Перекрестки миров. Том 1 - Джек из тени

Корнев провёл эту ночь в импровизированном штабе, глядя на экран планшета, куда выводилась картинка с беспилотника. «Птичка» висела на предельной высоте, стараясь не привлекать внимания.

Утро началось не с команды «подъём». Оно началось с едва уловимой вибрации, прошедшей по земле. Словно где-то очень далеко ударил гигантский молот. А потом, со стороны леса, донёсся низкий, протяжный гул, похожий на звук огромного рога.

— Началось, — произнёс Романовский, стоявший рядом с Корневым у бруствера. Майор не спал всю ночь, его глаза покраснели от усталости и напряжения.

Атака накатила на них медленным, неотвратимым приливом. Лес словно ожил, из-за деревьев, по всему периметру северного и восточного флангов, начали выходить штурмовые батальоны толкинистов. Воины шли ровными, плотными шеренгами. Их было много, очень много, в утреннем полумраке обнаженные мечи и наконечники копий тускло поблёскивали, сливаясь в одну сплошную, колышущуюся реку металла.

Но самое жуткое было не их количество, а то, кто шел впереди. На расстоянии двадцати метров друг от друга шагали маги. Фигуры в длинных, развевающихся балахонах, с посохами в руках. Воздух перед ними начинал мерцать, сплетаясь в полупрозрачные купола.

— Твою же, Барон… — мрачно процедил Романовский, не отрывая бинокля от глаз. — Ты говорил, у них маги штучный товар. А их тут, как собак нерезаных. Твой прогноз, мягко говоря, не шибко сбылся.

Корнев тоже смотрел в бинокль, но его взгляд был прикован не к общему числу магов, а к тому, как они двигались, как держали строй.

— Не торопитесь с выводами, товарищ майор, — тихо ответил старлей. — Что-то здесь не так. Балахонщики идут слишком кучно.

Толкинисты не стреляли, просто шли вперёд под прикрытием магических щитов, медленно, но неотвратимо сокращая дистанцию. Это было психологическое давление в чистом виде. Демонстрация силы, призванная сломить волю обороняющихся ещё до начала боя.

— По переднему краю! — рявкнул Романовский в рацию. — Огонь!

Пушка одной из БМП-3, замаскированной на левом фланге, глухо ухнула. Снаряд, оставляя за собой едва заметный след, ушёл в сторону наступающих и врезался в один из мерцающих куполов.

Взрыв был странным. Не было ни огня, ни разлетающихся осколков. Барьер в точке попадания вспыхнул ослепительно-голубым светом, выгнулся, как надувной мяч, по которому ударили кувалдой, и с оглушительным звоном хлопком разлетелся на тысячи сияющих осколков.

Эффект превзошёл все ожидания. Несколько десятков ушастых воинов, ошарашенных внезапным исчезновением защиты, замерли на открытом пространстве.

Но окно возможностей было ничтожно малым. Не успели пулемётчики поймать их в прицелы, как рядом с лопнувшим куполом, вспыхнул новый. Другой маг, шедший в соседней шеренге, шагнул вперёд, ударил посохом о землю, и над головами открывшихся толкинистов снова развернулся барьер.

— Ага… — задумчиво протянул Корнев, опуская бинокль. — Вот оно что, карусель.

— Чего, блин? Какая карусель? — не понял Романовский.

— Карусель, товарищ майор. Они работают посменно, — пояснил старлей. — Видите, тот, чей щит лопнул, отошёл назад, а его место занял другой. Мощи одного мага хватает ровно на один-два выстрела из «сотки». У них не хватает силёнок держать постоянный, мощный барьер. Они просто передают эстафету, как в пожарной команде с вёдрами. Это натуральная слабость, которую пытаются перекрыть массовостью.

Романовский мгновенно ухватил суть.

— То есть, если долбить в одну точку, мы их просто вымотаем?

— Или так, или… — Корнев повернулся к гранатомётчикам, которые уже приготовили свои РПГ. — Или бить по площадям чем-то более дешёвым, но в больших количествах. Нужно просто перегрузить систему, заставить тратить силы на каждый чих.

Идея была рискованной, но единственно верной в условиях ограниченного боезапаса. Тратить драгоценные снаряды для БМП на эту игру в «пробей щит» было непозволительной роскошью.

— Гранатомётчики! — голос Романовского гремел над позициями. — Цель центральная группа! Залпом!

Трое бойцов вскинули на плечи трубы «семёрок». Характерный хлопок выстрела, и три гранаты устремились к вражеским позициям. Ушастые маги бодро среагировали, щиты перед центральной группой вспыхнули ярче, сгущаясь. Две гранаты взорвались, ударившись о барьер, разбивая его. Но третья, пущенная чуть выше, перелетела через купол и взорвалась уже за спинами магов, в самой гуще пехоты.

Эффект был скорее психологическим, чем разрушительным. Несколько толкинистов упали, скошенные осколками, но остальные в панике шарахнулись в стороны, нарушая строй. Маги снова подняли барьер перед строем, но в этот магическая стенка была почти прозрачной.

— Три выстрела с разницей в пару секунд!

Новый залп из РПГ. Барьер схлопнулся после первого попадания, две гранаты прошли дальше, а стрелки занесли себе в блокнотик новые крестики.

Два пулемёта разом зашлись в яростном лае. Пули с тяжёлым, смачным звуком начали вгрызаться в ряды толкинистов, оставшихся без прикрытия. Пулеметчики рвали тонкие кольчуги и бригантины, как бумагу. Тела изящных воинов падали одно за другим. Крики ужаса и боли потонули в непрерывном грохоте пулемётных очередей. Ушастые падали десятками, скашиваемые, как сорная трава. Некоторые пытались бежать, но пули настигали убегающих в спину. Стройные ряды, ещё минуту назад внушавшие трепет, превратились в паникующую, вопящую толпу, которую методично перемалывал свинцовый шторм.

Окно возможностей длилось чуть больше минуты. К пулеметчикам присоединились остальные пехотинцы. На сдачу успехи насыпать несколько очередей пара ближайших БТР. Когда новый маг всё-таки сумел поднять над этим сектором дрожащий барьер, под ним уже почти никого не осталось. Лишь сотни мертвых тел, и корчащиеся в агонии раненые на обильно политой тёмной кровью земле.

На правом фланге, где рулил майор Сорокин, разворачивалась та же самая адская карусель. Мерцающие купола магических щитов то появлялись, то исчезали под градом пуль и осколков. Его «трёшки» методично, с бездушной жестокостью конвейера, долбили по вражеским построениям. Снаряд — вспышка — дыра в барьере. Затем пулемётная очередь в эту дыру. Щит снова поднимается, снова снаряд или выстрелы из РПГ. Этот адский маятник раскачивался уже минут десять, выматывая нервы и сжирая боекомплект с пугающей скоростью.

Потери были с обеих сторон. Мотострелки теряли людей от редких залпов огненными стрелами. Толкинисты же несли чудовищные потери в живой силе, но упорно, с фанатичным остервенением продолжали идти вперёд, шаг за шагом сокращая дистанцию. Их тактика была примитивной, но в своей простоте жутко эффективной: просто задавить массой, завалить трупами, заставить обороняющихся истратить все патроны.

Корнев, наблюдавший за этим с центрального командного пункта через окуляры оптики, видел то, чего не могли видеть майоры в пылу боя. Он видел общую картину, которая ему категорически не нравилась.

— Нас растягивают, — пробормотал старлей, обращаясь скорее к себе, чем к Казанове, который сидел рядом, колдуя над