Хранительница замка - Райан Гродин

Скоро все узнают, какой скелет он прячет в шкафу! А ведь скелет-то мой! Все узнают, что я умер, и я сделаюсь посмешищем для всего королевства! – Волшебник Запад задрожал. – Положение ужасное…

В домике повисла тишина, и Фэй не услышала даже соловьиного пения, хотя обычно соловьи распевали здесь каждый вечер.

– Значит, вот что это за ситуация чрезвычайной важности? – Аргон наклонил голову. – Вы боитесь, что вас засмеют?

Фэй навострила кошачьи уши. Это что, ветка хрустнула? Или ей почудилось?

Пак прижал уши к голове. Шерсть у него странно взъерошилась, словно от ветра.

– Насмешками дело не ограничится, – сказал кот, прыгнув на стол. Он смахнул крошки с последнего номера «Проклятого очарования», который оставил на столе отец Фэй. – Несколько недель назад Торн пришел ко мне, обеспокоенный сообщениями, которые поступают из Ретнека.

– Эти землетрясения и правда жуткое дело, – согласилась Рена. Фэй почувствовала, что дрожит. Рядом со статьей о крысах в западных кварталах Ретнека фотографии не было, да она и не нужна была. Пак отодвинул газету и выкопал из-под нее чтиво куда более мрачное. «Духи Эпохи теней». Книга по-прежнему была открыта на той странице, над которой заснул отец Фэй, – на иллюстрации с десятками кроваво-красных глаз. Такие глаза были у сумеречных волков, темных драконов и… у крыс.

– Вряд ли папа переживал из-за землетрясений, – прошептала она, – он боялся злых духов.

Пак коротко кивнул.

– Твой отец полагал, что на королевский дворец напали, поэтому он отправил с их садовником столько звездной соли, сколько у нас имелось, а затем пошел в оранжерею собрать еще. Время он выбрал крайне неудачное… Хотя кто из нас думал, что волшебник Запад лишит ворота Селурдура последней защиты, а затем притащит сюда полстолицы? И все это – оставив собственное тело лежать без присмотра!

– Я готовил грандиозный финал… – пробормотал Запад.

– Да уж, – язвительно отрезал кот и смерил волшебника насмешливым взглядом, – не исключено, что выйдет намного грандиознее, чем ты предполагал. И что этим финалом все и закончится. Теперь, когда один из старых демонов Сумеречной королевы владеет твоим телом, он волен творить все, что заблагорассудится. Захочет – убьет короля! Захочет – не станет выбирать тебе преемника и уничтожит Селурдур! Дождется полнолуния, обрушит замок, и в Солуме начнется вторая Эпоха теней!

Слова Пака всей своей тяжестью опустились на домик Фэй. Сама Фэй присела на папину кровать, мечтая, чтобы папа вдруг оказался здесь и сказал, что все будет хорошо. Они обязательно что-нибудь придумают… Правда ведь?

Волшебник Запад словно онемел.

– О… – тихо, очень тихо выдохнул он наконец, побледнев еще сильнее, – об этом я не подумал.

Если все вокруг белели, то Пак чернел. Шерсть торчала, а его приглушенное рычание напоминало Фэй раскаты грома.

– Ты вообще не думал! Решил себя потешить и вместо похорон устроил турнир!

– Я же просил не говорить слово на букву П!

– А я просил ЗАКОПАТЬ ТВОЕ МЕРТВОЕ ТЕЛО! – проревел кот.

Впрочем, на кота он уже не очень походил. Контуры его тела постепенно размывались, сливаясь со стенами, и в конце концов Пак превратился в клыки и желтые глаза посреди огромной черной тучи.

– Если бы ты меня послушал и закопал его в саду за замком, НИЧЕГО НЕ ПРОИЗОШЛО БЫ!

У волшебника Запада отвисла челюсть: он не привык, чтобы на него орали.

– Я тебе не мешок с удобрениями…

– ТЫ ВОЛШЕБНИК ЗАПАД! – рявкнул Пак. – Тебе следовало не магические эликсиры придумывать, а изучать заклинания, которые укрепили бы фундамент Селурдура!

Домик заходил ходуном. Книги рассыпались по полу. Старые экземпляры «Проклятого очарования» расправили страницы и улетели. Светлячки в фонарях погасли. Выстиранная одежда полетела на пол, а вместе с ней и шарф-полотенце с шеи Запада. Однако волшебник, потрясенный выволочкой, которую устроил ему кот, даже внимания не обратил на это. Остальные точно окаменели. Аргон смахивал на живые доспехи. Зуза с Жужей обнялись, и даже Рена отшатнулась и съежилась.

Уши у Фэй, и человечьи, и кошачьи, горели.

Когда она была маленькой, Пак мурлыкал ей колыбельные.

Он рассказал ей, как приручить горгулий на крыше.

Часто, свернувшись калачиком, Пак грелся на солнце, а когда она куда-нибудь шла, Пак непременно лез под ноги, но никогда не позволял о себя споткнуться.

Пак совсем не тот, кем кажется.

Фэй всегда считала его слугой, на которого попало заклятье перевоплощения, вроде себя самой. Но будь это так, он не отбрасывал бы настолько длинную тень. Его силуэт метался по стенам, заслоняя светящиеся грибы, поэтому «Духи Эпохи теней» тоже утонули в темноте. Впрочем, ей света и не требовалось.

Она и так знала, что перед ней – один из них.

– Я СЛУЖИЛ КАПРИЗАМ ДВАДЦАТИ ГОСПОД И ОДНОЙ ГОСПОЖИ! – Дух сверкнул глазами Пака и зарычал его голосом. – Из них ты – не худший, но я не встречал волшебника смешнее и самовлюбленнее! Тебе ничто не по силам! Даже Селурдур укрепить! Если бы не Торн, замок давным-давно рухнул бы!

Запад заморгал, и на миг Фэй почудилось, что он того и гляди заплачет.

С верхних полок падали книги.

Светлячки вырвались из фонарей и вылетели в окно.

Другие слуги тоже явно предпочли бы сбежать.

Фэй встала с кровати, раздумывая, в какую сторону посмотреть, чтобы обратиться к духу. Его чернота расплылась по всему дому, желтые глазищи пылали яростью, но Фэй не боялась. Может, Пак и не кот и даже не бывший человек, но какая разница?

Пак был Пак.

– Знаешь что, – она уперлась руками в бока, – ты тут все вверх дном перевернул, папа тебе за это спасибо не сказал бы. И если мы будем друг на дружку орать, то Селурдур не спасем! Надо прикинуть всем, сообща, и придумать, как избавиться от злого духа. И для этого тебе понадобится голова.

Черное облако замерло, вздохнуло и снова превратилось в кота с четырьмя лапами и хвостом.

– Прости меня… Я… Просто я уже так давно… – кот задрожал, будто с трудом втискивался в тесное тело. – Я связан с Селурдуром с тех пор, как заложили первый камень его фундамента. И я буду служить этому замку, пока стоит фундамент. Надеюсь – ради всех нас – что служить мне предстоит долго.

– Я тоже, – сказала Фэй.

Остальные гости домика на дереве закивали. Даже волшебник Запад.

– Кто-нибудь примерно представляет, как нам лучше поступить… – Фэй осеклась.

За открытой дверью мелькнул огонек.

И снова треснула ветка. Снаружи кто-то притаился. Что именно он успел увидеть? И услышать? Нужно немедленно скрыть от него все, что происходит. И побыстрей. Мимо волшебника Запада, который вскрикнул так, словно