Похититель картин - Gadezz

куклы. Клод и Камилла следуют за ним, сохраняя дистанцию, подобно теням на картине. Наконец юноша останавливается в боковом проходе, где высокие вазы с белоснежными лилиями создают подобие ширмы. Он кладет планшет поверх папки, погружаясь в чтение документов.

Клод тянет Камиллу на себя:

– Пора.

Она поворачивается к нему.

– Старайся не поднимать головы, чтобы не попасть в камеру. Наверняка за всеми наблюдает охрана. Как только Артур направится обратно к планшету, я сниму с тебя маску.

Клод увлекает Камиллу в глубокую тень за алой портьерой. Здесь, в пыльном полумраке, они надежно скрыты от взглядов любопытной публики и вездесущих камер. Клод чуть склоняется. Камилла касается его скул, затем медленно проводит пальцами к подбородку и задерживает их на губах, где должен быть шрам.

– Ты можешь не пялиться на меня так? – бурчит она, и Клод ощущает ее приятное дыхание на своих щеках. – Я не могу сосредоточиться.

Он усмехается, прикрыв веки. Мягкое покалывание – и через мгновение из зеркала на него смотрит чужое отражение. Камилла берет со столика бокал, делает вид, что идет в уборную.

– Ох, простите. – Она останавливается рядом с Артуром. – Хотела украсть у вас немного времени. Позволите?

Камилла протягивает ему глянцевый каталог, увлекая в обсуждение полотен. Она уводит его по коридору, схватив под руку. Артур послушно следует за ней, хоть и опешив от напора. Отходят они ровно настолько, чтобы Клод смог проскользнуть незаметно.

Он подходит к столу, протягивает руку между вазами с пышными лилиями и берет планшет. Экран мгновенно оживает, узнав лицо «владельца». Несколько секунд он медлит, собираясь с мыслями. Сколько утекло лет, а Клод по-прежнему вздрагивает от звона телефона и от мигающих окон уведомлений, будто все это – колдовство, в которое почему-то все верят.

Он открывает внутреннюю базу аукционного дома. На экране всплывают карточки лотов – описание, дата поступления, история торгов, примечания. Клод скользит пальцем по стеклу, стараясь не задерживаться, чтобы не привлечь внимание: «Портрет невесты», автор не указан, происхождение – частная коллекция Харлоу. Внизу – вкладка «Запросы клиентов». Несколько касаний, и появляется список.

Мелькают имена: миссис Элеанор Лэнгдон, мистер Чарльз Белфорд, сэр Тао Чэн, миссис Маргарет Хэлвэй и мистер Леонард Кросс. Он проговаривает их про себя, боясь забыть. Затем возвращает планшет на место и, как только отступает в тень за портьеру, слышит приближение голосов. Камилла снимает маску, возвращая Клоду его черты.

Он выжидает и выходит на свет.

– Дорогая! – Клод небрежно машет рукой, привлекая внимание, и направляется к ним привычной легкой походкой. – Везде тебя ищу.

Камилла оборачивается, и в ее глазах на миг вспыхивает облегчение, которое она тут же подменяет светской виноватостью:

– Прости. Мы заболтались. Еще раз спасибо вам за помощь, Артур.

– Всегда рад.

Они прощаются и выходят в общий зал.

– Получилось? – нетерпеливо шепчет Камилла.

– Да. Есть где записать имена, пока не забыл?

– Минутку. – Она лезет в сумочку и хмурится, глядя на экран телефона. – Астрид прислала сообщение. Тот символ на зонте – это семейный герб. И принадлежит он роду Белфордов.

– Белфордов? Его упоминали дамы. И он есть в списке. – Клод пытается вспомнить остальных. – Среди прочих. Тех, кто делал запросы о «Портрете невесты».

