Одним махом! - Илона Эндрюс

– Это небольшая, но богатая стая, – продолжил Шон. – Призраки ведут грязную игру. Киран унаследовал семью от своего отца двенадцать лет назад и с тех пор возглавляет.

– Чем они занимаются? – спросил Арланд.

– Торговлей оружием, шпионажем, но в основном – убийствами. И тут у него возникли проблемы.

Шон взглянул на меня.

– Перейди к следующему, пожалуйста.

– Переключи, – сказала я.

На экране появился другой дразири – старик с обвисшей и морщинистой кожей и длинными волосами-перьями темно-красного цвета. На лбу у него был выгравирован золотой узор в виде силуэта птицы с четырьмя распростертыми крыльями.

– Онизери? – пробормотала я. – Он убил верховного жреца?

Шон кивнул.

Вау.

– Я думал, что в их обществе царит теократия, – сказал Арланд.

– Так и есть, – ответил ему Шон. – Верховных жрецов охраняют так хорошо, что их почти невозможно убить. Когда на них объявляют контракт, цена всегда запредельная. Обычно никто не соглашается, а если кто-то и берется, то не возвращается.

– Итак, он изменник, – сказала Кальдения.

Я вздрогнула. Она сидела так тихо, что я забыла об ее присутствии.

– Не знала, что Вильмос занимается заказными убийствами, – сказала я.

– Не занимается, – ответил Шон. – Он спец по наемным бойцам. Не лезет в темные дела, но знает, где искать. Киран Мрак приобрел известность в определенных кругах.

– Сколько он заработал на этом убийстве? – спросила Мод.

– Достаточно, чтобы купить кучу дорогих игрушек, – сказал Шон. – Но не думаю, что он сделал это ради денег.

– Он сделал это из гордости, – объяснила Кальдения.

Шон кивнул.

– Он единственный за последние двести лет, кому удалось это осуществить. Последнего убийцу онизери звали Рукар Мрак за Эзара за Крала-Крик.

– Родственник, – сказала Кальдения.

– Прадед, – уточнил Шон.

– Значит, это семейная традиция, – сказал Арланд. – Раз в пару поколений они убивают жреца, чтобы показать, что не сдались и не изменили своему делу – преступлению, убийствам и богохульству.

– В целом так и есть, – ответил Шон. – Некоторые семьи привержены стае уже несколько поколений. Они очень хороши в своем деле. Те, кого я убил сегодня, это наемники. Среди них был только один член стаи, и именно он оставил мне напоминание, что к ним следует относиться серьезно.

– Короче говоря, мы стали мишенью преступного синдиката дразири, специализирующегося на убийствах и готового убивать своих собственных жрецов.

Ситуация становилась все лучше и лучше.

Мод откинулась назад и рассмеялась.

Я посмотрела на нее.

– Ты ничего не делаешь наполовину, – сказала она.

– Вопрос, – поднял указательный палец Арланд. – Он отлучен от церкви?

– По всей видимости, дразири не отлучают от церкви, а осуждают, – сказал Шон. – Есть только два способа попасть в рай и обрести крылья в загробной жизни. Первый – вести достойную жизнь и делать щедрые пожертвования. Второй…

– Убить хиру, – тихо произнес хиру.

– Да, – подтвердил Шон. – Киран официально осужден на ад, где, согласно священным текстам дразири, он навеки погрузится во тьму и огненные змеи будут разрывать его тело на куски, пожирая внутренности. Все в его стае осуждены вместе с ним. Все его последователи, их супруги, дети – все отправятся в бездонный ад, если стая не убьет хиру. Если же им удастся убить хотя бы одного, каждый член стаи – даже те, кто уже погиб в погоне за хиру, – вознесется на небеса.

– Извращенная религия, – сказал Арланд.

Если даже вампир считает, что ваша религия заходит слишком далеко, это определенно звоночек.

– Итак, он в отчаянии.

Шон кивнул.

– Он в отчаянии, он опытен и хорошо снабжен. Его люди мотивированы. Убить его будет нелегко.

Просто прекрасно.

– Нет худа без добра, – сказала Мод. – Нам не нужно беспокоиться о полномасштабном вторжении.

– Почему? – спросила я.

– Потому что Стая Призраков сама хочет убить хиру. Они будут держать все в секрете. Иначе рискуют передать свою цель какой-нибудь другой стае.

Слабое утешение. Я повернулась к хиру.

– Вам есть что добавить? Что-нибудь, что могло бы нам помочь?

– Они пойдут на все, чтобы меня убить, – сказал хиру. – Пройдут сквозь огонь. Нет препятствий, которые могли бы их остановить.

В комнате воцарилась тишина.

– Я не работаю с огнем, – сказала я. – Его трудно контролировать, и гостиница его не любит. Но я отлично умею создавать пустотное поле.

Шон уставился на меня.

Арланд кашлянул.

– Для создания пустотного поля необходим высокоэффективный ядерный реактор.

– Или гостиница с умелым хозяином, – сказала ему Мод.

– Ты сможешь это сделать? – спросил меня Шон.

– Уже сделала, – ответила я. – Сразу, как только ты вошел.

Арланд открыл рот и закрыл его, не сказав ни слова.

Поддерживать пустотное поле непросто, но площадь охвата была относительно небольшой, а мирный саммит обеспечил гостиницу достаточным количеством энергии, чтобы продержаться несколько следующих дней.

– Пустотное поле останавливает органические, неорганические и энергетические снаряды, – сказала я. – Оно не причинит вам вреда, но и не позволит пройти сквозь него. Пожалуйста, имейте в виду, что никто из вас не может покинуть территорию гостиницы. Думаю, на этом нам следует закончить. Приятных снов. Здесь вы в безопасности.

Мод обняла меня и отправилась спать. Арланд, кивнув, ушел в свою комнату. Хиру тоже удалился.

Кальдения поднялась со своего места и подошла к Шону.

– Будь добр, собери мне все, что сможешь, о Киране Мраке и его сотрудниках. И я действительно имею в виду все.

Шон кивнул.

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, ваша светлость.

Она поднялась наверх. Орро тоже исчез. Теперь остались только мы с Шоном. Он встал и подошел ко мне, остановившись всего в нескольких дюймах.

– Ты заманила меня в ловушку в гостинице, – сказал он.

– Это для твоей же безопасности.

– Ты заботишься о моей безопасности? – В его голосе таилась улыбка.

Мое сердце забилось быстрее. За эту ночь произошло слишком много всего. Я не боялась – почти, – но меня снедало беспокойство. Нужно было защитить нас от дразири, собрать остальные части Архивариуса и сохранить все это в тайне. Хотелось просто забыться на несколько часов.

Шон стоял передо мной так близко, что, протяни я руку, могла бы его коснуться. Было бы так приятно. Еще приятнее было бы оказаться с ним в постели. Он бы меня обнял. Я точно знала, что почувствую: безопасность и тепло. Если бы он лег спать со мной, я бы забыла обо всем – о дразири, о хиру.

Я встретилась с ним взглядом. В его глазах был лес, густая, темная чаща, и на краю этого леса сидел волк, выжидающий, позову ли я его.

Это было так просто. Один