ЭнергоМорф V. Холпек Том II. Мёрзлый Фронтир. - Максим Балашов

Марик поощрительно кивнул.

— Сложный, извилистый путь познания был для тебя, словно первые неуверенные, но такие важные, решающие шаги маленького, беспомощного ребёнка, который учится ходить и познавать мир. Но ты, не сдаваясь, смог в конце концов обуздать дикую, непокорную стихию, подчинить её своей воле, заставить её работать на себя. И мало того, ты научился перерабатывать сырую, грубую энергию в универсальное топливо, словно заправский, умудрённый опытом алхимик, который из простого, невзрачного свинца, хитрыми, неведомыми манипуляциями, в конце концов получает чистое, сверкающее, совершенное золото. Вспоминай, шаг за шагом, что ты тогда делал, какие ощущения испытывал?

Он подмигнул.

— С хитрой, капризной энергией «хол», скорее всего, будет гораздо сложнее, поверь мне. Это всё равно что перейти от незатейливой, простой, трёхнотной гаммы к исполнению сложнейшей, многочастной, завоёвывающей душу симфонии великого композитора. Понимаешь? Но я, Хан, искренне верю, что ты справишься, у тебя получится. Главное условие, ключ ко всему — это активация твоей собственной, уникальной, дремлющей глубоко в душе печати. Так вот, если ты сможешь понять, как подчинить своей воле строптивую энергию холода, та самая печать сама по себе, автоматически, без всяких дополнительных усилий с твоей стороны, проявится, расцветёт на твоей проекции души. Всё, Хан, хватит пустой болтовни. Ужинай скорее и, не медля, вали отсюда на поверхность. Утром, с первыми лучами искусственного, тусклого света, я жду от тебя полностью заряженный, сияющий, переливающийся кристалл. Иначе, клянусь, завтра же, на завтрак, я лишу тебя еды. Как говорится в старой, доброй поговорке одного очень мудрого, но жестокого племени: на пустой, голодный желудок любые, даже самые сложные проблемы решаются легче и быстрее.

— Интересно, кто это так, «умно», говорит? — устало, почти безнадёжно переспросил Крас. — У нас вот, например, в моём родном мире, говорят наоборот: на хорошо набитое, сытое брюхо голова думает гораздо лучше, а когда жрать хочется, как голодному, дикому псу, так, кроме навязчивых, отупляющих мыслей о сочном, жирном, истекающем кровью куске мяса, в голову ничего не лезет, никакая мудрость.

— Ну что ж, Хан, значит, для тебя, для твоего же блага, это будет самым эффективным, дополнительным стимулом, чтобы как можно быстрее, не откладывая в долгий ящик, решить поставленную перед тобой сложную, но благородную задачу, — усмехнулся Марик. — И ещё, вот что, последний совет, — сказал он уже в спину уходящему, обиженно сопящему Красу, весело, с задором крикнул: — Не оставляй, ради бога, свои «мины» прямо на пути нашего следования, а то ещё, неровен час, сам в них ненароком вляпаешься поутру, когда выйдешь из своего тёплого спального мешка. И будешь потом до обеда отмываться, проклиная мою седую голову.

— Да пошёл ты на х… весельчак, со своими дурацкими, несмешными шутками! — пробурчал себе под нос уже окончательно разобиженный, пристыженный Сергей, отворачиваясь. — Смотри у меня, старый чёрт! Не проснись среди ночи с большой, пахучей, вонючей кучей у самой головы за такие вот непотребные, оскорбительные для моего достоинства шуточки!

С грубыми словами он с демонстративно хмурым, надутым, как у ребёнка, лицом, сердито нарезая круги, сел ужинать. Сергей с остервенением, почти механически, заталкивал в рот вкусную, ароматную еду, совершенно не чувствуя её изумительного, божественного вкуса, и лихорадочно обдумывал, как ему, чёрт возьми, справиться с новым, убийственным заданием, которое только что, с видом полнейшего, абсолютного благодушия, ему подкинул коварный, старый интриган Марик.

Глава 9

Быстро перекусив на скорую руку, почти не чувствуя вкуса пищи, Сергей собрался с духом, как заправский воин перед решающей, смертельной битвой, и решительно двинулся в сторону едва заметного выхода из их временного, ледяного укрытия. Он шёл твёрдо, чеканя шаг, внутренне предвкушая новое, неизведанное приключение, которое должно было если не убить его, то уж точно закалить характер до состояния алмаза.

Поднявшись, наконец, на ледяную, выжженную поверхность, он на собственной, драгоценной шкуре в очередной раз в полной мере ощутил суровый, не знающий пощады нрав проклятого, холодного мира по имени Холпек. Хотя погода, на удивление, и была абсолютно безветренной, без единого дуновения, что было настоящей, почти рождественской удачей, но ночью, как это всегда бывает, температура стремительно понижалась, превращая и без того враждебное пространство в ещё более опасное, смертельное место. Поэтому любые более-менее длительные переходы в тёмное время суток здесь, на поверхности, были категорически невозможны, это всё равно что пытаться в одиночку переплыть бушующий, замерзающий океан во время ледяного шторма.

Вот только для Краса это новое, суровое испытание не представляло из себя чего-то уж совсем невыносимого, непосильного, как могло бы показаться со стороны. Ведь его уникальный, ультрасовременный костюм вылазчика был настоящим, непревзойдённым чудом инопланетной инженерии и магии. Удивительная, технологичная одежда способна, как утверждал Марик, спокойно, без перенапряжения, выдерживать запредельно низкие температуры до минус ста градусов по шкале Цельсия. И даже несмотря на то, что сейчас, в этот самый момент, за бортом импровизированного убежища царила лютая, абсолютно смертельная для обычного человека стужа — градусов на сорок холоднее той, на которую был изначально рассчитан его костюм, Сергею достаточно лишь мысленно активировать внутреннюю, встроенную систему энергетического подогрева, чтобы всего через пару мгновений оказаться укутанным в невидимый, но очень эффективный, практически непробиваемый пласт спасительного, живительного тепла, позволяющий более-менее стойко, без особого вреда для организма, переносить дикий, безумный холод.

Выбравшись, наконец, из пещеры на широкое, открытое пространство, Крас настороженно, внимательно осмотрелся по сторонам, прикидывая в уме, где бы ему найти самое безопасное, укромное местечко для выполнения задания Марика. Быстро смекнув, что на ровной, как стол, заснеженной равнине, которая проглядывалась отсюда на многие километры вокруг, ему, делать абсолютно нечего. Как на ладони, слишком велик риск быть замеченным кем угодно.

Он решил попытать счастья где-нибудь повыше, в горах, где было больше укрытий от посторонних глаз и, возможно, меньше шансов наткнуться на бродячего, голодного медведя. Сергей сосредоточенно порылся в бездонных недрах своей волшебной котомки и извлёк оттуда полный комплект профессионального, надёжного альпинистского снаряжения: моток лёгкой, но невероятно прочной верёвки, набор ледовых крючьев, карабины, небольшую, удобную обвязку. Видимо, предусмотрительный Марик, словно предвидя, что эти вещи ему очень скоро, пригодятся, заботливо одолжил парню, а тот положил их на дно его заплечного чудо хранилища во время одной из последних стоянок.

Крас, с поразительной, почти цирковой ловкостью и грацией акробата, демонстрируя чудеса физической подготовки, очень быстро, буквально за считанные секунды, ловко взобрался на довольно