Кровавый пир - Го Цзинмин

– Твоя догадка верна, вместилище силы будет только продолжать расти и никогда не уменьшится. Все мы безостановочно прорываем предел собственной духовной силы, а императорский род продолжает приумножаться в числе, поэтому наше невидимое вместилище, возможно, уже раздулось до безбрежного океана… – Юхуа, протянув руку, стерла с ресниц бусинки слез и горько усмехнулась. – Вот что делает нашу тайну такой ужасной. В этом мире существует род, чья мощь безостановочно растет, люди продолжают умирать, продолжают рождаться, однако это нисколько не убавляет их силы, в телах кучки живых людей течет духовная сила, накопленная столетиями, даже тысячелетиями. Разве подобное не ужасает? Поэтому серебряные жрецы и решили любой ценой отделить систему князей от императорского рода. Им требовалась новая мощь для противостояния древнему роду.

Каминное пламя сильно ослабло, температура в комнате постепенно стала опускаться, а оконные занавески уже начали пропускать слабые лучики рассветного солнца.

– Но если императорская кровь скрывала настолько огромную тайну, почему никто о ней не узнал прежде? – Парень не мог понять самого важного.

– Потому что члены императорской семьи не гибнут внезапно и в большом количестве. Какой бы огромной силой ни обладал один человек, она все равно ограничена, и, когда после смерти его сила делится равномерно между всеми живыми членами рода, прироста в их духовной силе просто не заметить. Если ты бросишь в пруд камешек, то в теории это непременно поднимет уровень воды, но вряд ли кто-то заметит изменение. Поэтому долгое время никто и не подозревал о существовании вместилища духовной силы, продолжающего копить в себе мощь…

– Тогда как о тайне узнали?

– Ты и сам можешь догадаться. – Юхуа посмотрела на парня; она успела чуточку оживиться и теперь с интересом уставилась на него, будто бы проверяя его мыслительные способности. – Бросить один камешек мало, но что если кто-то вдруг бросит тысячу, десять тысяч камешков?

Ци Лин наклонил голову, слегка нахмурив брови:

– Значит, в каком-то месте, где находилось достаточно членов императорского рода, произошло что-то вроде бедствия или войны и за очень короткое время погибло много людей вашей крови?

– Верно. – Она ждала, что он продолжит. – И где же в Асланде больше всего императорских особ?

– В столице, – немного озадаченно произнес парень, ведь ответ был очевиден.

– Только речь идет не о Гланорте, – медленно произнесла она.

Его взгляд постепенно просветлел, глаза напомнили непроглядное ночное небо, на котором загорелись звезды.

– Ютул! Руины Ютула! В прежней столице!

– Верно, старая столица империи Ютул столкнулась с уничтожившим город бедствием, большое число императорской кровной линии мгновенно погибло, и резкое сокращение вызвало сверхмощный прирост в духовной силе. Так тайна императорской крови оказалась раскрыта для серебряных жрецов. – Юхуа вздохнула. – Только мне придется тебя расстроить. Что касается причины внезапного обращения Ютула в похороненный под землей город мертвых, то…

– Ее тоже кто-то стер, – вздохнул Ци Лин. – Я и сам уже догадался.

– После того открытия сразу начался долгий процесс отделения князей от императорского рода. Само существование тайны продолжали скрывать, маскировать… В Асланде появлялось все больше и больше совершенно новых даров, и тайна нашей крови, как и дар вечности, действительно постепенно затонула на дне. Внимание людей стали приковывать все более диковинные и могущественные дары, что порождала империя, и момент накала между императорским домом и серебряными жрецами превратился во всего лишь спящий вулкан. – Во взгляде Юхуа появилась некая озадаченность. – Однако я всегда находила удивительным то, как новые дары способны рождаться настолько быстро, и скорость их появления лишь растет… Прежде на полное формирование набора замкнутых линий требовались десятки, а то и сотни лет, сейчас же обычно хватает четырех-пяти лет, чтобы где-нибудь в Асланде неожиданно появился новый…

– В отличие от тебя, меня удивляет не это. – Ци Лин посмотрел на девушку, обдумывая, как бы получше задать свой вопрос. – Если жрецы и правда считают императорскую семью огромной угрозой, то разве, согласно их же бесчеловечным методам, они не должны были просто перебить вас всех? Пусть ваше присутствие ослабло и скрывается, однако то невидимое вместилище духовной силы все еще продолжает расти…

– Если бы они могли убить нас всех, то, уверена, так бы и поступили, – горько усмехнулась Юхуа. – Но им не под силу это сделать.

– Почему? Можно же просто схватить членов вашего императорского рода и вместе обезглавить? – нахмурил брови парень. – Если все умрут, то от вместилища не будет толку, сколько бы там силы ни оказалось, разве нет? И оно просто перестанет расти.

– Серебряные жрецы не стали бы так рисковать. – Она посмотрела ему в глаза. – Если они упустят хотя бы одного, например, какого-нибудь незаконнорожденного отпрыска, живущего среди простого народа, о котором никто не знает… Или же, если время смерти не совпадет и голова хотя бы одного упадет на землю секундой позже, тот очнется и станет монстром немыслимой силы – такой человек, собрав в себе могущество целых тысячелетий императорского рода, превратится в настоящее божество. Поэтому жрецы и посылают большие войска на нашу охрану. На первый взгляд кажется, что это делается для сохранения авторитета семьи, но на деле – для нашей защиты, сохранения численности. Как же это нелепо, даже до смешного парадоксально. Тем не менее сейчас это лучший способ сдерживать рост вместилища духовной силы – ограничить дарование Печати и духовных линий внутри рода и в то же время массово увеличивать его численность. Если число людей растет быстрее духовной силы, то и количество распределяемой на каждого силы из вместилища становится меньше. Именно поэтому, когда ты впервые столкнулся в Ренне со стражем моей семьи, он слонялся по улице в поисках жениха для меня, а мне ведь всего лишь шестнадцать!

Юхуа рассмеялась, и ее лицо окрасилось румянцем, свойственным девушкам исключительно ее возраста. Вот только сердце Ци Лина будто стянуло крепкой хваткой. Казалось, что-то леденело внутри, и тонкий лед расползался вдоль костей по всему телу. От пронзающих до глубины холода и жалости покраснели глаза. Ей и правда было всего лишь шестнадцать. Но, с другой стороны, она была бессмертна. Серебряные жрецы не могли схватить всех членов императорского рода, не упустив кого-то, и никому не было под силу обезглавить всех одним мигом. Однако она этой возможностью обладала, она была тем самым чудом, ей ничего и не требовалось для этого делать – только лишь продолжать жить, прожить в этом мире дольше любого, – и, когда все члены императорского рода умрут, а она продолжит жить, это сделает ее последним