Колыбель Мрака - Настя Полос

Линетт отодвинулась и взяла меня за плечи.

– Тогда живи! Живи, слышишь! Полюби, обрети друзей, обрети цель!

– У меня есть цель, и ты это знаешь. – Она поджала губы, но промолчала. – А с любовью все непросто.

Глаза Линетт опасно сверкнули, показывая бурлящую магию.

– Ох, с этим инурийцем я еще разберусь!

Я лишь засмеялась.

– Я спрошу у него, как он мог обидеть мою девочку!

Я не могла скрыть улыбку. Особенно когда видела столько любви и заботы в глазах кого-то родного.

Глава 17

Стать избранной шаманкой Райлана огромная честь. Своих дочерей Дальшах избирает сама, лишь дети от крови Дарэй всегда стоят во главе.

Из летописей Райлана.

Ветер играл с моими волосами. Трава под ногами приятно хрустела. Деревья здоровались со мной тихим шелестом. Линетт ушла, пытаясь уговорить меня пойти с ней, но я отказалась, желая побыть одной.

Я бесцельно бродила по тропам, намеренно избегая населенные места. Ноги гудели от долгой ходьбы, но это было приятно – чувствовать что-то отдаленно похожее на прошлую жизнь. Мысли крутились вокруг нашего разговора. Они перетекали от Рууна к маме и обратно. Дэвола, который зачал меня, я осознанно отделяла от того, кого когда-то звала отцом.

Дороги сменялись. Я прошла лес, в котором было слишком тихо. Но я не ощущала опасности. Райлан надежно прятал меня. От зверей и нежелательных встреч. Иногда ветви будто расступались, указывая мне дорогу, и я с огромной благодарностью подчинялась.

Передо мной расстилалась равнина светло-коричневого цвета, покрытая желтыми и оранжевыми цветами. Их бутоны напоминали колокольчики и ландыши. Они покачивались в такт дыхания планеты. Я смотрела вперед и не верила в красоту этого места. Казалось, нет конца и края этому миру, а я стою здесь – на его вершине.

Совсем недавно также стояла в снегу, сбитая с толку, умирающая внутри.

А что же сейчас?

Я закрыла глаза, и сильный поток воздуха ударил мне в спину, но я выстояла. Толчок повторился, а я все не открывала глаз. До сих пор я не знала – кто я? В душе дыра. Но почему воздух стал ощущаться иначе? Почему больше он не колол легкие, а наоборот освежал? Почему я чувствовала аромат цветов, а не гнилостный запах крови?

Неужели я понемногу оживала? Могла ли я жить без Джессики? Без Игнара?

Открыв глаза, я рванула с места, ведомая ветром.

Я бежала. Ноги перескакивали ямы и кочки.

Я бежала! Неслась по равнине, по цветам. Трава нежно обнимала мои ноги, но не тормозила.

Я бежала! От себя, от боли, от страха.

Я бежала, пока простор не перешел в резкий утес. Затормозив, я глотнула обжигающий воздух, хватаясь за сердце, которое желало выпрыгнуть из груди. Меня тянуло вниз. Тянуло проверить, что будет, если я прыгну. Смогу ли я ощутить свободу? Станет ли мне легче? Смогу ли я…

Прикрыв глаза, я сделала шаг.

В сторону.

Чем дальше я удалялась, тем четче понимала, что меня что-то вело. Оно звало и требовало его найти. Облачко перескакивал от одной тени к другой, безотрывно следуя, куда бы я ни шла.

Впереди виднелся ровный участок, и встав на небольшую горку, я поняла, что там расположена заброшенная деревушка. Тяжело вздохнув, осознавая, что придется обходить. Я повернулась, но вдруг…

Вдруг я узнала этот вид… Вид из моего сна.

Вся земля окрасилась красным цветом. Кровь ручейками стекалась в лужи. Небо затянулось, оно оттеняло бордовым. Солнце ушло, будто сама природа закрыла глаза, лишь бы не видеть столь ужасную картину.

В воздухе витал запах железа, который еще много лет будет преследовать тех, кто когда-либо пройдет здесь. Вороны кружили вокруг трупов, сдирая тухлую плоть. Разорванные тела лежали друг на друге, источая смрад смерти.

