Искупление - Стивен Бакстер

Тыквы тоже начинала свой собственный дневной цикл: терапию, медицинские осмотры, нежные беседы с жителями Айленда, и все это под наблюдением Харриса Кемпа и других старших медиков корабля. Однако народ Тыквы предпочитал разбредаться. Спустя недели после того, как их привезли в жилой купол, они все еще казались очарованными травой, цветами и деревьями — хотя парковая зона купола была уже не такой, как раньше; призраки забрали, с неохотного согласия Джофиэла, участки пастбищ, образцы кур и даже крыс. Точно так же, как они однажды совершили набег на Тыкву.

Начало дня. Передача ночной вахты первой дневной вахте.

Именно тогда в воздухе, в офицерской каюте под крышей жилого купола Айленда, появился призрак.

Джофиэл, Ашер и Харрис поспешили в офис, чтобы встретиться с ним. Когда они добрались туда, Джофиэл уставился на призрака. — Где Никола Имри?

Ответа нет.

— Вы тот, кто назвал себя послом?

— Вопрос не имеет реального смысла.

— Как и ваш ответ, — проворчал Джофиэл.

Харрис прошептал Джофиэлу: — Вероятно, он говорит правду. Призраки — сложные существа. Конечно, можно заменить их шкуру, например, без существенного изменения их самоощущения. Их личности могут быть непостоянными. Даже общедоступные. Если бы Никола была здесь, она, вероятно, процитировала бы нам корабль Тесея.

Призрак заметил: — У вас нет члена экипажа по имени Тесей.

Напряженное молчание.

Харрис выступил вперед. — Я отвечаю за медицину среди присутствующих здесь членов экипажа. Хочу поблагодарить вас за то, что позволили нам привезти команду Тыквы в этот жилой купол, чтобы мы могли позаботиться о них.

— В наши намерения не входит причинение вреда, — мягко сказал призрак. — Это никогда не было вредом. Сегодня мы здесь, чтобы пригласить вас стать свидетелями нашего проекта по дестабилизации звезд.

Джофиэл нахмурился. — Что такое проект по дестабилизации звезд? Почему нас это должно волновать?

— Идемте со мной, Джофиэл Пул. Вы научитесь. Ваша реакция будет интересной. Выберите компаньона.

— Я выбираю Никола Имри.

Безмолвное противостояние, растянувшееся на долгие секунды.

Ашер прошептала: — Ты, конечно, должен пойти. Нам нужно узнать все, что мы можем. Она сказала призраку: — Я пойду.

— Будьте готовы через час. — Призрак исчез. Джофиэл отдал ряд обычных приказов Харрису, временно исполняющему обязанности командира.

В частности, Джофиэл позаботился о том, чтобы за интерфейсом червоточины, их единственным источником спасения, всегда велось скрытое наблюдение. Если Майкл Пул и получил отчаянную мольбу о помощи, которую Джофиэл отправил через червоточину Коши, он еще не ответил — но тогда, таково было чудовищное замедление времени, от которого сейчас страдает Коши, для Майкла Пула с момента похищения прошло всего несколько часов, в то время как для Джофиэла прошло четыре месяца. Помощь могла прийти в любое время — но только в том случае, если призракам не пришло в голову разрушить интерфейс червоточины.

Затем Джофиэл обратил свое внимание на этот новый опыт. Или на его возможность.

Их транспорт был обычным — корпус реликтового флиттера, лишенный человеческих двигательных возможностей и втиснутый внутрь корабля призраков.

Оказавшись на борту, Джофиэл и Ашер встали перед обзорным экраном, наблюдая, как удаляется Губер c.

Им сказали, что их везут на какую-то станцию, расположенную ближе к звезде, чем Меркурий к Солнцу. Таким образом, путешествие длилось около двух астрономических единиц: в два раза больше расстояния между Землей и Солнцем, каким оно было раньше. Такому сверхмощному космическому кораблю, как Айленд, потребовалось бы несколько дней, чтобы совершить такое путешествие при ускорении в одно g.

