Попаданец по-своему - Буради Хомура

— Это ты скрипишь, — сказала Селена.

— Это дверь.

— А голос у тебя громче двери.

За дверью оказалась небольшая комната без окон. Вдоль стен — кованые сундуки. В центре, за столом, уронив голову на скрещённые руки, сидела фигура.

Селена вскинула лук. Малкаор остановил её.

— Не надо. Это моё тело. То, которое было до подключения. — Голос его звучал бесцветно. — Я надеялся, что однажды вернусь.

Людвиг подошёл поближе, заглянул фигуре в лицо.

— Похож.

— Это я.

— И не постарел.

— Триста лет заморозки.

— Я бы за триста лет оброс жиром, — сказал Рогар.

— Ты и за три года оброс, — заметила Селена.

— Мышцы.

— Конечно.

Малкаор отвёл взгляд от своей прежней оболочки и открыл ближайший сундук. Внутри, переложенные истлевшей тканью, лежали свитки. Он бережно развернул один на столе.

Схема изображала нечто, похожее на сердце — но древесное, как корень, сплетённый в узел, из которого расходились тысячи нитей.

— Аккумулятор, — сказал Малкаор. — Не машина. Не артефакт. Это сердце. Живое сердце мира. Вырванное из него в незапамятные времена.

— Мир? — переспросила Заря. — Целый мир?

— Да. Очень старый. Один из первых, который Ткачи очистили. Вместо того чтобы стереть, они забрали его сердце и превратили в инструмент. Оно живое. Дышит. Чувствует. Но не может проснуться — Ткачи заставили его питаться волей мёртвых.

— Как его разбудить? — тихо спросила Заря.

— Нужно напомнить ему, чем оно было до порабощения. Кристалл Кайра — осколок того же целого. Он может открыть дверь. А твоё Пламя — исцелить. Не разрушить — разбудить.

— Третий осколок — это замок, — добавила Иллиана. — Судя по схеме, Ткачи вживили его в аккумулятор, чтобы перенастроить резонанс. Пока осколок внутри, Сердце не бьётся — оно вытягивает волю, вместо того чтобы излучать. Если мы его извлечём, резонанс прервётся. Сердце либо угаснет, либо вернётся к своей природе. Третьего не дано.

Людвиг потянулся к свитку.

— Можно посмотреть?

— Аккуратно, — сказал Малкаор.

Гном взял схему, поднёс к глазам, покрутил.

— А где здесь мы?

— Внизу. Под аккумулятором.

— Далеко?

— Три дня пути.

— Если ничто не нападёт.

— Если ничто не нападёт, — повторил Малкаор.

Малкаор замолчал. Потом медленно обвёл взглядом стены. Кайр заметил, как изменилось его лицо — стало глубже, тише, будто он видел сквозь камни то, что было здесь триста лет назад.

— Я помню всех, — сказал он. — Их лица, голоса, имена, которые сеть не смогла стереть. Моих учеников, друзей, наставника…

Он замолчал, подбирая слова, и вдруг остановился.

Не у стены. У воздуха.

Пальцы дрогнули, потянулись к чему-то невидимому.

— Лиара, — прошептал он. — Моя жена. Я искал тебя триста лет.

Заря сжала медальон на груди. Селена отвела взгляд. Людвиг замер со свитком в руках.

Рука Малкаора замерла в волоске от пустоты.

Запах старой бумаги и свечного воска. Тёплый воздух библиотеки, прогретый солнцем сквозь цветные витражи. Он сидит за столом, разбирает свитки, и вдруг чья-то тень падает на страницу. Поднимает голову. Она стоит в проходе между стеллажами, прижимая к груди стопку книг, и улыбается — не ему, а тому, что увидела в его глазах. Он ещё не знает её имени. Но уже знает, что запомнит этот день навсегда.

— Она была полукровкой, — сказал Малкаор вслух. — Эльфийка с человеческой кровью. Коллеги поглядывали на неё косо. А я был хранителем Архива, старше на сорок лет. Мне говорили: «Малкаор, это неуместно». Я отвечал: «Мне всё равно».

Он помолчал.

— Она пахла чернилами и сушёной лавандой. Я помню это даже теперь.

Людвиг шмыгнул носом.

— Не мешай, — шепнула Селена.

— Я не мешаю. Я просто сопереживаю.

