Газолин - Виктория Голубева

class="p1">– Все любят толстых котиков, верно? А у нас будет сурок! Придумаем ему имя, создадим аккаунт в соцсетях. – Мою фантазию уже несет вперед. – И будем рассказывать о съемках от его имени. Если завирусится, можем даже мерч сделать.

Даррен некоторое время разглядывает сурка, потом переводит взгляд на меня и снова на сурка. Воздух будто дрожит от напряжения.

– Назовем его Болид, – наконец говорит режиссер, вставая из-за стола. – И подкормите его перед фотосессией, а то он какой-то доходяга!

Глава 16. Сиена

Канада

Я обхватываю чашку обеими руками и вдыхаю мягкий сливочный аромат латте. Толстое кольцо, надетое на указательный палец, с овальным зеленым кабошоном звякает о керамику. Кофе – идеальной температуры, с соевым молоком, как я люблю.

В кафетерии моторхоума поставили новую кофемашину, и напиток из нее не идет ни в какое сравнение со старым. Хотя кое-кто по-прежнему недоверчиво обходит хромированную новинку и упрямо выбирает кофе из вендингового автомата. Боже, что с ними не так? Там же растворимый! Бр-р!

Это мое любимое место, уголок дома вдали от дома. В каждой новой стране, в каждом городе я знаю: здесь меня ждет мой столик рядом с ретро-джукбоксом. Он здесь скорее для настроения, чем ради музыки, но именно он делает это место особенным – будто кусочек закусочной семидесятых затесался в офисном пространстве. Уверена, что перевозить его из страны в страну стоит целое состояние, но тем не менее он здесь. Рядом шипит кофемашина, люди снуют туда-сюда: кто с ноутбуком, кто с утренней выпечкой, а кто просто заходит поболтать с коллегами за чашкой кофе.

Съемки закончились полчаса назад. Следующий эпизод с моим участием начнется через час, так что у меня образовалось целых полтора часа безделья под видом обеденного перерыва. Вечером еще предстоит фотосет, но об этом я сейчас думать не собираюсь.

Выбрасываю картонную коробку из-под салата в мусорку и возвращаюсь к своему кофе. Сегодня у меня наконец есть время обдумать следующие шаги расследования.

Раскрываю ежедневник на странице с версиями аварии Роберта.

Первая уже вычеркнута: в болид Роберта точно не врезался пилот, шедший следом. Вернее, врезался, но аварию он не спровоцировал.

Перевожу взгляд на следующую строку.

Вторая версия: неисправный болид. Ручка замирает над страницей. Роб по радио упоминал «мягкие тормоза» – надо будет расспросить его об этом, когда созвонимся.

После того как Роберт пришел в себя, сиделка регулярно сообщает мне о его самочувствии. Когда брат достаточно окреп, чтобы говорить по видеосвязи, мы стали созваниваться несколько раз в неделю. Из-за разницы в часовых поясах это непросто организовать: у него строгий режим дня, а я порой засыпаю прямо в одежде после очередной двадцатичасовой смены.

Хорошо бы получить независимое мнение. Делаю пометку: аккуратно узнать у Джона Бромли, что он думает о машине. Перехожу к следующей строчке.

Версия третья: авария кому-то выгодна. В первую очередь – Хантеру. Что я о нем узнала за последнее время, кроме того, что он самодовольный придурок, с которым лучше не иметь дел? Он из обычной семьи, не особо богатой. Родители – милые тихие люди, избегающие публичного внимания. Их мельком показали в паддоке Сильверстоуна во время трансляции гонки.

Может, у них проблемы с деньгами? Зарплаты резервного и основного пилотов колоссально отличаются, так что если Хантеру нужны деньги… Надо будет осторожно поспрашивать ребят в гараже. Если у него есть какая-нибудь дурная привычка, вроде тяги к азартным играм, об этом наверняка кто-то знает. В паддоке почти невозможно хранить секреты – издержки вечных совместных путешествий.

Кому еще могла быть выгодна авария Роберта? Его напарнику, Джону Бромли? Роб ехал лучше, и если у Бромли заканчивается контракт, то шансов на продление у него немного.

На чистом листе делаю пометку: «Сроки контракта Джона Бромли?»

Следующую версию – ошибку Роберта – пожалуй, отложу на потом.

Выписываю список вопросов. На первое время этого достаточно.

Захлопываю ежедневник и беру кружку, чтобы допить кофе. Вдруг неподалеку раздается недовольный голос Криса:

– Да, Хантер, такое бывает, когда ты не появляешься на запланированных фотосессиях. Тебя нагружают дополнительной работой. Сегодня пятница, тренировки закончились – успеешь на два фотосета.

В полированном боку кофемашины отражается Хантер. Они с Крисом сидят позади меня.

– Понял, – невозмутимо отвечает гонщик.

– И ты обязан на них явиться. Понял меня?

– Да.

– И вне зависимости от тематики, ты все равно там появишься и наденешь все, что скажет фотограф? Мне не придется приставлять к тебе няньку? – недоверчиво уточняет Крис. Похоже, он удивлен, что Хантер так легко согласился.

– Возьму свои лучшие стринги, чтобы быть готовым ко всему, сэр. Это все?

– Да. И не смей шляться по клубам перед квалификацией!

– Есть, сэр!

Хантер со скрипом отодвигает стул, встает и, отсалютовав Крису, уходит. Его отражение в кофемашине забавно вытягивается, делая парня похожим на героя мультфильмов. Я коварно улыбаюсь и допиваю кофе.

Пора приниматься за работу. Нужно подготовиться, ведь вечером у меня двойная фотосессия. Надеюсь, Хантеру понравится его партнер по съемке.

* * *

Когда я вхожу в зал для фотосессии, Хантер уже там – сидит на стуле, широко расставив ноги, и листает что-то в телефоне. Я ставлю переноску с Болидом на пол и пытаюсь отдышаться. Вроде бы весит немного, но тащить его по лестнице на третий этаж – удовольствие сомнительное. Почему я раньше думала, что сурки размером с морскую свинку? Они крупнее кошки, а если как следует откормятся к зиме, то и с собакой посоперничают.

От ходьбы по лестнице с утяжелением я вся раскраснелась. На лбу выступил пот. Красотка, ничего не скажешь.

– Выходи, красавчик. – Хантер резко поднимает взгляд от телефона. Господи, вот это самомнение! Делаю вид, что не замечаю. Приподнимаю край переноски, пытаясь подтолкнуть Болида к выходу, но тот и не думает шевелиться. – Не хочешь? Ну ладно, посиди еще, время у тебя есть.

Я ставлю переноску на пол и отхожу. Характер у сурка на редкость флегматичный, и зверек предпочитает вздремнуть в переноске, а не исследовать новые места. Зато ради еды готов пойти за тобой на край света. Так что насчет фотосета я не переживаю.

Замечаю высокий термос с кофе на раскладном столике в углу и иду к нему через весь зал. Просторное воздушное помещение идеально подходит для съемок: вытянутая комната с окном во всю стену, через которое льется мягкий естественный свет. До заката меньше часа – лучшее время для съемок, как утверждает фотограф.

– Ты рано, – голос Хантера раздается в тишине комнаты, и я вздрагиваю от