Время туманов - Ален Т. Пюиссегюр

Кошка-корат постаралась собрать всю информацию о тумане, какая только возможна. К сожалению, её усилия не увенчались успехом. «Мне не удалось узнать ничего сверх того, что мы уже знаем. К тому же я не хочу вызвать подозрения. Но в одном нет сомнений: весь континент в опасности, и наступление Туманного моря продолжается».

Облачко грусти окутало Ковена, когда он отложил в сторону письма. Как бы ему хотелось сегодня же вечером посидеть с ними вместе.

«Мне тоже не хватает Пушнис, Ризу и Драка», – признался Черномордик.

«Неужели и Драка тоже?» – засмеялся Ковен.

«Конечно! Будь он здесь, он бы мигом расправился с этим ковром. И был бы совершенно прав. Не ковёр, а ужас!»

«Как ты думаешь, им не хватает меня точно так же, как мне их?»

«Мне показалось, ты только что получил от них письма. Или я ошибся? Ты внимательно их прочитал?»

Брайна написала, что ей не терпится угостить его своими новыми изобретениями. Лексиос – что ждёт не дождётся, когда они снова будут часами говорить о любимой механиматике. Сирении была свойственна совсем другая манера, и она написала, что ей не хватает его спокойной силы. (Если честно, Ковен не совсем понял, что она имела в виду.)

Было непривычно, что кто-то и не из его родни по нему скучает.

Ковен попросил у Дакры бумагу и чернила, чтобы как можно скорее ответить своим друзьям. Ему ведь тоже было о чём рассказать. Он решил сразу взять быка за рога, хотя, возможно, перестарался. Заранее посмеивался, не сомневаясь, какой эффект произведёт его первая фраза:

«Я мог бы не написать вам ни строчки, потому что едва не умер…»

Глава 16

Выздоровление

Ковен уже приготовился было на ближайшие два дня к заточению в комнате и к смертельной скуке. Но ничуть не бывало!

На рассвете его разбудили и выманили из гнезда громкие разговоры и шум на площади. Весь взъерошенный, он высунулся в один из квадратиков окна и увидел охотников. Те расходились, каждый по своей дорожке, проверять в долине западни и ловушки.

Кавроза – маленькая деревенька, но жизнь в ней так и кипела.

Здесь каждому приходилось трудиться от зари до зари, чтобы поддерживать свою репутацию и преумножать достаток семьи. «На севере в одиночку не выжить», – такова мудрость здешних мест. Лесные кошки и кораты шутить не любят. Правила у них твёрдые, нрав крутой. Суровый взгляд, суровые повадки. Что бы вы ни делали, как бы себя ни вели, казалось, они вас осуждают.

«Куда ни посмотрю, повсюду копии Дарезы», – пожаловался Черномордик.

«Но спеси и нахальства здесь поменьше!»

Действительно, как ни странно, жители Каврозы, да и большинство северных котов и кошек, при внешней замкнутости, несгибаемой воле и постоянном стремлении к совершенству обнаруживали при ближайшем знакомстве и умение сотрудничать, и неизменную солидарность. Никого тут не забывали, не выталкивали на обочину, не вычёркивали. Даже его, Ковена. Дакра и Дариус относились к нему как к родному сыну. Многие деревенские коты и кошки с первого дня беспокоились, как он себя чувствует.

После обеда Ковен оставался в доме один, и ему пришлось самостоятельно объясняться со старичком, который приволок ему целый литр кефира, настоянного на котовнике, предлагая выпить для «очищения и увеселения». Ковен отказался наотрез, хоть и старался быть вежливым. Огорчённый старичок, покачиваясь и что-то мурча себе под нос, потащил фляжку обратно в зубах.

Ковен устроился возле окна – Ларимар строго-настрого запретил ему высовываться – и, не спеша царапая в «перечень чудовищ», посматривал за мирной деревенской жизнью. Слово «мирная» было выбрано сфинксом и всегда им особо подчёркивалось. В деревне рядом с Заброшенными Землями, дикими и опасными, оно имело особый смысл, не совсем такой, как на остальном материке.

Деревенский колокол дал два сигнала, сообщая, что на подходе какое-то существо.

Три коротких удара и один длинный.

ДОН! ДОН! ДОН! ДО-О-О-ОН!

– Сообщает, что небольшая зверюга бродит неподалёку, – наставительно объяснила Олека, как объясняют малому неразумному котёнку. – Это у нас случается то и дело.

Ковен почувствовал, что она с трудом удержалась от весёлого «наконец-то».

Младшая дочь Дакры и Дариуса по характеру походила и на Брайну, и на Дарезу вместе. В общем, задаст всем перцу, как только подрастёт и выпорхнет из семейного гнезда.

Как только колокол подавал голос, ворота деревни затворялись. Сторожа поднимались на вышки, готовясь применить магию и колдовство, если замеченное чудовище подойдёт слишком близко. А жители спокойно продолжали заниматься своими делами, словно вокруг ничего не происходило.

– А ты что делаешь? – спросила Ковена котишка-малышка после очередного тревожного звона колокола.

– Проверяю, всё ли в порядке. Не хочу неполадок во время практики.

Ковен тщательно осмотрел протезы, хотел убедиться, что сражение с лихом им не повредило. Искусственные когти требовали постоянного ухода, нужно поддерживать их подвижность, иногда точить.

На второй день утром он вышел из дома, и кто только не выразил ему благодарность! Не успел он дойти до деревенской площади, как его со всех сторон окружили кошки.

– Одолел такую злобную громадину! Хотя сам ещё котёнок! – восхищался корат с певучим говором, явно приезжий в этих местах.

– Нацарапай моему сынку автограф, он хочет стать таким, как ты.

– Наверное, странная чешуя помогла ему, как думаете? – шептал кто-то в толпе, считая, что Ковен не услышит.

– Нам-то какая разница! Он герой, и этим всё сказано.

Ковен поспешно возразил, что он тут ни при чём. Стоящий рядом кот посмотрел на него с недоумением, соображая: валяет ли паренёк дурака, нарочно принижая себя, или хочет их всех обидеть?

– Ну ты и шутник, насмешил. У нас даже вояки-забияки не стали рисковать. Чего ради, спрашивается, мы позвали котов-магов? Думаю, парень, ты свою дорогу выбрал правильно. Шагай дальше!

Вспоминая позже этот случай, Ковен думал о своём возражении, и о том, что едва не погиб, и о тугом кошельке в торбоходе.

И наконец согласился:

– По сути, он прав. Непростое это дело – лихо одолеть.

«Поздравляю! – развеселился Черномордик. – Тебе нужна смерть с косой, чтобы понять, чего ты стоишь! Нет, я от тебя просто угораю!»

Ларимар объяснил Ковену за обедом, что такие похвалы для котов-магов в порядке вещей, и они скоро к ним привыкают. Но разговор с Захаром, начальником стражи, не мог не произвести на Ковена впечатления.

Отец в трауре пришёл к нему со слезами на глазах.

– Спасибо тебе,