Внезапно хрустальные люстры гаснут. Зал тонет во тьме, и испуганные возгласы разносятся эхом, рикошетя от стен. Кто-то роняет бокал – стекло звонко разбивается, раздается вскрик. Несколько секунд длится оцепенение, а затем паника вспыхивает, словно брошенная в пороховой погреб спичка. Клод пытается нащупать Камиллу, но пальцы хватают лишь пустоту. В темноте кто-то толкает его, платье Камиллы шуршит совсем рядом, и на секунду кажется – вот она, но под пальцами только воздух.

– Кэм! – взывает он, пытаясь перекрыть нарастающий гул.

Свет возвращается так же внезапно. «Белгравия» выныривает из кошмара: дамы, бледные как мел, жмутся друг к другу, мужчины грозно оборачиваются по сторонам.

– Ох! – Одна из женщин хватается за запястье. – Мой браслет! Его нет!

Камилла – в полном смятении – оказывается на полу, Клод тянется, чтобы поднять ее, но в тот же миг его пальцы проходят сквозь нее. Он застывает, глядя на свою бледно-синюю ладонь. Звуки отдаляются, и весь мир летит в пропасть. Холод – колючий и резкий – возвращается: проникает вглубь, разрастается, как иней по стеклу, и забирается под ребра. Клод ощущает покалывание на кончиках пальцев, и вместе с ним приходит знакомое чувство – то самое, что он умело отточил за годы заточения.

Одиночество.

Оно разъедает Клода изнутри. Он стоит посреди зала, полного людей, но никто не смотрит в его сторону. Для них его не существует. И впервые Клод ловит себя на мысли: а существует ли он вообще?

– Ох! – восклицает Артур, шарясь по полу. – Моя папка!

Но он тут же приходит в себя и протягивает руку Камилле, помогая ей встать. Она отряхивает подол, пытаясь унять дрожь.

– Вы в порядке, мисс? – Артур озирается. В его руке сжат алый цветок. – А где ваш супруг? И где миссис Далтон? Я нашел ее заколку.

Камилла сжимает губы, поднимает на Клода взгляд. И в этот миг на ее лице отражается калейдоскоп чувств – боль, растерянность и страх.

Ее пальцы машинально скользят по голой шее, но колье на нем нет.

Глава 4. Афера со вкусом пряников

Нулевое событие (первичный резонансный сдвиг) – термин, принятый для обозначения локальной деформации реальности, после которой в регионе фиксируется каскадное возникновение аномалий. Реестр подтвержденных сдвигов: Париж (1871), Лондон (1902), Санкт-Петербург (1905), Бомбей (1913), Чикаго (1922).

Отрывок из «Руководства по ненормальным делам. Основы странностей»

Астрид

Для Астрид пробковая доска в кабинете выглядит как гигантский аналоговый сервер, где вместо кабелей – шерстяные нити. Красные и синие линии перепутываются, связывая фотографии, обрывки газет и квитанции в одну громоздкую схему. Каждый элемент здесь – это узел данных, и Астрид пытается понять, какой из них ведет к финальному боссу, а какой – просто визуальный шум.

В центре – портрет мистера Харлоу: острый взгляд, идеально выглаженный воротничок, закрученные усы. Чуть ниже снимок миссис Харлоу – со слишком безупречной улыбкой, чтобы быть искренней. Между ними – тонкая нить, рядом с которой приклеена маленькая карточка с надписью от руки: «Белфорд?»

Еще одна линия уходит к вырезке из свежего выпуска «Аномалиста». Заголовок гласит: «На благотворительном вечере похищено второе полотно. Роковая случайность или серия преступлений?» Она соединяется со стикером с вопросительным знаком. От стикера идет линия к распечатке с вором, который напал на Руби в Бюро.

Сбоку приколота фотография рубинового колье. И чуть в стороне – статуэтка Давида, сфотографированная на полке старого шкафа. Между ними стоит знак вопроса и крупными буквами написано: «Похищено, кем и зачем?»

«Портрет невесты» и «Пленница» висят выше всех,