— Сопереживай молча.

— В ту ночь Архив ещё жил, — продолжал Малкаор. — Горели свечи. Скрипели перья. Кто-то спорил в дальнем зале. Алариэль переписывала старые карты. Элтарис чинил переплёт. Мириэль читала баллады — я слышал её голос, тонкий, как серебряная струна. А потом запели контуры.

Он замолчал.

Глава 45: Сердце Ткачей

К центральному узлу добирались ещё сутки.

Воздух стал вязким — каждый вдох царапал горло. Кристалл пульсировал всё чаще. Осколок в кармане вторил ему.

— Скоро? — спросил Рогар.

— За следующим поворотом, — ответил Малкаор.

Людвиг вытер пот со лба. Посмотрел на дестабилизатор.

— Мой прибор перегревается.

— Выключи, — сказал Кайр.

— Нельзя. Он калибруется.

— Калибруй быстрее.

— Я не могу калибровать быстрее. Это процесс.

— Тогда не жалуйся.

Людвиг обиженно замолчал.

Малкаор вывел их в огромную пещеру.

В центре висел Аккумулятор. Серые нити оплетали его, сходились к пульсирующему клубку. Внутри каждой нити Кайр различал тени лиц.

— О боги, — выдохнул Людвиг.

— Если каждая нить — один подключённый, — произнесла Иллиана, — здесь целые цивилизации.

— Сколько? — спросила Селена.

— Тысячи. Может, сотни тысяч.

— И всех надо спасать?

— Всех.

Селена покачала головой. Ничего не сказала.

Заря коснулась медальона.

— Я обещаю тебе, Малкаор. Мы разбудим их. Всех.

Малкаор поднял голову.

— Я верю.

— Почему? — спросил Людвиг.

— Потому что она первая, кто пообещал.

Кайр почувствовал, как кристалл забился быстрее.

— Начинаем. Людвиг, прибор. Иллиана, Лаэртан — защитный круг. Селена, Рогар — прикрытие. Заря — со мной.

Людвиг установил треногу. Нацепил дестабилизатор. Проверил контакты.

— Готов.

— Точно? — спросила Селена.

— Девять из десяти.

— Опять девять?

— Десять будет после испытаний.

Иллиана и Лаэртан подняли серебристый и зелёный контуры. Свет замерцал.

— Держим, — сказал Лаэртан.

— Если аккумулятор ответит, продержимся минуту, — добавила Иллиана. — Может, две.

Рогар взял молот обеими руками.

— А потом — мы.

— Потом — вы, — поправил Кайр.

— Одно и то же.

Кайр и Заря подошли к границе нитей. Кристалл сиял. Ладони Зари горели золотом.

— Готова?

— Готова.

Она посмотрела на него.

— Ты же сам говорил: не давить, а спрашивать.

— Говорил.

— Я спрошу. Очень вежливо.

Кайр закрыл правый глаз. Левый увидел нити, чёрную ауру и в центре — третий осколок. Тёмный, холодный.

— Вижу. Он держит Сердце.

— Если вытащим — Сердце проснётся или умрёт.

— Должны попробовать.

— Да.

Они коснулись аккумулятора.

— Людвиг! Давай!

Дестабилизатор взвыл. Луч ударил в ближайшую нить. Та начала расходиться.

— Первый слой! Четыре осталось! — закричал Людвиг.

— Снаружи движение! — бросила Селена.

— Много! — добавил Рогар. — Идут с трёх сторон.

— Кто? — спросил Кайр, не отрывая рук.

— Тени. Серые. Не люди.

— Держите!

Рогар шагнул вперёд. Молот опустился. Звук разнёсся по пещере.

— Один готов.

— Их ещё много, — сказала Селена. Лук щёлкнул. Стрела ушла в темноту.

Второй слой начал плавиться. Иллиана побледнела. Лаэртан стиснул зубы.

— Третий слой! — выдохнул Людвиг. — Я держу, но...

— Держи!

Заря вливала Пламя в Сердце.

— Оно отвечает, — сказала она.

— Слабо?

— Испуганно. Но живо.

— Четвёртый! — крикнул Людвиг. — Ещё один!

Луч ударил сильнее. Нити трещали.

— Пятый слой! Последний! Пробиваю!

Луч вспыхнул. Последняя преграда лопнула. Грохот