Воздушная кавалерия. Том 9 - Джек из тени

Мы страшней любых зверей…

Чат в ГИСе резко замер. Алиса в интерфейсе Кирилла недовольно заворчала:

— Ну вот, уральцы вообще не следят за состоянием своих серверов! Всего-то миллион триста смотрящих, а магистральный узел лег!

Пауза длилась всего пару секунд. Алиса, судя по всему, перебросила трафик на свои резервные каналы, и лента комментариев снова улетела в космос, превратившись в сплошной поток флагов и слов восхищения.

В самом бальном зале губернаторской резиденции стояла гробовая тишина. Местная элита, привыкшая к легким французским шансонам, сидела с открытыми ртами, оглушенная этим лютым неформатом. Это была не салонная песня. Это был гимн тех, кто умирает в темноте ради того, чтобы эти люди в шелках могли спокойно пить шампанское.

Разве что военные, присутствующие на балу, офицеры местных гарнизонов, жандармы и особисты ИСБ, отреагировали иначе. Они, не сговариваясь, вытянулись, подняли бокалы, молча салютуя дамам на сцене.

Елена и Наталья продолжили, чеканя слова:

Слышен шум чужих винтов:

Враг к удару тут готов…

Мы крадёмся словно тень:

Здесь не ясен час и день.

Нервы, струны, пульс частит:

Щит страны сейчас трещит…

Ждём сигнал — глядим в экран

Вскроем мы любой обман.

Разворот на базу к нам.

К нашим тихим берегам.

Не нажали кнопку «Пуск»,

Слышен сердца частый стук.

Снимем китель и бушлат,

Каждый жив и каждый рад.

Служба кончилась пока:

Спит ракетная река…

Финальный припев прогремел под сводами зала, как раскат грома:

Глубина — наш дом и склеп…

Каждый здесь и глух и слеп…

Держим мир мы на весах:

Пряча в трюмах липкий страх.

Тень скользит по дну морей:

Мы страшней любых зверей.

«Тихая Глубина» ExTeam

Музыка стихла. Свет плавно вернулся в зал. Секундная тишина сменилась оглушительным, неистовым звуком оваций. Зал рукоплескал. Британский консул Вилсон хлопал медленно, с каменным лицом, явно не понимая половины специфических терминов, но осознавая мощь произведенного эффекта.

В этот момент Алиса на главном экране трансляции выделила вычурной, золотой светящейся рамкой и закрепила сверху один-единственный комментарий.

«Это лучшее музыкальное произведение о флоте, что я слышал за последние десять лет. Считаю честью пригласить обеих исполнительниц на службу в штаб Военно-Морского Флота. Адмирал Ушаков».

Пока Елена и Наталья с лучезарными улыбками принимали овации ожившего зала, кланяясь публике, коммуникатор Кирилла в кармане задергался в истерике.

Строганов достал аппарат. Вызов шел по защищенной линии. Снова майор Волков.

— Слушаю, — коротко бросил граф, отходя в тень колонны.

— Граф, можно поинтересоваться, что у вас там происходит⁈ — голос Волкова в динамике был спокоен, как всегда, но Строганов все равно уловил нотки беспокойства, что для майора было крайне редким явлением.

— Культурно просвещаемся, майор. А что не так? — невинно поинтересовался Кирилл.

— Что не так? У меня аналитики седеют в прямом эфире… — выдал перл в трубку особист. — Настоятельно вас прошу подобные выступления, связанные с государственной тайной согласовывать с ИСБ заранее!

Кирилл перевел взгляд на интерфейс. Там висел полупрозрачный, растерянный силуэт Алисы.

— Кирилл, честное слово! Я просканировала все базы данных, от архивов до планов на двадцать лет вперед. Я не нашла ни единого упоминания, ни одного чертежа, что Российская Империя вообще проектирует атомные подводные ракетоносцы!

Строганов хмыкнул.

