Сердце истинного вампира - Северина Мар

детям ждать ее здесь и ни на шаг не отходить от кучи хвороста, которую они собрали, Катаржина ринулась в лес. Ветер дул со стороны деревни, и она не могла ничего учуять. Все, что ей оставалось, – это всматриваться в следы на снегу.

Деревья обступали сплошной стеной, ели скребли ветвями по одежде, грозя выколоть глаза, небо тускнело, заливаясь тьмой. Катаржина никогда не боялась леса. Напротив, он был ее домом, гораздо больше, нежели любой город. Сегодня второй раз в жизни она испугалась, оказавшись в лесу одна.

Ей вдруг вспомнился первый. Она тогда была совсем малышкой, не старше, чем Милана сейчас. В ней только-только проснулся волк, и она впервые обернулась в зверя – точнее, в звереныша. Маленького и смешного, с короткими лапами и большими ушами. Отец отвез ее в лес, на первую охоту. Вокруг были другие оборотни, в основном медведи, как отец, и волки. Все они куда-то неслись, и Катаржина бежала самой первой. Ей казалось, что именно за ней они все и гонятся. Сейчас она, разумеется, понимала, что такого не могло быть. Она была частью охоты, хищником, а не жертвой, но тогда испугалась очень сильно, прямо как в этот момент. Только теперь она боялась не за себя, а за ребенка, за которым не уследила.

След оборвался, смешавшись с еще одним. Катаржина опустилась на корточки, чтобы разглядеть притоптанный снег. Судя по всему, кто-то вышел из зарослей плотно растущих елей и пошел наперерез Лоре.

Вдали завыли волки. Катаржина замерла, вслушиваясь в их голоса: они говорили о том, что стае надо уходить – рядом опасность. Несмотря на пожирающий холод, по ее спине стекал горячий пот. Горло сжималось от страха.

Катаржина сидела на корточках, обхватив себя руками. Внезапно она почувствовала запах гнили и разлагающейся плоти, струящийся совсем рядом. Она не слышала шума шагов и хруста снега, но ощущала вибрацию воздуха, движущуюся к ней. Она провела языком по зубам, чувствуя, как они заостряются, как выдвигается вперед челюсть. Еще мгновение, и она обернется волком.

Снег впереди захрустел. К ней кто-то шел.

Глава 17

Из тьмы показались две фигуры: одна маленькая, закутанная, словно шар, в теплые одежки, а вторая высокая и долговязая, в фуфайке нараспашку.

Катаржина выдохнула, сердце все еще иступлено билось в груди.

– Лора, как ты только додумалась уйти одна в лес?! – воскликнула она, а затем перевела взгляд на Якова, державшего ее за руку. – Как ты ее нашел?

– Мы просто наткнулись друг на друга, – пояснил он с улыбкой, словно ничего не произошло.

– Я жду объяснений! – Катаржина снова посмотрела на Лору.

Щеки девочки, и так красные от мороза, раскраснелись еще больше, а глаза налились влагой.

– Я… я собирала хворост и не заметила, как…

– Ты врешь! – перебила Катаржина, глубоко вдыхая колючий воздух.

Лора скривила губы, точно готовая заплакать.

– Не кричите на нее, панде, – заступился Яков.

Катаржина почувствовала, как приливает к лицу кровь. Ее в детстве всегда жестоко ругали, если она делала что-то не так, как хотели взрослые, и теперь она не знала, как можно поступить иначе. Но, быть может, Яков был прав и кричать на девочку не стоило.

– И чего тебя в лес-то понесло? – присев на корточки перед Лорой, чуть мягче спросила Катаржина. Она поправила на девочке съехавшую шапку и туже затянула шарф.

Нижняя губа Лоры дрожала.

– Панде Лора думала, что в лесу живут феи, и хотела на них посмотреть, – ответил вместо нее Яков.

Катаржина выпучила глаза.

– Лора, у тебя же лучшие оценки в классе! Как можно верить в такую ерунду?

– Эвзен говорил, что феи есть! Он сам их видел, когда… – принялась оправдываться Лора и сразу осеклась.

– Когда – что? – переспросила Катаржина.

Глаза девочки забегали. Дыхание участилось. Она явно собиралась ее обмануть и сжала губы, отказываясь отвечать.

– Эвзен и Томаш ходили вчера к лесу, – объяснил Яков и тихо добавил: – Мои белки видели, как они возвращались.

Катаржина нахмурилась. Детям запрещалось ходить в лес без взрослых. Во-первых, в нем было легко заблудиться и окоченеть насмерть, а во‑вторых, наткнуться на стаю волков или медведя-шатуна. Впрочем, это были не ее проблемы. Эвзен, Томаш и Лора – ученики Тамары, а нее ее.

– Пойдемте к деревне, панде, – мягко предложил Яков.

Катаржина вспомнила, что на краю леса ее ждут еще восемь оболтусов, и хорошо, если они не разбрелись в разные стороны, пока ее не было. Из головы не выходил и запах гнили, который она почувствовала до того, как встретила Якова и Лору. Она встряхнула головой, выкидывая мысли о мерзкой вони. Скорее всего, это была дохлая белка, разлагавшаяся в дупле. Хотя какое разложение в такой лютый холод?..

Неважно! Все это не ее проблемы! Она застряла в этой дыре лишь временно и то потому, что Яков не может пока уйти.

Катаржина почти бежала. Лора за ней не поспевала, и Яков усадил ее себе на закорки. Разговоры они оставили на потом.

Выбежав на поляну, Катаржина чуть не упала, но скорее от неожиданности, чем из-за попавшего под ноги корня. Кроме детей возле кучи хвороста ее ожидала Тамара, бледная, словно едва восставший вампир.

– Как ты могла оставить детей одних?! – прошипела Тамара, мгновенно оказавшись рядом с ней. Она точно использовала какое-то колдовство, чтобы двигаться с такой скоростью.

– А что я должна была делать? Бросить Лору на съедение волкам в лесу? – так же тихо ответила Катаржина.

Обе прекрасно понимали, что им нельзя ругаться перед детьми, уж точно не в полный голос.

– Ты… ты должна была позвать меня, отвести остальных детей обратно к школе. Позвать кого-нибудь.

– Где бы я тебя искала?

– Панде, давайте не будем ссориться, – предложил Яков, опустив Лору на землю. – Дети явно замерзли. Лучше вернуться обратно в школу.

Тамара все еще выглядела так, словно хотела оторвать Катаржине голову и забросить ее на верхушки елок, но Яков был прав. Губы у сгрудившихся вокруг детей уже были синими, щеки красными, а носы подозрительно хлюпали.

Прихватив собранный хворост, они направились в деревню. Яков вызвался помочь и тащил на спине самую большую охапку. Впереди всех шла Тамара, за ней гуськом топали дети.

Лора оказалась в центре внимания: она громким шепотом рассказывала о том, как пошла в лес, а остальные слушали, раскрыв рты. Эта хулиганская выходка явно помогла ее репутации – едва ли когда-либо еще к ней проявляли такой интерес.

Катаржина вздохнула, вспоминая свои школьные дни