– Нет… – Я покачала головой. – Нет!

Я упала на колени. Пальцы сжали траву. Тени, почувствовав мою слабость, закружились вокруг. Они покусывали мои руки и ноги, но я не могла их отогнать. Не могла даже открыть рта и оторвать взгляда от этого места.

Дрожащей рукой я прикрыла нос и рот, чтобы не чувствовать запаха гари и крови, который тенью воспоминания потянулся ко мне.

Это место.

Место из сна.

Мой…

Дом.

– Мама…

Крики и боль. Разруха. Мои маленькие ножки не успевали бежать как нужно. Мама и папа где-то рядом! Я хотела к ним.

Мы с Аастором играли вместе с другими детьми недалеко от дома. Тетя Алексия присматривала за нами, когда произошел громкий взрыв. Я испугалась и громко закричала. Мой плач никому не был слышен, потому что кричали все. Я посмотрела на тетю Алексию. Я хочу, чтобы она отвела меня к маме!

Но отчего-то она не слышала, как я звала, она не поднималась, когда я дергала ее за руку и громко, сквозь слезы, кричала ее имя. Глаза тети закрыты, а изо рта вытекала струйка черной жидкости. В ее руках крепко сжата малышка, она тоже не слышала меня, смотря в небо.

Мне страшно! Я так сильно плакала, что не могла дышать.

– Мама! Папа! Я хочу к маме.

Слова выходили смазанными, мне мешали слезы и сопли, которые я растирала рукой. На небе появлялись искры и длинные красные лучи, будто кто-то резал небо ножницами. Но они не вызывали восторга, а только сильнее заставляли бояться.

Но тут мою ладошку схватили. Я надеялась, что это мама. Но это мой друг — Аастор. Его глаза такие большие, он весь грязный и сильно дрожал. Ему тоже страшно.

– Дари! Дари, ты слышишь меня?

– Я хочу к маме! Я хочу-у-у к ма-а-ме-е!..

– Дари, послушай! – Его руки гладили меня по плечам. – Нам надо бежать к дому! Но ты должна перестать плакать, иначе мы не успеем! Помнишь, как нас учили делать маленьких теней, которые бегали с нами? – Аастор немного старше меня, но сейчас он был похож на взрослого. А еще нам все говорили, что мы как муж и жена, поэтому я знала, что должна его слушаться. – У тебя еще получился такой красивый большой щенок. Надо сделать сейчас такого, сможешь? Попроси его нас защищать, хорошо?

Я кивнула и попыталась сделать, как он сказал. У меня не выходило, но папа говорил, что сдаваться никогда нельзя! И спустя множество попыток у меня получился мой щенок.

– Блашко! Бла-ашко! – Я крепко ухватила его за призрачную шею. Мне было так страшно! Но Аастор потянул меня на себя, и мы побежали.

Мои ножки постоянно спотыкались, но Аастор не разрешал останавливаться. Взрослые тоже бежали, а еще они громко кричали, кто-то почему-то лег спать прямо на улице. Подруга мамы, тетя Диал, обнимала своего сына и кричала так громко, что мне стало еще страшней.

– Дари! Бежим, бежим!

Мой щенок несся рядом и скрывал нас от других. Взрослые толкались, другие же, видя нас, кричали, чтобы мы бежали еще быстрее. Они доставали оружие и вытаскивали когти. Зачем?..

Папы и мамы нигде не было. Земля сильно тряслась и вопила. Я слышала крик Райлана у себя в голове. У меня пошла кровь из носа, и я постаралась утереть ее рукавом, чтобы Аастор не увидел. Но он бы и так не заметил. Он выбирал дорогу, минуя огонь и громкие хлопки.

И, наконец-то, впереди я увидела наш дом. Я больше не смогла бежать и заплакала так громко, что стало болеть горлышко. Аастор толкал меня и тянул, но я звала маму. Я хотела к ней на ручки и спрятаться у нее на груди.

Аастор не стал ждать, он поднял меня на руки и побежал со мной. Я знала, что очень тяжелая, но я так хотела к маме, что не могла ничего, кроме как кричать.

Двери открылись, и на улицу выбежала бабушка. Она была с длинными когтями и мячом в руке, все лицо черное от крови, но увидев нас,