Леди пепла - Мелисса Рёрих

– Наказываете детей за грехи отцов? – уточнил Стеллан.

– Они бессмертны, как и мы с вами, – возразила Талвин. – Вы уже существовали во время той войны. Наверняка многие из выживших ее участников до сих пор живы. Готова поспорить, что король и королева Авонлеи и по сей день в добром здравии и продолжают управлять страной. Где гарантия, что все эти столетия они не вынашивали планы мести?

– Где гарантия, что дочь убитой королевы фейри не делала того же самого на протяжении десятилетий своей жизни? – подхватил Стеллан, многозначительно изгибая брови.

Талвин прижала язык к внутренней стороне щеки.

Отодвинув тарелку, Стеллан наклонился вперед и уперся в стол мускулистыми предплечьями. Во время их разговора Сария и Ильяс не произнесли ни слова, но с интересом наблюдали за происходящим, позабыв о еде.

– Вы молоды, ваше величество, – начал Стеллан.

– Оставьте этот покровительственный тон, Стеллан, – перебила Талвин. В ее голосе прозвучало предостережение.

– В таком случае спросите прямо о том, что хотите знать. Хватит плясать вокруг да около, – предложил он.

– По-прежнему ли вы будете преданы фейри, если освободить авонлейцев, или переметнетесь к ним? – выпалила Талвин.

– Во время войны они были на одной стороне. Почему я должен выбирать? – уточнил Стеллан, не сводя с нее пронзительного взгляда.

– Просто ответьте на вопрос, – рявкнула она.

– Похоже, вы собрались с ними враждовать, раз хотите знать подобное? – спросил он, игнорируя ее выпад.

С силой оттолкнув стул от стола, так что деревянные ножки заскрежетали о каменный пол, Талвин вскочила. В тот же миг Ильяс последовал ее примеру, а Сария осталась сидеть, взбалтывая содержимое своей чаши. Ее золотые глаза были устремлены на Талвин. Стеллан не шелохнулся, просто смотрел на королеву.

– Спасибо за ужин, – процедила Талвин. – Я пришлю весточку, когда получу новости от принца Луана.

Нужно срочно убираться отсюда, пока не натворила чего-нибудь такого, что еще больше испортит отношения с оборотнями. Если она намерена выступить против Авонлеи, ей понадобится их поддержка. Она вернется в другой раз вместе с Азраилом. Когда Арианна будет дома и Стеллан успокоится. Тогда они все обсудят.

Развернувшись, она зашагала к террасе, собираясь телепортироваться, как только окажется снаружи.

– Королева Талвин! – окликнул ее Стеллан.

Она оглянулась через плечо, и на темнеющем небе сверкнула молния.

– Не забывайте, что ваши собственные дары тоже были получены от авонлейцев. То, что было дано, может быть отнято, – пророчески произнес альфа, по-прежнему опираясь предплечьями о стол.

– Возможно, вам стоит прислушаться к собственному совету, учитывая, что дарами вас наделили именно фейри, – с усмешкой парировала Талвин.

– Может, фейри и сочли нас достойными такой силы, но не они ее нам даровали. Они не обладают такой властью.

Она повернулась к нему лицом.

– Потрудитесь объяснить.

Альфа встал и направился к арке, из которой вышел перед ужином.

– Вы вроде собрались уходить, ваше величество. Возможно, в другой раз. Буду с нетерпением ждать новостей о моей сестре. Доброго вечера.

– Стеллан!

От оклика Талвин задрожала земля и зазвенели на столе тарелки с недоеденной едой. Она шагнула было к нему, но ягуар с грозным рычанием перепрыгнул через стол и приземлился между ней и альфой.

Талвин стояла и смотрела, как во второй раз за день от нее уходит один из ближайших союзников. Она шагнула сквозь прореху в ткани мироздания, чувствуя себя одинокой, как никогда прежде.

И все из-за запертого королевства, которое украло у нее все.

Из-за Авонлеи.

Глава 12

Скарлетт

– Скарлетт!

Она лежала, завернувшись в одеяла, на той самой кровати, в которой спала с Микейлом. Верный своему слову, Аларик следил за тем, чтобы о ней заботились. По крайней мере, физически. Ее по-прежнему приковывали к стене в его кабинете в подземелье, но теперь она получала три небольших порции еды в день, которыми Аларик собственноручно ее потчевал. Он не позволял делать это никому другому, чтобы она запомнила: он ее кормилец. Каждый день в разные часы Микейл приводил ее спать в бывшую комнату Джульетты. Иногда ночью, а иногда – днем, когда за окнами светило солнце. Подземный кабинет Лорда наемников находился рядом с лестницей, которая вела в его личное крыло в Братстве. Не многие удостаивались «чести» иметь там свои комнаты, но Призраки Смерти и Кассиус были в их числе.

Из-за такого расположения подземного кабинета в коридорах не было никого, кроме часовых на посту. Скарлетт никого из них не знала, значит, и они, скорее всего, не в курсе, кто она такая. А больше некому заметить ее здесь нахождение. Следовательно, в случайном разговоре никто не упомянет вскользь, что видел ее. Нет способа сообщить Кассиусу, Нури и Сорину.

Погрузившись в сон, она воображала, что к ней прижимается Сорин. И что она в Фиерском дворце, а не в тайном поместье в сердце Черного синдиката. Можно представить, что она не одна во тьме и что звезды по-прежнему сияют во всем своем великолепии. Что слышит голос мужа наяву, а не во сне.

Просыпалась Скарлетт с неохотой, отчаянно цепляясь за обрывки дремоты. Ей нужно еще раз услышать голос мужа. Еще один раз, прежде чем придется встретить очередной день без него.

– Скарлетт.

Ее душа не вздохнула с облегчением, не обрела утешения, обычно даруемого его легким акцентом, пробирающим до костей.

– Скарлетт.

Странно: она проснулась, но по-прежнему слышит голос Сорина.

– Скарлетт. Очнись. Я здесь. Нам нужно уходить.

Она почувствовала, как ее мягко встряхнули за плечи, ощутила поглаживание пальцев по щеке.

– Скарлетт, пожалуйста, открой глаза. Давай выбираться отсюда, пока нас не обнаружили.

У нее перехватило дыхание. Она медленно разлепила веки и, невзирая на темноту в комнате, в отблесках огня в очаге разглядела смотрящие на нее пронзительные золотистые глаза и упавшие на лоб волосы, черные как вороново крыло. Она не смела пошевелиться, понимая, что Сорина здесь быть не может. Ему никак не удалось бы проникнуть в Братство незамеченным.

– Пойдем, Скарлетт, – прошептал он, потянувшись к ней и помогая принять сидячее положение. Она опустила ноги на пол. Сорин провел руками по ее плечам и предплечьям, коснулся оков из ширастоуна на запястьях, сжал ее ладони в своих. – Так и будешь молчать?

Она открыла рот, но не издала ни звука. Потому что происходящее представлялось неправильным. Что-то не так. Но она не могла сообразить, что ее беспокоит.

Сорин присел перед ней на корточки и заглянул в лицо.

– Нужно спешить, Скарлетт. Принц Каллан в опасности. Ты достаточно