Воздушная кавалерия. Том 7 - Джек из тени

свет, а, казалось, светился изнутри собственным, холодным, голубоватым огнем. Все, кто хоть немного разбирался в технологиях, поняли, это был концентрированный сгусток Пыли, заключенный в ювелирную оправу. Артефакт личного барьера невероятной силы и немыслимой цены. Личный подарок мужа, который стоил больше, чем весь этот дворец со всеми его потрохами.

Елена шла рядом с мужем, и ее лицо было спокойным и немного отстраненным. Строганова не смотрела по сторонам, не искала знакомых. Смотрела прямо перед собой, и в ее взгляде была холодная уверенность хозяйки положения. Легкая, вежливая улыбка не касалась глаз гостей.

Чета Строгановых медленно шли через затихший зал, и перед ними, как вода перед ледоколом, расступались гости. Шепот, который пронесся по залу, был похож на шелест осенних листьев.

— Боже, что это на ней?

— Это же пылевой кристалл! Какой чистый и огромный!

— Строганов, должно быть, сошел с ума! Такое носить на балу…

— Это же целое состояние!..

Князь Астахов, наконец, пришел в себя и, натянув свою радушную улыбку, бросился им навстречу.

— Барон! Баронесса! Какая честь! Мы так рады вас видеть!..

Глава 11

Голос князя Астахова, сочившийся медом и патокой, вернул меня в реальность. Я на мгновение оторвал взгляд от затихшего зала, где сотни пар глаз, как объективы камер, были нацелены на нас с Еленой, и перевел его на хозяина вечера. Старый лис, несмотря на свое показное радушие, был напряжен. В цепком взгляде я читал смесь жадности, расчета и толики страха. Он смотрел на меня, как на редкого, опасного зверя, которого очень хочется заполучить в свой зверинец, но при этом боязно подходить слишком близко.

— Князь, — я слегка поклонился, моя улыбка была не менее фальшивой, чем его собственная. — Благодарю за приглашение. Ваш бал, как всегда, великолепен.

Это была откровенная ложь. Я впервые был на балу Астаховых, но правила игры требовали обмена любезностями.

— Что вы, что вы, это вам спасибо, что почтили нас своим присутствием! — Астахов рассыпался в комплиментах, но взгляд то и дело соскальзывал на шею Елены, где в ложбинке у горла мерцал мой «небольшой» подарок. Кристалл-артефакт, настроенный на ее биометрию и способный выдержать прямое попадание из пушки приличного калибра, был декларацией моих возможностей, моего богатства и, самое главное, моего отношения к безопасности своей семьи. И, судя по тому, как отвисла челюсть у доброй половины зала, эту декларацию прочитали и поняли очень многие.

— Баронесса, вы сегодня просто ослепительны, — не унимался Астахов, переводя взгляд на мою жену. — Ваше колье… это просто невероятно! Работа какого мастера, если не секрет?

Елена, державшая мою руку, слегка напряглась, но лицо осталось бесстрастным. Она одарила князя легкой и вежливой улыбкой.

— Это личный подарок мужа, князь, — ее голос был тихий, но прозвучал на удивление отчетливо в наступившей тишине. — А мой муж не любит делиться своими секретами.

Удар был точным и элегантным. Елена одним предложением поставила старого интригана на место, дав понять, что фамильярность здесь неуместна и что все вопросы следует адресовать мне. Я с трудом сдержал усмешку. Астахов на мгновение опешил, но тут же нашелся.

— Ну, конечно, конечно! Понимаю! Эксклюзив! — он рассмеялся чуть громче, чем следовало. — Пойдемте же, дорогие гости, не стойте на пороге! Весь свет с нетерпением ждет возможности пообщаться с вами!

Он властным жестом пригласил нас в зал. И это было похоже на то, как гладиатора выпускают на арену. Мы сделали несколько шагов, и толпа, до этого державшаяся на расстоянии, хлынула к нам.

— Алиса, анализ обстановки, — мысленно отдал команду.

— Принято, хозяин, — тут же отозвалась хвостатая. Ее аватарка сменилась на изображение охранника в темных очках. — В радиусе десяти метров тридцать семь человек. Уровень адреналина и кортизола у большинства повышен. Двадцать один объект женского пола, возраст от шестнадцати до тридцати. Уровень интереса к вашей персоне — критический. Зафиксировано восемь попыток установить тактильный контакт под видом случайного столкновения. Рекомендую держать дистанцию и следить за руками.

Я внутренне усмехнулся. «Тактильный контакт», хорошо сказано.

— Барон, позвольте засвидетельствовать свое почтение!

— Кирилл Андреевич, какая удача вас встретить!

— Баронесса, вы просто ангел!

Нас окружили, это были в основном представители «младшего» дворянства и купечества. Те, кто был достаточно богат, чтобы получить приглашение на этот бал, но недостаточно влиятелен, чтобы держаться в кругу патриархов, их приближенных и наследников. Каждый чего-то хотели: выгодного контракта, протекции, просто возможности потом хвастаться, что общались с самим бароном Строгановым.

Я отвечал на приветствия односложно, кивал, улыбался своей самой вежливой и пустой улыбкой. Елена же просто молчала, изредка одаривая кого-нибудь из особо назойливых таким холодным взглядом, что тот тут же съеживался и ретировался. Мы двигались сквозь эту толпу, как ледокол сквозь паковый лед, медленно, но неумолимо. Астахов, семенивший рядом, выступал в роли лоцмана, отсекая самых назойливых и представляя нас тем, кого считал нужным.

— Барон, позвольте представить вам графа Мещерского! Уважаемый граф владеет крупнейшими лесными угодьями в Архангельской губернии. Древесина высочайшего качества! — тараторил Астахов, подталкивая ко мне невысокого, но очень плотного господина с лицом прожженного дельца.

— Наслышан, наслышан, — пробасил Мещерский, тряся мою руку так, словно хотел ее оторвать. — Ваша верфь, барон, это чудо! Готов поставлять вам лучший лес! С хорошей скидкой, разумеется! Для такого человека, как вы!..

— Я подумаю, граф, — вежливо ответил я. — Переговорите с моим отделом снабжения, хотя, насколько я помню мы не используем дерево при производстве дирижаблей.

Я заметил, как в толпе на меня смотрят мои реальные партнеры. Гончаров, поставщик меди из Иркутска, тот самый, чей обоз пытались ограбить. Прохоров, бригадир строительной артели, которая возводила корпуса на моей верфи. Они не лезли вперед, держались наособицу, но в их взглядах я читал смесь уважения и даже страха. Иркутский «ураган» произвел неизгладимое впечатление. Каждый теперь знал, что «партнер» не бросит своих в беде и способен на очень решительные действия. Астахов тем временем подтащил нас к другой группе.

— А это, барон, наши банкиры! Князь Одоевский, барон Штиглиц! Надежнейшие люди, готовы предоставить вам любую кредитную линию! Под самые выгодные проценты!

Два сухопарых господина в очках смерили меня оценивающими взглядами, словно породистую лошадь перед скачками.

— Мы внимательно следим за вашими успехами, барон, — представительным голосом произнес Штиглиц. — Ваши активы растут с впечатляющей скоростью. Мы были бы рады