Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2 - К. Рэдлиф

Пока люди генерала строились у моста Золотой воды, он сам, облаченный в парадные доспехи, ждал, когда же врата падут. Но вместо треска разрушающихся створ раздался глухой удар барабана – и ворота распахнулись.

Огромную армию Янь Тэ встретила не сотня солдат и не отряд императорской стражи, а всего пять человек. Принц Нин шел первым. Он был все еще облачен в белые траурные одежды, но поверх них блестел императорский желтый плащ с вышитыми драконами. За ним, опустив головы, шли астролог Су, старый канцлер да два безоружных стражника.

Янь Тэ даже рассмеялся от такого жалкого зрелища, выступая вперед.

– Ну здравствуй, братец, – ухмыльнулся Янь Тэ. На лице принца Нина не было удивления от такого обращения, ведь он уже знал об их общей крови, но Янь Тэ посчитал нужным все объяснить. – Ты правильно понял, Цинь Фэнчжан. Как-то по молодости твой отец провел ночь с бродячей заклинательницей. Для него, наверное, это было что-то вроде «нового опыта», но она понесла, и так появился я.

Лицо принца Нина потемнело, и он строго приказал:

– Не смей говорить подобным тоном об императоре Жуй-ди.

– Ладно-ладно, – сделал одолжение тот. У Янь Тэ было безумно хорошее настроение, и глаза его горели от предвкушения. – Это не важно. Важно то, что я точно такой же наследник, как и ты. В моих жилах течет императорская кровь!

Его голос громовым раскатом летел по всему Городу Дракона, заставляя сердца евнухов и стражи сжиматься от волнения.

– Несмотря на то что император Жуй-ди не удосужился больше навестить мою мать, хоть и знал обо мне, он хорошо позаботился о своем сыне. Он похлопотал о том, чтобы меня взяла к себе семья Янь, помог поступить на службу в армию и продвинуться вверх. Конечно, у меня достаточно заслуг, и мои солдаты следуют за мной не только из-за титула, но ведь скажи, все знаки налицо. Император Жуй-ди благоволил мне! Может, он и не оставил прямого завещания трона мне, но он явно хотел, чтобы его занял я. Иначе зачем ему давать власть армии в мои руки? Да, вы можете спросить семью Янь, родной ли я сын, или велеть астрологу проверить мою дату рождения – это число императорского наследника. Но есть ли в этом смысл?

Его слова звучали разумно. В сердцах всех присутствующих не осталось сомнений в том, что он и правда незаконнорожденный сын императора.

– И что генерал Янь хочет этим сказать? – Принц Нин смотрел прямо и открыто. В его взгляде не было и тени испуга, несмотря на тысячи солдат, готовых по приказу генерала проткнуть его тело сто тысяч раз.

– Сдавайся, принц Нин. Передай трон мне. Я знаю, что тебе это в тягость. Ты сможешь дальше жить свою праздную жизнь. Разве ты не этого всегда хотел?

Цинь Фэнчжан сжал руку в кулак, чувствуя напряжение, а потом разжал, сказав:

– Я всегда хотел привести народ к процветанию и исполнить волю небес, а не передать трон внезапному наследнику. Небесам угодно, чтобы страной правил я.

– Если не хочешь по-хорошему, мы решим этот вопрос иначе. – Генерал Янь резким движением вытащил меч из ножен. И его солдаты тоже зашевелились. – Ты окружен. Если не передашь трон добровольно, я возьму его силой.

Цинь Фэнчжан ничего не ответил. Он лишь легонько кивнул, и канцлер вышел вперед, зачитывая указ:

– По воле небес и Предков в первый день новой эры объявляется девиз правления Жэньань! Да будет милосердие путем, а покой – стражем Поднебесной!

С этого момента, с этой фразы титул принца Нина стерся историей и небесами, и тяжесть страны и тягот людских жизней опустилась на плечи молодого императора Жэньань.

– Семь звезд Колесницы сегодня встали в огненный крест, – громко сказал астролог Су. – Небо само вмешалось в наш спор: духи предков отвернулись от того, кто идет против законного наследника. Восходит солнце Жэньань. Первый луч уже коснулся желтого плаща Сына Неба. Разве не ясно, чью сторону приняли боги?

– Седьмой день сегодня, ты не мог провести обряд сегодня ночью. – Голос Янь Тэ все еще звучал насмешливо, но в нем уже проскальзывали нотки ярости.

– Что же мне мешало?

Янь Тэ не ожидал такой дерзости от вечно спокойного Цинь Фэнчжана. Его пальцы побелели на рукоятке меча, и он взревел, словно гром:

– Да что значат твои слова? Без армии что ты…

Император Жэньань перебил его, расправляя плечи:

– Ты не прав, генерал Янь. У нас есть армия, и это они.

В полнейшей тишине острый меч заместителя генерала Цзяна упал на камни с глухим звоном, который разнесся по округе. А затем генерал, что последний раз кланялся на собственной свадьбе, опустился на одно колено.

Мечи посыпались на землю, словно зерна из разорванного мешка, и армия пала как поле пшеницы под порывом урагана. Офицеры, минуту назад готовые ринуться в бой, опускали оружие, склоняя головы перед Сыном Неба. Знаменосцы выпускали древки, и шелковые флаги с гербами Янь Тэ падали на пыльную землю.

Янь Тэ тут же обернулся. Его лицо перекосилось от гнева.

– А ну, живо встать! ВСТАТЬ! ЭТО ПРИКАЗ!!!

Но его голос потерялся в гуле тысяч опускающихся на колени воинов. Генерал Янь остался единственным стоящим. Его роскошные доспехи, которые стали подарком императора за верную службу, теперь выглядели чужими.

– Мы не хотим начинать новую эру с кровопролития, – спокойно сказал император Жэньань. – Поэтому мы даруем тебе жизнь, пусть небеса тебя рассудят. Уходи и живи в изгнании.

Генерал Янь громко засмеялся:

– И что? Прикажешь смотреть на то, как ты рушишь Империю своим правлением?

Генерал Янь не планировал выйти из этой схватки проигравшим, но судьба непредсказуема. Янь Тэ знал, что никогда не стоит быть слишком самоуверенным на поле боя, а Город Дракона – такое же поле боя, что и пустыри на границе. Он достал из-за пазухи нефритовый флакончик и откупорил его, поворачиваясь к склоненным спинам:

– Разве вы не клялись в верности мне?

Генерал Цзян тихо сказал от лица всех солдат:

– Мы клялись империи, генерал. А сегодня Небеса избрали императора.

Янь Тэ, не желая больше на это смотреть, залпом выпил яд и упал навзничь, не желая даже на пороге смерти преклонить колени перед Цинь Фэнчжаном. Солнце поднялось еще выше, освещая золотую накидку императора и сложное оружие, блестящее, как чешуя дракона.

Церемонию восхождения на трон было решено провести по всем традициям на двадцать седьмой день после смерти императора Жуй-ди. К этому времени официальное приглашение на церемонию уже достигло ордена «Хранители равновесия», и те выехали