Искупление - Стивен Бакстер

нас. Как только выучили наш язык, допрашивали нас, вместе и поодиночке. Пытались узнать о нас все, не только о наших технологиях и других возможностях, но и о нашей эволюционной истории, нашей биологии, нашей культуре.

— Им нравилось наблюдать за нашей работой. Они наблюдали, как мы работаем с системами жилого купола. Вывозили нас на планету для различных упражнений. Ловушки, в которые можно попасть или из которых можно выбраться. Как ученые эпохи открытий использовали животных в тестировании, так и они использовали нас. Люди, конечно, пострадали.

— Убиты? — огрызнулась Никола.

— Не целенаправленно. Видите ли, у них был грубый способ анализировать нас, как будто мы были незнакомыми механизмами, а не живыми существами. Даже проверяли нас на разрушение. Искали дух, разбирая тело на части. Да, были жертвы. Трупы увезли, я полагаю, для вскрытия.

— Вскоре многих из живых забрали. Увезли. С образцами технологий и жизни — почвы, травы и деревьев — из жилого купола. Животных, кур и кроликов, даже крыс. Мы больше никогда не видели наших товарищей по команде. Вы понимаете, у нас была большая команда, десятки тысяч человек, многие во время путешествия находились в спальных отсеках.

— На всех кораблях Рассеяния было много пассажиров, — сказал Джофиэл. — Даже у таких зеленых кораблей, как ваш. У кораблей-сеятелей — даже больше.

— Да. Ну, так вот, команда была разбита. На отряды по тысяче или больше. Были разделены семьи и так далее. После первых нескольких раундов мы попытались заставить призраков понять, что они с нами делают. Хорошо. Я не знаю, что стало с теми, кого забрали. Я не была одной из тех, кого забрали.

Джофиэл заметил, как посуровело лицо Никола. Теперь он подумал, что она становилась все более злой с тех пор, как они познакомились с командой Тыквы.

Сьюзен продолжила: — Но тем, кто остался здесь, не более нескольких сотен, они хотели сохранить жизнь — на самом деле, было ясно, что они хотели, чтобы мы размножались в неволе. Животные в зоопарке. — Очень архаичное слово, подумал Джофиэл. — Один из наших биологов сказал, что, по его мнению, они изначально были сбиты с толку строением нашего тела. То, что мы в какой-то степени такие же сложные существа, как и они, с нашим микробиомом бактерий и так далее, но гораздо более интегрированные в целом, чем они. Мы были для них незнакомыми формами. Они были очарованы нами. Или, по крайней мере, тем фактом, что ксили проявили к нам такой интерес, когда мы всего лишь слонялись по нашей собственной Солнечной системе. Почему это должно быть так?

И они были заинтригованы или встревожены тем фактом, что один из них, возможно, из какой-то другой реальности, вернулся, чтобы предупредить нас, как это и произошло. Особенно тем фактом, что призрак червоточины, казалось, пришел из побежденного общества призраков в будущем. Что оно, казалось, поклонялось тебе или твоему шаблону, Джофиэл. — Она на самом деле усмехнулась. — Они просто ненавидели это.

— Хорошо, — прорычала Никола.

— И, в свою очередь, мы наблюдали за ними. Мы узнали о них. Гораздо больше, чем они думают, что мы знаем…

Джофиэл внимательно слушал ее анализ.

Мир призраков, полагала Чен, когда-то был похож на Землю: голубое небо, желтое солнце. И, возможно, призраки когда-то были более человекоподобны, более земными в плане своих тел.

Но когда призраки достигли сознания, их солнце испарилось, убитое энергетическими разрядами сопутствующего пульсара.

Когда в атмосфере начал выпадать снег, призраки реконструировали себя.

Они превратились в компактные, посеребренные сферы, каждое тело жалело отдавать лишний эрг холоду снаружи. Они собрали с собой другие формы жизни, растительные и животные — или какие бы эквивалентные области ни существовали в их мире — каждый призрак сам по себе был своего рода экологией. Автаркия, как сказал Харрис.

Это эпохальное испытание сделало призраков решительными, скрытными, часто безрассудными, сделала вывод Сьюзен. Опасными. Мстительными, в абстрактном смысле. Они вышли в космос, который они назвали Радиатором, чтобы реализовать грандиозные амбиции.

Они перестроили бы саму вселенную, если бы это было необходимо, чтобы предотвратить еще одну угрозу вымирания, еще одно предательство.

— Они никогда не забывали о своем происхождении. Во всех их сообществах вы увидите башню, маяк на вершине… Они называют это Башней разрушителя. В память о пульсаре, звездном боге, который уничтожил их мир. Они поклоняются тому, что уничтожило их самих.

Никола кивнула. — Теперь они ищут других Богов-разрушителей. И они нашли нас, — мрачно сказала она.

Джофиэл мягко сказал: — Но пока все это продолжалось, время шло.

— Мы знали, что находимся далеко от дома. Мы могли бы сказать это по базовым астрономическим наблюдениям. И знали, что помощь нам не придет. Я рассказывала другим истории о тебе — о Майкле Пуле — о твоих подвигах, о том, как ты сражался с ксили. Как ты однажды придешь за нами…

— Вот и я.

Она загадочно улыбнулась. — Ты всегда был здесь. Во всяком случае, для меня. Я рассказала остальным. Они мне никогда не верили. Я никогда не смогла бы этого доказать.

А потом она сказала: — Реальность просачивается.

Джофиэл постарался не отреагировать. Никола и Харрис выглядели озадаченными этим замечанием.

— Мы могли только ждать спасения, — продолжала Сьюзен. — У нас не было средств к бегству. И, видите ли, мы не знали, что могло случиться с остальным человечеством. Оглядываясь назад, эти космические корабли казались ужасно уязвимыми. Что, если бы какая-то сила просто сбросила их с неба, как сбиты были мы сами?

— Мы решили, что наш долг — выжить. Мы могли быть последними оставшимися людьми где бы то ни было. Так мы представляли и боялись. У нас будут дети, мы будем растить их в этом месте. Это было сознательное решение. Мы позволим разводить себя, как животных в зоопарке. Так что, хотя бы только благодаря нам, человечество продолжало бы жить.

— Мы изо всех сил старались обеспечить свое выживание. Провели инвентаризацию того, что у нас было. Всевозможные запасы, одежда, продукты питания, медикаменты. Нам нужны были средства, чтобы поддерживать работу наших систем жизнеобеспечения в течение десятилетий — даже столетий, как мы думали, даже тогда. На протяжении поколений. Но сами призраки помогли нам. Они хотели сохранить нам жизнь для своих собственных целей. У них есть эквивалент принтеров материи — лучше, чем у нас, — которые они использовали для производства необходимой нам пищи и других предметов первой необходимости.

— И так мы выжили и размножились в неволе. Мы дали первым детям имена, отражающие аспекты Земли. Мою собственную первую дочь назвали Небесно-голубая.