Танец теней - Гурав Моханти

В последующие дни Вахура перелопатила море страниц. Записи Нар Ада представляли собой смесь странного и откровенного абсурдного. Но ей повезло: в этом хаосе бумаг она обнаружила связный рассказ одной женщины из таверны, которая возмущалась, что «Клика Розы» хвасталась в таверне своими подвигами и ушла, не заплатив по счетам. И среди того, что «Клика» тогда рассказывала, упоминался древний пергамент, рожденный от несветящегося пламени. Трактирщица даже потребовала от Меру, чтоб ей заплатили за информацию и оплатили счета «Клики». В ответ Меру пригрозил ей Осколками.

Как намин не способен потерять свои четки, так и Вахура не могла забыть ничего из того, что прочла. Изгибы и завитки на подписи безымянной женщины походили на подпись в письме, которое несколько недель назад принес ей ворон из Восточной библиотеки в Камрупе. В письме говорилось, что в библиотеке нет книг об Астрах, но ее хранители были бы очень благодарны за пожертвования.

И вот Вахура, спеша за утраченной надеждой, гонясь за единственной надеждой на то, что эта трактирщица, ставшая невольной хранительницей тайны свитков, укажет ей путь к спасению, оказалась на самом краю света. И даже узнав, что Восточная библиотека уже давно была сдана в аренду парфюмеру и всего лишь использовала это название, чтобы продолжать получать деньги из Меру, она не впала в уныние, потому что на письме оказалась печать.

Печать, на которой была изображена женщина, стоявшая на обезглавленном теле и пьющая кровь из отрубленной головы.

Священный знак йогинь.

Вахура была так поглощена воспоминаниями о путешествии, что невольно вздрогнула, почувствовав мягкое прикосновение руки Зубеи к плечу.

– Могу я кинуть веревку, чтобы вытащить тебя из моря мыслей, в котором ты тонешь? – спросила Зубея.

– Прошу прощения, Матрика, – солгала Вахура, – но здесь все так отличается от того, что я когда-либо видела, что я просто потрясена.

– Мне не нравится ложь, царевна, – нежная улыбка Зубеи походила на удар кнута по спине. – Хотя готова признать, что у тебя прекрасно получается врать. Впрочем, неважно. Как бы я хотела, чтоб ты посетила нас в иное время. Чем ближе Конклав, тем сильнее напряженность.

Но откуда Вахура могла знать, что этот проклятый Бивень заполучит в свое царство проведение Конклава? Конклавов раньше никогда здесь не проходило. И сейчас это было дикой помехой. Просто ей не повезло, потому что теперь все цари направлялись в Камруп на первую в истории царскую встречу на Востоке.

– Мы пришли, принцесса, – сказала Зубея, остановившись у подножия лестницы.

Из-за двери слышались смех и пение множества веселящихся мужчин и женщин. Зубея тихонько постучала, но дверь так и не отворилась, а звуки за нею не стихли. Теперь Зубея постучала сильнее, и дверь задребезжала, словно была уже готова сорваться с петель.

По другую сторону двери послышались медленные шаги. Затем раздалось нервное покашливание, и дверь приотворилась, и из-за нее выглянуло зловеще освещенное свечой старушечье лицо – столь же древнее, как и дверь, за которой оно недавно скрывалось.

– Мы не хотим присоединяться к вашему сексуальному культу, дитя. – Старуха зашлась в приступе кашля. Морщин на ее лице было больше, чем складок на карте у Нар Ада. А вот волосы совсем не поредели, в них лишь виднелось несколько седых прядей. – Мы не желаем никаких оргий, никаких беснований, ничего. Я что, похожа на дуру, только и думающую о том, чтоб пососать чей-нибудь член? Да, еще совсем недавно я поднималась лишь на ложе, где было гораздо больше одного мужчины. И каждая частица моего тела жаждала прикосновений, и пары рук было недостаточно, чтобы…

–Госпожа Асшай,– строго сказала Зубея, по-прежнему сохраняя улыбку на лице, хотя было видно, что это уже дается ей с трудом.– Я пришла к вам с царевной Вахурой из Балха – она сделала щедрое пожертвование для библиотеки, которой вы не управляете.

Асшай нахмурилась и распахнула дверь. Теперь было видно, что женщина одета в просторное серое одеяние, свободно ниспадавшее на плечи.

– Ах, но мне сказали, что приедет библиотекарь, который поможет нам приобрести книги – зловещие книги о косметике, – необходимые для спасения мира! Некая Вура.

– Царевна Вахура, госпожа Асшай. И она… тот самый библиотекарь.

– Царевна-библиотекарь. – Она улыбнулась, показав ровные чистые зубы. – О, в моем возрасте каждое удивление в радость. – Развернувшись, она пошла прочь, освещая путь свечой. – Следуй за мной, огнеголовая.

Зубея повернулась к Вахуре:

– Твой погребальный костер ждет тебя. – Йогиня жестом пригласила ее войти, и дверь за спиной Вахуры захлопнулась со зловещим стуком.

IV

– Йогини – не жрицы смерти. Они больше походят на помешанных на сексе ведьм, – все не умолкала Асшай, не особо заботясь, слушает ли ее кто-нибудь. – Можешь себе представить, они утверждают, будто истинный оргазм можно достигнуть лишь без кульминации. Ну вот что это за чушь, скажи на милость?

– Возможно… – Вахура тщетно пыталась вставить хоть слово.

– А я говорю, это все чушь! Эти зелья, которые они курят, чтоб получить экстаз, превращают их союзы в нечто оргазмическое без самого оргазма. И знаешь, это настоящая дискриминация, потому что женщины могут получить оргазм, когда хотят, а вот мужчины вынуждены сдерживать оргазм. Нет, я, конечно, это поддерживаю, но это, в принципе, несправедливо, как думаешь?

– Насчет эм… оргазмов? Я…

– Только не говори мне, что ты не знаешь, что это. О, дорогуша, тебе просто необходимо посетить их церемонию майтхуны – она состоится через месяц. Это пойдет тебе на пользу.

– Возможно, я так и сделаю, если к тому времени успею спасти мир.

– Ну, конечно, стоит заговорить об эротике, и у всех сразу же возникают неотложные дела. – Асшай остановилась у стены, повесив фонарь на крюк. – Пойдем. Познакомлю тебя с остальными, и ты расскажешь нам, что мы можем сделать, чтобы ты не болтала никому о библиотеке.

– Куда мы идем, ачарья?

– В Большой зал, дорогуша, – сказала Асшай. – Когда ты приходишь к ужину, неудивительно, если хозяева едят.

К ужину? Разве до захода солнца не оставалось еще несколько часов? Вахура улыбнулась. Ей всегда нравились старики и старушки. Из переписки она узнала, что Асшай помогали еще четверо ачарьев – точнее, пятеро стариков и старух, и каждый из них подробно рассказал, что бы он хотел получить в качестве пожертвования. Прочитав их требования, в которых украшенные ониксом одеяния с четко определенной длиной подола соседствовали с книгами по зоологии с пришитыми на страницы образцами меха зверушек, она решила, что эти люди – выжившие из ума идиоты. И видимо, они на это и рассчитывали.