Но гипердвигатель призраков не требовал времени вообще. Внезапно перед ними замаячил лик звезды, море застывшего света.

Джофиэл вздрогнул.

Ашер была очарована.

Солнечные пятна, похожие на водовороты, следы разломов в магнитном поле. У одного края звездного диска, как увидел Джофиэл, собиралась огромная вспышка: дуги плазмы, вырванные из верхнего слоя звезды и сформированные магнитным потоком в кольца, похожие на кулаки.

Ашер поднесла умный экран к иллюминатору, деловито собирая данные. — Посмотрите на это. Вы с Никола видели наше Солнце вблизи… Ничего подобного не было. Вы можете видеть, как дестабилизирована эта звезда, эти огромные зарождающиеся вспышки.

По видимой поверхности звезды проплыл огромный спутанный корабль — силуэт клубка веревки, внутри которого поблескивали серебряные капли.

Джофиэл проверил свои экраны. — Этот спутанный корабль сам по себе размером с небольшую Луну.

— Возможно, это наблюдательная станция. Зависшая в нескольких тысячах километров над фотосферой. Помните нашу собственную станцию? Жалкая маленькая Ларунда, космическое колесо, прячущееся в тени Меркурия, настолько близко, насколько мы осмелились подойти.

— Эй, там ты справилась с работой. А пока, что это? — указал он.

Пока корабль-призрак, или станция, проходил в поле их зрения, он высвобождал артефакты. Цепочку посеребренных сфер, похожих по морфологии на самих призраков, но гораздо больше, каждая, возможно, сто метров в поперечнике. Как только такая сфера была сброшена, она присоединялась к быстрому, скоординированному спуску к поверхности звезды.

Ашер изучила свои показания. — Они массивные. Там много тяжелого оборудования… — Она неуверенно взглянула на Джофиэла. — Зонды?

— Может быть. Они выглядят слишком большими для этого. — Он заколебался. — По-моему, это похоже на бомбежку.

Ашер нахмурилась. — Возможно. Давай проанализируем то, что мы знаем. Эта звезда нестабильна. Обычно взрыв новой происходит, когда у звезды есть компаньон, и меньшая звезда, искаженная приливными силами, выбрасывает массу вещества на поверхность большей. Оно накапливается до тех пор, пока вы не достигнете некоторой критической доли — обычно около одной десятитысячной массы звезды-мишени — и бац.

Джофиэл ухмыльнулся. — Бац?

Она пожала плечами. — В этом поверхностном слое мусора начинаются термоядерные реакции. В обычной звезде весь термоядерный синтез происходит в самом центре, вне поля зрения.

— Мы с Никола были там, видели это… Но если это на поверхности…

— Будет новая. Светимость звезды может увеличиться в десять тысяч, в сто тысяч раз. И это может продолжаться неделями, пока не разрушится этот нежелательный поверхностный слой. Затем процесс начинается сначала, с новым притоком вещества от компаньона.

— Но здесь нет звезды-компаньона. Только призраки и их глубинные бомбы. Являются ли призраки причиной этого? Намеренно возмущают эту звезду? Если да, то почему?

— Я просто предполагаю. Пока мы не получим больше данных…

— Ну, это может случиться скоро. — Он указал на пейзаж.

Этот большой спутанный корабль по-прежнему доминировал на обзорном экране. Но теперь часть этого клубка рассеялась, открывая что-то вроде туннеля, ведущего в сложный интерьер.

Туннеля, устье которого приблизилось.

— Нас затягивает внутрь. Может быть, нас переведут с нашего носителя на эту станцию.

— Это не столько стыковка, — сказала Ашер, испытывая тошноту. — Такое ощущение, что нас проглатывают, не так ли? Как будто это биологическое. Тьфу. Почему