— Майор, успокойтесь, — ответил он Волкову, глядя на ликующий зал. — Считайте это… научной фантастикой. Художественным вымыслом. Женской интуицией, в конце концов.

— Художественным вымыслом⁈ — задумчиво произнес Волков. — Странно, что после этих вымыслов коммуникаторы красные от звонков из особого отдела Адмиралтейства…

— Вот пусть Адмиралтейство и разбирается, — усмехнулся Кирилл, сбрасывая вызов.

Он посмотрел на сцену. Елена и Наталья, сияя, спускались по ступенькам под ручку с генерал-губернатором, который сыпал комплиментами.

* * *

Сэр Артур Вилсон, консул Ее Британского Величества, вернулся в свою резиденцию в самом центре Екатеринбурга в прескверном расположении духа.

Он швырнул шляпу и трость на руки испуганному лакею, прошел в свой кабинет, отделанный темным деревом, и с силой захлопнул двери. Подойдя к массивному бару-глобусу, плеснул себе на два пальца неразбавленного шотландского виски.

Вилсон сделал два крупных глотка. Алкоголь обжег горло, но не принес успокоения.

— Сучка ростовская, — прошипел консул сквозь стиснутые зубы, сжимая хрустальный стакан так, что побелели костяшки.

Воспоминания о публичном унижении на балу жгли каленым железом. Эта рыжая дрянь вскрыла его прошлое и настоящее с такой легкостью, словно читала его личное досье из архивов британской разведки. Карточные долги, любовницы, тайные встречи с химиками… Всё то, что он так тщательно выстраивал и скрывал, было выброшено на потеху уральскому быдлу.

Ему уже успели позвонить из Петербурга. Посол Великобритании в Российской Империи, лорд Бьюкенен, говорил с ним полчаса назад по защищенному каналу. Бьюкенен плохо скрывал злорадную улыбку в голосе, когда «настоятельно рекомендовал» быть осторожнее с русскими княжнами в будущем и избегать светских скандалов, порочащих честь Короны.

Вилсон раздраженно прошелся по кабинету, меряя шагами персидский ковер. Он остановился у пылающего камина. Огонь играл на его лице, подчеркивая глубокие морщины гнева.

Британец размахнулся и с силой запустил хрустальный стакан с остатками виски прямо в огонь. Хрусталь разлетелся вдребезги с жалобным звоном. Пламя жадно вспыхнуло, поглотив алкоголь.

Вилсон раздраженно ходил по кабинету, затем остановился, сделав несколько глубоких вздохов. После чего нехорошо улыбнулся и взял коммуникатор. Когда абонент на той сторон стороне ответил, Вилсон сообщил, что выбрал объект для следующей операции…

Глава 15

Уральский промышленный кластер первого разряда встретил гостей густым, едким смогом, скрипом маневровых тепловозов и тяжелым запахом плавленого металла, который здесь заменял кислород. Огромная территория, огороженная бетонным забором с колючей проволокой, ощетинилась десятками дымящих труб. Это был настоящий индустриальный левиафан, переваривающий руду и выплевывающий танковую броню, станины для корабельных орудий и корпуса тяжелых турбин.

Кортеж из трех черных, наглухо тонированных «Руссо-Балтов» плавно затормозил перед главными воротами. Никто не ожидал их появления. По всем расчетам уральских промышленников, Имперский Аудитор и наследник Гончаровых должны были отмокать в столичном комфорте минимум неделю после губернаторского бала. Но Кирилл Строганов привык ломать чужие графики. Они заявились спустя ровно двое суток.

Дверцы машин открылись синхронно. Первыми на растрескавшийся асфальт высыпали гвардейцы-«волкодавы». Черная штурмовая броня, короткоствольные автоматы наизготовку, сканирующие взгляды из-под опущенных визоров. Они грамотно, без лишних команд взяли сектор под контроль, оттеснив от въезда двух растерянных охранников в мешковатой форме с логотипом частного охранного предприятия «Уральский щит».

Кирилл неспешно