Обольстительное пламя - Эйдзи Нацубара

Значит, кто-то подбил исстрадавшуюся Хинадзуру на поджог. Такого Рури простить не могла.

– Как странно. Тело легкое. Мне в самом деле намного лучше! Зачем же ты мешаешь? – вскрикнула вторая ойран, и в уголках ее рта запузырилась пена.

Она вырывалась все яростнее, царапалась, кусалась.

– Ай!..

Рури невольно отпустила ее. Из ран закапала кровь. Но она не сдалась и схватила подругу снова, как вдруг зал поплыл перед глазами.

– Проклятье, как не вовремя…

Это была расплата за обращение к драконьим силам. Рури с досадой прищелкнула языком. А вот Хинадзуру, наконец освободившись, закружилась среди столпов пламени.

– Сестрица Акэяма, я к тебе! Опять с тобой налопаемся сладостей! Поболтаем о театре, нарядимся хорошенькие и будем танцевать!

На ее лице виднелись крохотные наросты.

«А что, если впрямь дать ей тут умереть?..»

Перед глазами возник образ Цукасы. Рури вспомнила, как усыпляла собственную бдительность и не давала себе поверить, будто подруга способна обратиться демоницей. Что, если она могла спасти Цукасу и сама упустила шанс? За это Рури днями и ночами грызла совесть.

Нет, теперь она не бросит Хинадзуру. Оставит ее тут – и уже никогда не поднимет голову, не станет прежней. Уверенность подтолкнула ее к решению.

– Да ты же сама не веришь, будто твоя смерть – это ключ к победе, – с трудом проговорила она, и Хинадзуру обернулась. – Ты устроила пожар, потому что хочешь жить. И если не отбросишь надежду, то наверняка еще не все кончено. Может, сама ты не справишься, но я помогу. И не думай, будто я говорю не от всего сердца. Нет, обещаю, что буду рядом! Умоляю, только не умирай тут.

Больше Хинадзуру не смеялась. Плотно сомкнутые губы дрожали, а из глаз катились слезы.

– Рури, я…

У нее дрогнул голос, она закрыла лицо руками и упала. Девушка кричала навзрыд, едва не срывая голос, в котором сквозили одиночество и страх.

– Ничего не объясняй. Я все понимаю.

Боль Хинадзуру, крик ее души Рури ощутила сердцем через кожу. А в следующий миг раздался рев. Едва удерживаясь на ногах, истребительница зла подняла голову. Пылающие балки падали прямо на подругу.

– Берегись! – крикнула Рури, бросаясь к ней.

Обломки дерева воткнулись в соломенные маты на полу. За ними посыпались мелкие угли. Тут новый вопль Рури прокатился по залу эхом: кусок древесины пронзил бок и левую ногу ойран, когда та прикрыла Хинадзуру, и воткнулся в татами. Хлынула кровь. Хирай, пока его хозяйка падала, выпал из-за пояса и отлетел.

– Ах… Рури, из-за меня…

Жадные языки огня бросились к ним. От дыма плыло в глазах, и Рури против воли зажмурилась. Телом она чувствовала, как со всех сторон подступает пламя.

– Хинадзуру, я там ведро с водой принесла. Вылей ее на себя и беги. Скоро придут мои товарищи: они помогут. Встретимся снаружи.

– Я не мо…

– Беги давай! – прикрикнула Рури, и Хинадзуру сжалась.

– Х-хорошо… Я кого-нибудь позову! – ответила она дрожащим голосом и схватила ведро. – Я обязательно вернусь, Рури! Обещаю.

Девушка опрокинула на себя остатки воды и устремилась к выходу, прорываясь сквозь бушующее пламя.

«Вот и хорошо… Теперь она сразится с болезнью. На сей раз я не сплоховала», – думала Рури, провожая подругу глазами. Силы ее покидали.

– Откуда вы здесь?.. – вдруг раздался изумленный голос Хинадзуру, и Рури с трудом разлепила глаза. Затем подруга вскрикнула, а следом донесся стук падающего тела.

– Хинадзуру?

Когда ойран с трудом сосредоточилась, то различила на пороге зала упавшую девушку. Рури попыталась стряхнуть с себя деревянные обломки, и бок тут же пронзила жестокая боль, за которой последовал второй отчаянный крик.

Собрав последние крохи сил, девушка попыталась схватить Хирай, однако тот оказался слишком далеко. В глазах все качалось и плыло. Страшно хотелось спать.

– Хинадзуру, еще совсем чуть-чуть! Вставай! – проговорила она, протянув к подруге обессилевшую руку. Но ей ни за что было не дотянуться, и пальцы сомкнулись только на зыбком дыме.

Вдруг она различила за его клубами знакомую серую шерстку.

– Кома…

Комаину проскочил между столпов пламени к ойран и сочувственно лизнул ей руку.

– Кома, ты здесь? Скорее вытащи Хинадзуру. Может, еще не поздно, – слабо пролепетала Рури.

Цукумогами только молча смотрел в ответ.

– Ко… ма…

Из-за зверя вышел мужчина. Рури видела только приближающиеся ноги. На щиколотке темнел вытатуированный голубь. Затрещал, обрушиваясь, потолок. Девушке звук показался бесконечно далеким. Перед тем как потерять сознание, она услышала издевательский смех.

Глава 11

Над Эдо нависли тяжелые свинцовые облака, ночной воздух то и дело сотрясали раскаты грома. Влажный ветер качал травы и деревья. Все живое затихло, будто в страхе перед надвигающейся грозой, и попряталось во тьме.

Во дворе заброшенного храма появилась фигура в черном кимоно. Рури сбросила накидку Нараку и мрачно оглядела поверженную демоницу. Эту женщину отравил муж, которому она беззаветно доверяла. Сначала из груди твари вытекала черная кровь, затем и она обратилась песком.

– Задание успешно выполнено, командир. Вы не ранены? – спросил из-за спины Дзёкити, и Рури кивнула, не сводя глаз с распадающегося чудовища.

– Не ранена. Вы с Гондзо так ее загнали, что я приблизилась без труда. Близнецы, вас тоже хвалю. Можете снимать барьер.

Гондзо, Тоёдзиро и Эйдзиро собрались вокруг командира, чтобы посмотреть на исчезающего врага. Ойран почувствовала, как ноет незаживший бок.

Пожар заметили быстро, и благодаря самоотверженности Рури сгорело только с десяток борделей во Втором Эдомати, на улице Сумитё. Больше двухсот людей получили ожоги. Впрочем, настоящее чудо, что обошлось без погибших, ведь, если бы не Рури, Ёсиваре оставалось лишь догорать дотла.

Черных змей, которых призвала ойран, в новостных листовках назвали «великим змеем Ямата-но Ороти, сошедшим в пламенный ад». Выпуск вызвал бурные обсуждения. Беспорядочно мечущихся людей глубоко впечатлил вид огромных чудовищ, поглощавших огонь, вот они, видимо, и вспомнили древние легенды. К счастью, Рури на крыше никто не разглядел: спасали от пожара собственные шкуры и не вглядывались.

А вот летящего по небу красного льва удалось спрятать благодаря О-Кику, которая понимала, что к чему: хозяйка окружила Эна той же золотой симэнавой, что и во время боя с Цукасой. Гондзо с близнецами, едва узнав, что Рури все еще в огне, бросились на помощь к «Тёдзи-я». Они обнаружили бесчувственную ойран в море пламени среди обломков рухнувших перекрытий.

От таких ран в боку и на ноге простой человек истек бы кровью, но Рури почти без последствий оправилась