести. Не знаешь, есть свободные комнаты на постоялом дворе «Три лапы»?

– За это время постоялый двор снова стал называться «Четыре лапы». Мара накопила денежек и сделала себе протез. Очень была довольна, когда повесила прежнюю вывеску. Мара у нас молодчина! Весёлая, дерзкая. А зачем вам «Четыре лапы»? Заночуйте у меня.

– Не хотелось бы вас стеснять.

– Стеснять? Ты, что, издеваешься?

– Спасибо. Но нам понадобится… Ты же знаешь… Отдельное помещение.

– Конечно. Я помню. Старая рига в восточной стороне, где ты работал в прошлый раз, подойдёт?

– Вполне.

Ковен пошевелил усами, раздумывая, зачем им отдельная рига.

Издалека вдруг послышался колокольный звон.

– Что это? – встревожился Ковен.

– Предупреждение, что ворота деревни запираются на ночь и никому не стоит выходить за ограду, – объяснила Дакра.

Колокол продолжал звонить.

– Мы живём в опасных местах. Заброшенные Земли сильно одичали, поэтому мы укрепили Каврозу. Никто не выходит за ворота ночью.

– А если какой-нибудь кот не успел вернуться? – не успокаивался Ковен.

– Пусть спасается сам, быстро убегает и прячется либо сражается. Открывать ворота посреди ночи слишком опасно. А ты, Ковен, сам откуда?

– Я из Бреве, деревни возле Оркальского леса.

– Там места не такие опасные, как здесь.

– Чудовища ведь и раньше на вас нападали? – спросил у старосты Ларимар.

– Не так уж часто. В последнее время мы жили довольно спокойно. Если бы не лихо, Каврозе не на что жаловаться. Только в Заброшенных Землях можно нарваться на неприятности.

– А как же туман?

– Туманных узлов у нас не было… Как прошло твоё путешествие на восток с кошкой-магом Оминией? Вы же ездили к самому Туманному морю, сопровождали аргонавтов, насколько я помню.

Ковен насторожил уши. Всего одно мгновенье. Пожалуй, слишком явно, и Ларимар заметил.

– Конечно, мы обратили внимание, что туман надвигается. Однако пробыли там недолго. Как только подтвердилось, что туманные узлы распространяются повсюду, архонт Зозим приложил все усилия, чтобы вернуть экспедицию. Возле Туманного моря слишком опасно, он прав.

Староста ничего не ответила, погрузившись в свои мысли.

– У нас ещё будет время побеседовать, – сказал Ларимар. – Всем спокойной ночи. Пойдём, Ковен.

Рига понравилась Ковену. Тепло и всё попросту: два больших уютных гнезда. У него уже лапы подламывались от усталости. Пыхтунья, устроившись у него на спине, слюнявила ему шерсть.

– Дариус не зря тебя предупреждал. Она ужасно храпит. Если хочешь, я тебя от неё избавлю, – предложил Ларимар.

– Но ведь она обидится и огорчится…

– А мы огорчимся и обидимся на неё, если она не даст нам выспаться своим храпом.

Кот-маг подошёл к Ковену и, не сводя взгляда с Пыхтуньи, столкнул её со спины. Пыхтунья обиженно пыхнула и убежала.

Ковен погрустнел.

– Поверь мне, так будет лучше. И не забудь хорошенько вымыться, иначе лихо издалека почует запах её слюны.

У Ковена сразу задрожали поджилки.

– За… завтра уже на охоту?

– Да. Думаю, Захар сообщит нам нечто существенное. К вечеру мы будем готовы.

Ковен вспомнил о колокольном звоне и похолодел.

– Мы проведём всю ночь за оградой?

– Тебе неспокойно?

– Нет, всё в порядке, – соврал Ковен.

– Ты боишься, и это естественно. Если бы ты не боялся, меня бы это встревожило и я не взял бы тебя с собой. Страх обостряет все чувства, улучшает реакцию. Без страха коту-магу не выжить. Вот увидишь, у тебя всё получится.

Сфинкс настороженно принюхался.

– Олека, это ты нас подслушиваешь под дверью?

Дверь приоткрылась, в щели замерцали два огонька.

– Господин Ларимар, – пискнул маленький пушистик и выбежал на свет.

Маленькая лесная кошечка. Судя по шёрстке, лет пяти, не больше.

– А ты разве не должна видеть десятый сон?

– Я услышала шум и поняла, что пахнет приключением, – сообщила кошка-крошка, изучая снаряжение кота-мага.

– Как всегда!

– А это кто? – спросила она, обернувшись к Ковену.

– Ковен, мой практикант. Мы с ним вместе будем охотиться.

– Я тоже стану вашим практикантом. И буду охотиться на самых страшных чудовищ!

Малышка подошла к Эхо