Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 11 - Оливер Ло

оружие и замахнулся для повторного укола в бедро. Оторвав ноги от пола мощным толчком, проигнорировав гирю, прижимающую к полу, я в прыжке обрушил кованый сапог в нагрудную пластину противника. Кевлар сжался, металл вогнулся внутрь, человек отлетел на пять метров, снося спиной тяжелый гравитационный диск и падая замертво в пыль. Одна ловушка погасла, облегчая вес моего тела.

Третий охотник с изогнутым кинжалом оказался хитрее. Обогнув дерущихся, он швырнул в меня небольшую картонную печать. Кусок плотной бумаги с шипением прилепился к моему левому предплечью. Золотые письмена сверкнули серым пламенем, посылая глубокую, морозную волну в мышечные ткани. Поток маны в этой зоне резко заблокировался, превращая рабочую конечность в безвольный кусок мяса. Рука бессильно обвисла вдоль туловища.

Артефактная печать остановки энергии. Дешевый, но грязный трюк. Охотник радостно скакнул навстречу, надеясь вспороть беззащитный живот. Он рассчитывал добить инвалида.

Эта грубая оплошность стоила ему жизни. Изучив арсенал местного гладиатора, я научился сражаться без применения изысканного волшебства. Полностью сместив баланс тела на правый фланг, и позволив парализованной руке служить противовесом, я отступил назад, ловя ритм летящего лезвия. Шагнув внутрь его траектории, пропустил клинок над головой, нанес хлесткий удар выставленным правым локтем в основание подбородка нападающего. Череп хрустнул, наемник потерял контроль над конечностями, с гулким звуком рухнул к моим сапогам.

На противоположной стороне площадки Леон методично разрубал доспехи четвертого бандита. Стряхнув усталость, парень заковал ноги врага толстым слоем синего льда, лишая его маневра, и быстрым росчерком катаны прошил шею убийцы насквозь. Парень, получивший прозвище Южный Клинок, работал эффективно и грязно, понимая, что здесь пленных не берут.

Пятый член отряда попытался сбежать из каменного мешка. Поняв, что операция провалена, он накинул защитную накидку и рванул к густым зарослям на выходе. Ошибочный ход, пресеченный действиями моего пса.

Тень вырвался из зеленоватого дыма плотным сгустком мрака. Челюсти перекусили ногу убегающего, второй укус пробил позвоночник, раскидывая кровавые брызги на пол пещеры. Бойцы элитного формирования нашли здесь лишь быструю смерть.

Тишина снова повисла над пещерой, изредка нарушаемая тихим хрипом помирающего. Бойня длилась не больше минуты, однако доказала полное превосходство моей новой системы. Желтый газ стал лениво рассеиваться, втягиваясь в пористые камни.

Я брезгливо содрал картонку блокирующей печати, смяв ее пальцами правой руки в неровный ком. Блокирующий артефакт рассыпался золой. Морозное онемение медленно ушло, уступив место нормальному току крови и приятному пульсу энергии. Пальцы левой руки восстановили подвижность.

Леон методично, безжалостно разбил рукоятью меча оставшиеся два гравитационных диска на стенах. Красное излучение мигнуло в последний раз, сбрасывая с нас свинцовый груз, даря восхитительную легкость каждому движению. Ощущение нормальной среды вернулось, принеся облегчение.

— Зашли грамотно, по всем правилам ведения скрытной войны, — проанализировал ситуацию Леон, протирая лезвие Жала ветошью. — Они зачищают одиночных путников, собирая ценности. Здесь любая спина может получить болт или газовую гранату. Ни грамма чести, зато много выгоды. Мы должны быть признательны этим ублюдкам за науку.

— Это дикие земли, Мелкий, здесь добыча и хищник часто меняются ролями. Никогда не ослабляй концентрацию, если выжил в одной схватке. Эти падальщики ценят артефакты, деньги и чистую силу, игнорируя родословную. Мы показали достаточный уровень магической активности, чтобы нас признали лакомым куском, заслуживающим затрат качественных инструментов, — ответил я, опускаясь на колени перед телом предводителя.

