Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Она ничего не ответила. Просто развернулась и вышла, оставив после себя запах горьких трав и холодное разочарование. Я смотрел на колышущийся полог и понимал, что между нами выросла стена, которую не пробить даже мечом из звёздной стали. Вихрь требовал новых и новых жертв.

* * *

Чо-Сокара влетел в ставку хана на взмыленном коне. Его вид — грязного, оборванного, со следами копоти на лице — вызвал среди охраны Торгула гомон. Тысячник, всегда лоснящийся и уверенный в себе, теперь напоминал побитого пса.

— Великий хан! — он упал на колени перед входом в огромный шёлковый шатёр. — Они демоны!

Торгул вышел наружу не спеша — он ел финики, что привезли с собой дайцинцы, сплёвывал на землю косточки. Его лицо, изборождённое морщинами и старыми шрамами, было непроницаемым. За его спиной, в тени навеса, стояла фигура в длинной богато украшенной одежде — имперский посланник Дайцина. После позорной смерти Сяо Луня, который предпочёл самоубийство гневу Императора за потерю Слезы Рода, его место занял Мастер Цзяо. Он был старше, суше, его глаза были настолько узкими, что не было видно зрачков.

— Встань, Чо-Сокара, — Торгул сплюнул ещё одну косточку. — Рассказывай. Где Хорку? Где Язвы?

— Хорку мёртв, господин! — Чо-Сокара дрожащими руками протянул хану обломок стрелы с чёрным наконечником из обсидиана и большой эльфийский лук, который удалось подобрать в начале битвы у погибшего лучника. — Эльф… Эригон… он собрал всех под знаменем какого-то серебряного вихря. Наши кони будто сходили с ума от нестерпимого воя стрел. Его луки бьют намного дальше наших. Они сражаются нечестно! Они кружат и расстреливают нас издалека, не давая даже приблизиться. Они убили всех и захватили мой обоз.

— Что с твоей тысячей?

— Она… она погибла. Почти вся. Кто-то спасся и сбежал в степь.

Вперёд выступил Мастер Цзяо. Он взял обломок стрелы, задумчиво провёл пальцем по острому, как бритва, краю стекла. На его ладони выступила капля крови.

— Обсидиан… — прошептал он. — Значит, он разбил Хорку и захватил карьер Небесной Язвы.

Торгул непонимающе смотрел на имперского мага, потёр затылок. До него начала доходить вся серьёзность ситуации.

— Хан, — Цзяо сделал шаг вперёд. — Если ты сейчас промедлишь, этот «Серебряный Вихрь» станет пожаром, который будет уже не потушить. Надо убить их всех, и не откладывая, пока они измотаны битвой с Чо-Сокаром. Прикажи выдвигаться прямо сейчас!

— Моё войско — всего две с половиной тысячи сабель, — Торгул злобно посмотрел на мага. — Это же ты заставил меня выйти, не дожидаясь сбора всех родов клана. Ты говорил, что это будет лёгкая прогулка за головами грязных беглецов. А теперь что? Предлагаешь бросить моих лучших воинов под эти эльфийские луки?

— Империя не забывает долги, Торгул, — Мастер Цзяо сложил руки в рукава. — Я помогу тебе победить.

— Как?

— Магией и заклинаниями. Наступай на рассвете. Завтра голова Эригона будет украшать твой бунчук, или я найду более решительного хана для службы Императору.

Торгул сжал кулаки. Выбора у него не было. Страх перед Дайцином был сильнее.

— Собирайте сотни! Идём дальше! — проревел он. — Завтра мы втопчем этот их Вихрь в пыль!

* * *

Утро встретило нас густым туманом, который медленно полз по степи, цепляясь за острые выступы Белых Камней. Я сидел на Арлане на вершине невысокого холма недалеко от «гуляй-города», вглядываясь в серую мглу.

Торгул не стал мудрить. Он вёл войско всю ночь и развернул свои силы широким фронтом, пытаясь охватить нас полукольцом. По моим прикидкам, там было не меньше двух тысяч всадников. Чёрные знамёна Копыт казались пятнами дёгтя в утреннем тумане.

— Опять то же самое, — проворчал Баян-Саир, стоя рядом и проверяя натяжение тетивы на своём тяжёлом луке. — Он просто пошлёт их на нас, надеясь задавить числом. Мы и сами так воевали.

— Нет, он не так глуп, — я поднял подзорную трубу. — Его войско устало после ночного перехода. Лошади вымотаны, и воины тоже. А наши успели отдохнуть. Он вряд ли погонит их в атаку сходу. Смотри, он держит основной отряд в центре. Вперёд идут только лёгкие лучники.

Битва началась с нашей тактики «качелей». «Жёлтая» и «Зелёная» сотни вылетали навстречу, осыпали врага стрелами и имитировали бегство, заманивая Копыт под обстрел с камней. Но Торгул сдерживал основную массу воинов, видимо, давая им отдохнуть для решающего натиска. Он терял людей в перестрелках, но не позволял им броситься в погоню за моими ложными отступлениями, как вчерашний тысячник. Наша тактика в этот раз не сработала в полной мере. Несколько групп особо горячих всадников Копыт, бросившихся вслед за моими воинами, полегли почти все, и это заметно охладило пыл остального войска хана.

К полудню туман окончательно рассеялся. И тут случилось то, чего мы не ждали.

— Повелитель! Посмотри на юг! — крикнул Баян-Саир.

На нашем правом фланге из-за холмов начала выходить огромная масса всадников. Я развернул трубу. Пять, нет, семь или восемь тысяч воинов в незнакомых доспехах, с мечами и щитами, заходили нам в бок, обходя «гуляй-город». Тяжёлая конница со знамёнами Копыт! Мы погибли…

— Откуда⁈ — Баян-Саир побледнел. — У Торгула не было таких воинов! Это свежие рода, они пришли с юга! Повелитель, надо срочно отступить, иначе они нас сомнут! Бросаем обоз и…

Я уже готов был дать команду Мунуку. Мои руки сами потянулись к рогу. Такое количество всадников во фланг — это конец. Нас зажмут, словно между молотом и наковальней. Это поражение.

Тем временем Торгул бросил свои сотни вперёд: они начали заходить с севера. Что делать? Отступать? Как же гуляй-город⁈ Чёрт с ним, обозом, — спасти армию! Трублю общее отступление. На всякий случай я снова припал к окуляру подзорной трубы, наводя резкость. Изображение дрожало, линзы Питэля давали искажения по краям, но я впился взглядом в копыта скачущих лошадей.

— Стой… — проорал я. — Всем стоять!

— Повелитель⁈ — Баян схватил меня за плечо. — Они уже близко! Надо скомандовать отступление.

— Посмотри сам, хан! — я буквально всунул ему трубу в руки. — Смотри на их копыта!

Баян присмотрелся. Через несколько секунд его лицо вытянулось.

— Пыль…

— Пыль висит над ними, как облако, но под самими копытами её нет!