Городничий Нижнего - Ольга Дубровская

парах. Ещё несколько дней назад такое сложно было представить, так как в обычное время он отличался гиперответственностью и пунктуальностью. Но за эти дни слишком многое изменилось.

В универ не хотелось. И дело тут было даже не в том, что Юре очень уж претило вновь встречаться с Вадимом и компанией, хотя он и осознавал, что разговора с ними, скорее всего, не избежать. И даже не в том, что он стал Городничим. Ну как стал… Даже не стал пока до конца, если уж быть честным. Но просто сейчас ему всё начало видеться более глобально, что ли.

Он вдруг посмотрел на себя со стороны и понял, что выбранная для него родителями специальность, безусловно, очень достойная и даже перспективная, но, к сожалению, совсем не соотносится с его собственными представлениями о том, чем бы он хотел заниматься в жизни. Да, он согласился и принял эти условия, потому что так оказалось комфортно и удобно – родители были спокойны и довольны, а он – наконец-то начинал оправдывать их ожидания и надежды. Но по сути, он просто плыл по течению.

В его голове медленно зрело непростое решение, но пока он шёл по своему городу, пропуская через себя потоки энергии и вслушиваясь в его ритмичный пульс.

Знакомый с детства Нижний превратился в разумное существо. Он дышал огромными незримыми лёгкими, сотканными из людских эмоций, переживаний, надежд, разочарований и стремлений.

В глубинах метро ворочались и пыхтели электропоезда, ежедневно вставая на службу живого организма города. Его сердце каждые пятнадцать минут отбивало такт переливчатым колокольным звоном часовни. Из центра верхушки расползались артерии дорог с потоками машин.

Каждый его житель являлся важной составной частью. Подобно тому как у каждой клетки организма была своя функция, каждому горожанину отводилась особая роль. Кому-то суждено было прославить Нижний в веках, стать выдающимся композитором, писателем, талантливым хирургом или великим учёным, а кто-то ежедневно выполнял простую, но не менее важную работу, поддерживая в городе жизнь: пёк для горожан вкусные булочки к завтраку, убирал улицы и площади от мусора, ежедневно садился за руль городского автобуса или трамвая.

Сейчас Юра не просто чувствовал дыхание города – он и сам был этим дыханием. На какое-то время он забылся, отключился от проблем и насущных задач, отдавшись пьянящему чувству беспричинного парящего восторга. Телефонный звонок он услышал с запозданием, а когда вытащил из кармана сотовый и взглянул на экран, сердце ёкнуло в нехорошем предчувствии.

Юлька. Она не так часто звонила, и всегда перед звонком предупреждала – писала в мессенджер или в соцсеть. Поэтому Юра сразу понял: «Произошло что-то экстраординарное».

– Юр, слушай, у меня тут проблема, – с ходу выпалила она, и тревога в её голосе захлестнула Новикова с головой. – Я не знаю, как ты можешь помочь… Я просто не знаю, что делать!

От его благостного состояния не осталось следа.

– Что случилось?! Что с тобой?

– Не со мной. С Лиской. Она… в метро, ехала в художку, и там какой-то трэш по ходу дела. Написала мне, что вагон тряхнуло, и пропал свет. И что ей страшно. Звоню ей – не абонент! И из сети пропала. Новости включила, там… в общем, у Горьковской давка, МЧС всё оцепляют, но хз, что там. Теракт. Пожар. Столкновение… или, может, ещё что – никто не знает!

Юлька говорила быстро и на нервах, голос периодически срывался.

– Где ты сейчас?

– В такси, еду к Горьковской.

– Хорошо. Едь. Я тут недалеко, на Покровке, уже бегу туда. Не паникуй, главное! Всё обойдётся! Слышишь?

– Да. – Юлька снова всхлипнула.

– У меня брат двоюродный в МЧС служит, постараюсь у него что-нибудь узнать.

– Правда? Ой… Ты не говорил. Было бы здорово…

– Правда! Давай. Я с тобой ментально. Как что узнаю, наберу!

Юра развернулся и рванул по направлению к метро, максимально ускоряясь. Никакого брата в МЧС у него, конечно, не было. Разузнать о происходящем он собирался сам – посредством новых способностей. И не просто разузнать, а ещё и помочь Юлькиной дочери. Что бы там ни случилось. Это был не просто его долг по отношению к любимой женщине, но и прямая обязанность как Городничего.

Добежав до конца Большой Покровской, он в несколько прыжков обогнул Дом связи, перебрался через дорогу и бросился к выходу единственной в верхнем городе станции метро.

Сначала он ощутил волну людского страха и только потом увидел ошалевшую, скатившуюся в панику толпу. Люди давились в дверях, стремясь поскорей оказаться на улице. Сопровождалось это взволнованными криками, визгами и бранью, откуда-то доносились стоны.

Сбоку стояла бело-красная большая машина МЧС, где-то рядом парковались скорая с полицией. Сотрудники в касках и защитной амуниции суетились, пытаясь организовать обезумевшую толпу, оказывали первую помощь пострадавшим.

Юра бросился вперёд, в самую гущу творящегося хаоса.

– Бомба! Там бомба! – прокатилось по толпе.

Полицейские перекрывали проезжую часть, ставили оцепление. То и дело трещали рации. Выла сирена, выворачивая внутренности наизнанку.

Двое крепких медбратьев вели к машине какую-то женщину с кровавым подтёком на лбу, другие укладывали на носилки стонущего растрёпанного мужчину с изодранной одеждой.

А над толпой бесновалась стая алых призраков с вылезшими из орбит глазами. Они беззвучно орали что-то, округлив рты и держась тоненькими ручками за большие полупрозрачные головы, вызывая невольные ассоциации с известной картиной Эдварда Мунка.

Буква «М» метрополитена над входом зловеще мерцала, а под ней, на кафельной плитке внешней отделки, красовалась надпись. Юра даже протёр глаза, думая, что ему уже мерещится, но нет – надпись никуда не пропала, и она очень походила на то кладбищенские послание про смерть – тоже была сделана кроваво-красным баллончиком и, судя по подтёкам, совсем недавно.

«В толпе нет добра» – гласила она.

Спорить с этим не хотелось. Действительно, нет. В чём Юра убеждался прямо сейчас. Но кто и зачем написал это? Этот кто-то знал заранее, что будет давка? Значит, это террористы? Но тогда, получается, что они же были и на кладбище. «Они что, следят за мной? Или это тот самый загадочный убийца?»

Все эти мысли промелькнули в голове за какие-то доли секунды. Юра понимал, что в любом случае сейчас надо действовать, и чем быстрее, тем лучше. Но как?

Решение пришло само – он вдруг увидел неприметную служебную дверь слева от основного входа, куда как раз и направились спасатели.

– Простите, извините… – выставив вперёд локти, Юра с остервенением пробирался вперёд и в самый последний миг пристроился к крайнему спасателю, незаметно прошмыгнув за ним в холл.

– Эй, а ты куда? – рявкнул эмчеэсник,