Трупы местных жителей в подобной экипировке скрывают много занимательного. Мародерство здесь — отличный способ компенсировать затраты нервных клеток. Оставлять добро в холодной скале — глупейшее решение, противоречащее правилам логики и прагматизма.

Подсумки бандитов оказались набиты качественным, дорогостоящим товаром. В специальных, ударопрочных кожаных кофрах я обнаружил пять продолговатых стеклянных фиалов. Жидкость внутри них густо мерцала светлым серебром. Концентрированный, универсальный антидот широкого действия, применяемый для устранения мощнейших органических алхимических ядов и паралитиков. Вещь, безусловно, необходимая в лесах, кишащих кислотными пауками.

Рядом лежали герметичные контейнеры из плотного воска, в которых плотными рядами ютились серые, неприятные на вид пилюли. Это мощнейший анальгетик местного производства, блокирующий центральную нервную систему от передачи болевых импульсов без риска потери мышечного контроля или изменения сознания. Для серьезных травм на длинных дистанциях — незаменимое решение, способное выиграть пару часов активной работы раненого бойца.

Кроме медицинских расходников, я отстегнул от поясов охотников матовые диски экранирования магии и горсть бумажных, исписанных кровавой вязью печатей, содержащих мощные заряды одноразового ускорения метаболизма для рывков на дальние дистанции.

Занятный улов, стоящий приличных сумм в ломбардах Ашхарда. Идеально пополнит мой арсенал.

Но самое интересное пряталось под бронежилетом мертвого командира на толстом металлическом шнуре.

Оторвав кусок ткани, я сорвал увесистый квадратный медальон. Матовая поверхность, отсутствие блеска. Края неровные, скошенные, покрытые рунами защиты от несанкционированного изменения ауры. На центре куска металла грубой фрезой вырезан угрожающий знак — захлопнутая медвежья ловушка со стальными зубьями. Жетонов, гравировок имен, списка свершений здесь не наблюдалось, вещь обладала идеальной анонимностью.

— Жетон свободных наемников, — пробормотал я, перекатывая кусок тяжелого металла по пальцам. О таком я слышал, когда выяснял подробности и особенностях этого места. — Отличный доступ к закрытым территориям, теневым биржам, черным контрактам и информационным потокам вольных гильдий на континенте. Билет без имени, предоставляющий хозяину право скрывать лицо и входить в кабаки без дополнительных досмотров, пока жетон подтверждает твою компетентность наличием оного у владельца. Прагматичный подход, ничего не скажешь.

Леон приблизился, с любопытством рассматривая старую железяку.

— Кто-то попытается отомстить нам за убитых обладателей такой штуковины? Их клан, гильдия, родственники? Мы не нажили себе новую, более мощную проблему? — с долей сомнения уточнил ученик, потирая лицо грязной перчаткой.

— В этом жестком краю нет страховых агентов. Если охотника пережевала более крупная рыба — его метка становится собственностью победителя. Здесь уважают только силу и факты. Ты убил — ты хозяин метки. Никакой мести за смерть неудачников, это лишние расходы. Теперь у нас есть легальный инструмент для продвижения по землям южных владык, не светя мордой в каждой подворотне, собирая ненужные слухи, — я спрятал жетон глубоко в потайной карман доспеха и тщательно застегнул застежку.

Металл холодил грудь. В этих местах маскировка стоит не меньше верного лезвия меча.

Я осмотрел пещеру в последний раз, окинув взглядом истерзанные тела и пятна крови на стенах. Физические резервы после поглощения кристаллов полностью уравновесились. Остатки желтой ядовитой пыли перестали витать в воздухе, исчезая сквозь широкую дыру выхода.

Тяжесть прошедших трехдневных марш-бросков растаяла безвозвратно. Лес за периметром укрытия казался холодным и нейтральным, местные мутанты потеряли сияющий фон, окончательно утратив ко