Тигель - Влада Львовна Медведникова

Сперва Хише это понравилось. Здесь почти не ощущались отголоски шаманских сил, и голоса чужих духов смолкли. Жаркий ветер подталкивал в спину, обдавал запахом пустыни, а над головой дрожали и переливались защитные купола – лиловый, синий и алый.

Но вскоре Хиша запыхалась, начала отставать. Хваталась за перила, старалась не замечать бешеный грохот сердца. Кто додумался построить такие высокие ступени? Как будто и не для людей вовсе.

А вот Ризу все было нипочем. Он прыгал по лестнице и то и дело замирал и завороженно озирался. А когда подъем кончился, глянул вниз и воскликнул:

– В этом городе девять ярусов, прямо как девять миров!

Куго кивнул.

Хиша огляделась и забыла о долгом восхождении.

Верхний ярус – совсем как верхний мир! – оказался особенным. Вершина горы была плоской, будто ножом срезали, и на ней теснились каменные дома. Ветер выдувал занавески из распахнутых окон, на крышах чернели баки для воды и сверкали солнечные батареи, от жилища к жилищу тянулись провода. И пустыня отсюда выглядела такой красивой! Горные отроги ползли на восток, терялись в рыжем мареве у горизонта. Как же здорово, наверное, жить здесь, у самого неба.

А если сильное излучение? Вдруг что-нибудь сломается на Базе, и купола погаснут? Спускаться долго, еще и по крутым ступеням. Успеют ли обитатели этих домов добежать вниз, спрятаться в убежище внутри горы?

– А тут не опасно? – спросила Хиша. – В бурю?

Куго улыбнулся.

– Это место для смелых, – сказал он. Поймал взгляд Хиши и тут же прибавил: – Не волнуйся, у Нивера есть запасной генератор. Хватит, чтобы поставить маленький защитный купол.

Если только управление не заест, как в тот раз на вездеходе. Что бы Нивер и Куго делали тогда без Риза и Хиши? Но вслух она об этом говорить не стала.

Дом Нивера стоял почти у самого обрыва. Куго постучался и тут же сам распахнул дверь.

Внутри было прохладно. Пахло поджаренным хлебом, мятным мылом, пыльными книгами и машинным маслом.

Наверное, таким и должен быть запах дома. Настоящего дома, а не пустых комнат в подземном убежище. Тех, где остались позабытые вещи. Где мама больше никогда не откроет коробку с амулетами, не начнет объяснять, для чего они нужны. Где папа не разложит на столе свои тетради и не будет хмуриться, записывать и перечеркивать ряды цифр.

– Ты чего? – прошептал Риз и тронул ее за плечо.

– Ничего. – Хиша торопливо вытерла глаза и отвернулась, принялась расшнуровывать ботинки. – Разувайся, видишь же, как тут чисто.

В прихожую вышел Нивер, непривычно домашний: в заплатанных штанах и мешковатой рубахе, без рации и без пояса с инструментами. Пожал руку Куго, кивнул Хише и Ризу, спросил:

– Ну как вам наш небесный городок? – И, не дожидаясь ответа, развернулся, жестом позвал за собой.

Наверное, сейчас познакомит со своей женой. Только почему она не вышла встречать гостей? Не рада? Или отправилась куда-то? От этих мыслей по телу разлилась странная робость, и Хиша замешкалась, вошла в комнату последней.

И будто снова попала в лабораторию. Возле входа на полках рядами выстроились камни, на каждом белела бирка с порядковым номером. Здесь сильнее, чем в прихожей, пахло машинным маслом и на длинном столе лежала груда шестеренок и проводов. А в глубину комнаты Хиша заглянуть не сумела – Нивер, Куго и Риз стояли перед ней, загораживали.

– Вот, Фирая, – сказал Нивер и шагнул вперед, – наши стажеры.

Только теперь Хиша увидела его жену. Она сидела в кресле у распахнутого окна, и ветер шевелил ее волосы, бросал на лицо короткие пряди. Строгая? Да, наверное, вот как внимательно смотрит. Надо сказать Ризу, чтобы не бегал тут, не хватал все подряд, а то…

Хиша не успела додумать – Фирая улыбнулась и сразу показалась веселей и моложе.

– Нивер о вас уже столько рассказывал, – проговорила она и взялась за подлокотники.

Они сдвинулись под ее ладонями, крутанулись, и кресло покатилось вперед.

Не подлокотники, а блестящие ободы колес, вот что это было. И кресло не обычное, а для тех, кто не может ходить: такое стояло в лазарете дома. Хиша хотела на нем поездить, но мама запретила. Сказала: «Ноги у тебя не сломаны, ими и пользуйся».

У Фираи тоже ноги были на месте, без гипса и повязок. Босые ступни касались подножки кресла, но не шевелились, казались усохшими и безжизненными. Как же это случилось? Наверное, из-за излучения.

Риз обернулся к Хише, на миг вспыхнул иномирным светом, но ни о чем не спросил. Все-таки Риз не дурак, знает, когда лучше промолчать.

– Надо же! – Фирая взглянула на него с любопытством. – Ты на секунду исчез, никогда такого не видела. Настоящий дух! Как же здорово, что и ты, и Хиша теперь в нашей команде.

В нашей? Но ведь Фирая не сможет ездить в вездеходе, исследовать пустыню.

– Я тоже рад! – выпалил Риз и вдруг поклонился – так церемонно и красиво, будто все они сейчас были не в тесном домике, а во дворце.

Нивер усмехнулся, а Куго вытряхнул из сумки пачку листов и свою растрепанную толстую тетрадку.

– Тут записи измерений, – сказал он. – Я кое-что посчитал, набросал идеи, но не знаю, могу ошибаться…

– Давай посмотрим, – кивнула Фирая. – Садись. Нет, не клади на стол, тут у нас все в проводах, давай лучше здесь.

Она снова подкатила кресло к окну, ухватилась за подоконник, и он выдвинулся, превратился в еще один стол. Куго опустился на табуретку и вместе с Фираей склонился над бумагами, стал что-то объяснять вполголоса.

– Вот так мы оказались не нужны, – развел руками Нивер.

– Сейчас-сейчас, я только посмотрю, – отозвалась Фирая, не отрываясь от записей. – Угости пока стажеров шипучкой, в холодильнике еще осталась.

Кухня оказалась крохотной. Не то что дома: там вдоль стен тянулись металлические столешницы, напротив стояли четыре плиты, на каждой по восемь конфорок, а в торце – четыре широкие раковины. Льиса выговаривала, если кто-то оставлял грязную посуду, а Ирик любил повторять: «На кухне должно быть чисто, как в лаборатории».

А тут царил беспорядок. На круглом столе громоздились тарелки, на табуретке лежала сетка с мясистыми листьями фты. На вбитых в стену крюках гроздьями висели поварешки и лопатки, на плите стояли закопченная сковорода и крутобокий чайник. Риз осторожно потрогал его, заглянул под крышку. Наверное, во Дворце тоже огромные кухни, и Ризу, как и Хише, тут все в новинку.

Под окном тихо гудел ларь-холодильник. Нивер откинул крышку, пошарил внутри, вытащил высокую бутыль и наполнил кружки. Риз сразу схватил свою, принялся