Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

– Между четырьмястами и пятьюдесятью у наших триста пятьдесят шагов огневой работы. По одному в минуту с нарезного – а по открытому склону им идти минуты четыре. По четыре выстрела с каждого, шестнадцать по пятёрке. Как раз пять трупов.

Лор кивнул. Сделал пометку.

– Третий вариант. Рост остаётся на месте, ждёт следующую цель. Тогда Раст наблюдает, фиксирует, отходит к обозу.

– Тогда у нас есть документ от Раста, лагерь Роста на тракте после голосования Совета – и Гильдии не отвертеться. Совет проголосует против Роста уже не из-за Крейн, а из-за фактов.

– Четвёртый вариант, – сказал Лор и поднял глаза от тетради. – Рост не нападает ни на обоз, ни на Раста. Он пропускает обоз. И ночью идёт прямиком на Валье. По лесу. С пятью магами. Без лошадей.

Я помолчал.

Это был тот вариант, о котором я думал второй ночью без сна. Тот, который Лор назвал ещё в первый день.

– Тогда мы встречаем его здесь, – сказал я.

– Чем?

– Двумя пушками на гребне, тридцатью гладкоствольными аркебузами в траншее, фугасами на южном подходе и в овраге между Валье и лесом. Подходы к шахте перекрыты дозорами в две смены. Пороховая мастерская под двойной охраной. Через северный склон не подойти – крутой и просматривается с гребня.

– Это против штурма, который мы видели глазами в прошлом году. Боевые маги, штурмовые щиты, пиромант. Рост – не такой. Рост – координатор. Он усиливает других магов через свой дар, держит их связанными в один контур. Если он проведёт пятёрку через лес и подведёт к окраине деревни, там может произойти что-то такое, чего наши пушки не остановят.

Лор смотрел мне в глаза. Спокойно.

– Например? – спросил я.

– Например, согласованный удар по точке. Не штурм, а одна короткая, сильная атака на конкретную цель. Шахту. Пороховую мастерскую. Литейку. Кузню. Вашу спальню.

– Они не знают, где моя спальня.

– Они знают, что она в большом доме. А большой дом один.

Я помолчал.

Лор был прав. И я это чувствовал давно.

– Значит, я переселяюсь.

– Куда?

– В кладовую за кузней. Там нет окон. Стены каменные, толщина в два локтя. Бурт спит в соседней. У двери будет дежурить человек Лора. Если кто-то будет искать меня в большом доме, они найдут пустую комнату.

– Когда переселяетесь?

– Сегодня ночью. Сейчас.

Лор кивнул. Записал. Закрыл тетрадь.

– И ещё, – сказал он. – Завтра ночью я хочу провести учения. Без предупреждения. Дозорным сигналю «маг в деревне», смотрю, как реагируют. Если кто-то заснёт на посту, сменим людей. Если все отработают – буду знать, что мы готовы.

– Делай.

– Спокойной ночи, барон.

– Спокойной ночи.

Лор ушёл.

Я задул лампу и пошёл собирать вещи. Не много: одеяло, смена белья, кружка, чернильница, тонкая стопка бумаг – самое важное. Кладовая за кузней была сухой, тёплой и безоконной. В прошлой жизни это была бы чуланная клетушка. В этой – спальня барона на ночь, когда по тракту в полутора днях стоит лагерь Роста.

Один из людей Лора встретил меня у двери. Молча подхватил половину вещей. Пошёл впереди, освещая путь масляным светильником.

Во дворе было тихо. Часовой на гребне неподвижный силуэт. У ворот темнела фигура Олафа – он сегодня сам встал в смену, чтобы лично проверять каждого входящего и выходящего. У литейки тлел ровный огонь: Серт работал ночную смену, готовил формы.

Бурт уже улёгся в своей кладовой и спал, тихо посапывая. Я устроился в соседней. Расстелил одеяло на лавке. Поставил кружку, чернильницу. Положил бумаги под голову, как подушку. У входа устроился караульный, развернувшись лицом наружу. Аркебуза рядом, заряженная.

– Спите, барон. Я подежурю.

– Завтра тебя сменит другой человек, когда Лор распишет караул.

– Понял.

– Договоритесь с Лором, как меняться.

– Договоримся.

Я закрыл глаза.

Сон не шёл.

Камень за спиной был холодный, потолок низкий. Запах кузни – гарь, окалина, пот – тонкий, но чувствовался. Я лежал и слушал: дыхание караульного у двери, далёкие шаги часовых, скрип крыши над кузней, ветер в трубе.

Стальной пробник сегодня выдержал выстрел. Четвёртый стальной слиток лёг на стеллаж. Тридцать фунтов природной селитры будут собраны за два дня. Капсюльный замок начерчен. Письма Ренарду и Крейн готовы к отправке. Март и Крис выехали в Серую Броду составлять акты. Раст с тремя стрелками – в лесу, у Кривого оврага, наблюдает.

Голосование Совета через семь дней.

Обоз через шесть.

Между этими двумя цифрами – пространство, в котором всё и решится.

Если Рост не ударит – мы накопим документы, обоз пройдёт, селитра дойдёт, Совет проголосует, статус Роста подвиснет. Тогда у нас будет ещё месяц на сталь, на капсюль, на подготовку второго удара по технологическому уровню.

Если Рост ударит по обозу – Раст работает по магам. Будут трупы, но будет и документ: акт нападения мага-координатора с командой неопознанных на коронный обоз. Гильдия не сможет защитить Роста от такого факта, даже если захочет.

Если Рост ударит по Валье – мы встретим его в укреплённой позиции. Потери будут, но мы выстоим. Это уже доказано.

Самое неприятное – четвёртый вариант, который назвал Лор. Тихий ночной заход через лес, пятёрка магов под охраной темноты, точечный удар по живой цели или по объекту. Шахта. Мастерская. Я.

С шахтой и мастерской мы справимся. Усиленные дозоры, замки, ночные смены. Со мной – теперь тоже. Кладовая без окон. Караульный у двери.

Документ важнее тела.

Эта формула вертелась у меня в голове весь день. Крейн писала её про Гильдию. Но она работала шире.

Документ переживает человека. Регламент, чертёж, инструкция – всё это становится носителем знания после того, как голова, в которой знание родилось, перестаёт работать. Я писал «Стальную пятилетку» каждый вечер. Я составлял регламенты по закалке, по литью, по нарезке, по пороховой работе. Я учил Бурта, Серта, Хорста, Лора, Зира. Я делал так, чтобы каждый из них знал больше, чем нужно для своей работы, чтобы при выпадении одного не рушилась вся цепь.

Если Рост войдёт в кузню сегодня ночью и убьёт меня, Бурт завтра выкует пятый слиток. Серт продолжит лить бронзовые стволы. Лор поведёт стрелков на холм. Олаф поднимет ополчение. Крис и Март привезут акты в столицу. Эфиритовая впайка по новой технологии будет восстановлена по моим чертежам. Капсюль будет собран по моим запискам – правда, без