"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

моего тёмно-синего бархатного платья, поднялся к лежащим на подлокотниках рукам. Под тканью от запястий до локтей скрывались глубокие раны, продолжавшие ныть и дёргать.

Доказательство того, что всё это не шутки! Готова ли я вот так спасать каждого встречного недавно усопшего? Ради чего такие жертвы с моей стороны?

"У всех есть свой срок: если пришло время умирать, то стоит ли вмешиваться в чью-то судьбу?"  – единственное, что сказала Смерть, без боя отступая от Джонни. Взамен она забрала у меня сколько-то лет жизни.

Минус десять лет? Возможно.

А может, и минус пятнадцать. Я не знала точно. На моей внешности это никак не сказалось, то есть я не превратилась в дряхлую старуху. Поняла лишь одно: если не прекращу вытаскивать всех подряд из того света, то помру юной семнадцатилетней девицей.

Подобная не радужная перспектива отрезвила. Во рту вдруг пересохло – от страха в глотке будто образовалась пустыня. Едва отлепив себя от сиденья, подошла к столу и налила в кружку воды. Махом выпила, затем ещё. Рядом с кувшином стояла глубокая тарелка, полная яблок.

Вспомнила о том, которое забрала у Оливии. И съела его так быстро, что даже вкуса не почувствовала. А затем ещё одно.

Проснусь ли я завтра после путешествия за грань? Помнится, что спасение Джульетты обошлось мне дорого – тремя днями отключки. Не хотелось бы, чтобы и в этот раз меня так сморило.

Придётся просто положиться на судьбу. Не в силах более переживать, легла на узкую лавку и закрыла глаза. Утро вечера мудренее. И на моей улице когда-нибудь будет праздник.

– Леди Белла! – кто-то настойчиво тряс меня за плечо. Я хотела было отмахнуться и перевернуться на другой бок, но мне не дали, больно сжали плечо и пришлось отреагировать.

– Что такое? – вяло, едва сдержав слёзы – настолько болело горло и руки, спросила я.

– Ты вся горишь, – надо мной склонилось лицо Розамунды, девушка была, как обычно, холодна и бесстрастна.

– Худо мне, – каркнула я, веки сами собой закрылись.

– Вели страже отнести леди Изабеллу в её опочивальню и кликнуть брата-лекаря, – донёсся до меня, словно сквозь вату, голос Её Высочества.

– Н-не нужно, н-не хочу, чтобы меня лечил брат Освальд, – нашла силы возразить я и даже приподняться. – Мне бы только умыться, и я готова к работе!

Блуждающим взором нашла Шарлотту, та, задумчиво поджав губы и нахмурив брови, смотрела на мои потуги.

– Хорошо, священника звать не будем, но ты отправишься к себе. Вдруг ты заразная? К тебе приставят служанку.

– Агнес, если позволите… – облегчению не было предела; сил, чтобы удивиться неожиданной щедрости Её Высочества, не нашлось.

– Розамунда, распорядись, – хмыкнула Шарлотта, а моё сознание снова поплыло и в итоге померкло.

Очередное пробуждение было куда более сносным. Нутро не горело огнём, руки не ныли, горло не дёргало противной болью. Сглотнула, проверяя – и правда, резь исчезла.

Пить! С этой мыслью распахнула глаза.

Я лежала в отведённой для меня комнате. Боковым зрением уловила движение.

– Агнес! – увидеть девушку рядом – как бальзамом по израненному сердцу. Она символизировала дом, Джульетту и Ниту-травницу.

– Госпожа! – мигом откликнулась служанка и подошла к кровати. – Слава богу, вы очнулись! Уж пару дней спите, даже ни разу не пошевелились. Так же, как когда-то дома, помните? Из-за переживаний за леди Джульетту слегли.

– Помню, – кивнула я.

– Вы из-за сына леди Оливии так переволновались, да? – участливо спросила она. – Жалостливая вы больно, леди Белла, а так нельзя, сердце ведь некаменное, однажды не выдержит.

Агнес подала мне полную кружку воды и помогла напиться, продолжая делиться новостями.

– Да и кто вам этот мальчик? Он чужой, и видели вы его от силы пару раз, – она осуждающе покачала головой. – Впрочем, зазря вы так переволновались! Выжил он, представляете? – простое широкое лицо помощницы озарилось искренней улыбкой. – Чудо, иначе не скажешь! Леди Оливия говорит – всю ночь молилась. А утром Джонни её окликнул. Вот и не верь после такого в силу Всевышнего!

– А больше она ничего не сказала?

– А что ещё? – искренне удивилась женщина, а после, явно что-то припомнив, воскликнула: – Точно! На кухне шептались, будто сны ей снились светлые, сразу после молитвы, словно ангел на её просьбу спустился, коснулся чела Джонни и излечил все его раны.

Между делом Агнес помогла мне сесть на кровати.

– Леди Белла, это хорошие вести, но, – вдруг нахмурилась собеседница, – как оно обычно водится, есть и не очень приятные, – Агнес понизила голос до полушёпота, глаза её стали круглыми-круглыми.

Всё внутри меня оборвалось.

– Завтра в замок прибудет сам епископ Эдмунд Боннэр, глава Святой инквизиции.

– Зачем? – ахнула я, вопрос сорвался с губ, но мне уже не нужен был ответ – я сама обо всём догадалась.

– Любые чудеса проверяются, дабы…

– Исключить вариант, когда могло использоваться тёмное колдовство, – сипло договорила я.

Глава 25. Побег

Интерлюдия

Страх сковал горло, мешая говорить. Оливия тряслась в панике, лишившей её способности двигаться. Женщина сидела на краешке неудобного холодного стула в центре тёмного, пропахшего сыростью подвального помещения. Покрытые чёрной плесенью влажные стены будто пропитались отчаянием и ужасом всех тех, кто тут был до неё.

Серый камень без окон подавлял, горящая масляная лампа вовсе не разгоняла мрак, наоборот, создавала зловещую игру теней, которые, подобно призрачным стражам, метались по стенам, искажая очертания немногочисленных предметов: стоявший перед ней грубо сколоченный стол с глубокими трещинами, и два стула за ним.

Тяжёлые шаги всё приближались, пока не остановились за дверью.

Через мгновение створка с противным скрипом распахнулась и в допросную вошёл высокий мужчина. Его алый плащ с чёрной подкладкой колыхался в такт каждому движению. Высокий воротник закрывал нижнюю часть худощавого лица, оставляя видными только холодные, цвета стали глаза, немигающее буравящие Оливию. Мужчину сопровождал брат-лекарь Освальд.

Священники прошли вперёд и разместились за столом.

– Леди Оливия, – заговорил епископ, – вы наверняка уже знаете, кто я, и по какому вопросу прибыл, – он тяжело, без тени улыбки, посмотрел на испуганную женщину и продолжил: – Не стоит так дрожать. Чувства тут излишне, они могут помешать вам ясно мыслить. Итак, я задам вам всего пару вопросов и отпущу с миром. Главное, не лгите. Я чую любую ложь, – и сказано было так, что сразу же верилось: да, епископ Боннэр действительно на это способен. – Мне нужно отмести все сомнения, что ваш сын поправился не с помощью чёрной ворожбы, а по милости Божьей.

– Д-да, Ваше Преосвященство. Я расскажу всё, что помню, – кивнула Оливия, нервно смяв ткань платья на коленях.

– Поведайте подробно, кто посещал