Забытая всеми - Владарг Дельсат

— Здравствуй, Афаил, — отвечает ему мамочка. — Тебе известно, как её можно локализовать?

— Да, подруга, — кивает он. — Только забирать её должна мать, иначе ребёнок погибнет.

То есть новости у нас и хорошие, и не очень…

Глава девятнадцатая

— А ты теперь всегда будешь? — интересуется Маришка, рассказав мне уже, что делала днём.

— Всегда, маленькая, — улыбаюсь ей я, целуя промеж ушек, как мама посоветовала. И малышке это действительно нравится, она просто замирает у меня в руках.

— Жалко, что только во сне, — вздыхает она, но я уже знаю, что на это ответить.

— Мы ищем тебя, Маришка, — говорю я ей. — Как только найдём, сразу же домой заберём.

— А как это «домой»? — спрашивает меня малышка.

И я рассказываю ей, как это, когда есть дом. Она слушает меня очень внимательно, переспрашивает буквально каждое слово. Между делом, я спрашиваю, сколько ей лет, но на этот вопрос она ответить не может, а советчик её, дух бесплотный, информацию в каких-то циклах выдаёт, при этом к обороту домашней планеты не привязанных. Маришка послушно повторяет ответ, но понять его для меня очень сложно, поэтому я оглядываюсь на взрослых. Почему-то я хорошо вижу тех, кто во сне в режиме наблюдателя, хотя, по идее, не должна бы.

— Мне почему-то дышать стало тяжелее, — жалуется мне Маришка. — А ещё свет часто гаснет, а страшно же…

— Тебе всегда страшно или становится страшнее в последнее время? — интересуюсь я, вспомнив, о чём лекари как-то говорили.

— Пока ты не появилась, очень страшно было, — признаётся малышка. — Я плакала постоянно, а теперь во сне мне хорошо, только не хочу просыпаться.

— Я совсем скоро заберу тебя, — уговариваю я Маришку. — Только чуть-чуть потерпеть осталось.

— Я потерплю, мамочка, — едва слышно отвечает она мне, так же тихо всхлипывая.

Странно, наверное, что я так мгновенно вошла с ней во взаимодействие, обычно для этого серьёзное усилие нужно, но, видимо, всё дело в том, что у нас есть мама. Именно она показывает нам изо дня в день, что чужих детей не бывает, вот я и не смогла просто смотреть. Маришка же рассказывает мне, как именно она открыла глазки, что при этом происходило, и я будто вспоминаю непонятные мне слова… Надо будет мамочку спросить!

— Это была ванна такая с водичкой, — объясняет мне доченька. — Она холодная оказалась, поэтому я быстро выскочила, но вокруг никого не было, просто совсем, поэтому я и не поняла, где мама, а теперь ты ко мне прямо в сон пришла, это так здорово.

Могли ли ее… хм… законсервировать, спасая? Ну вот, допустим, засунули в такую консерву, в которой Маришка спала, а потом что-то бухнуло, и она проснулась. Надо маму спросить, может ли такое быть, потому что тогда всё объясняется, ведь тот дяденька сказал же, что такой расы больше нет.

Я рассказываю Маришке сказки, которые ей очень нравятся, и она соглашается потерпеть ещё немного, пока мамочка её ищет. Быть в роли мамы для меня очень необычно, но связь уже есть, а как правильно быть, нам уже всем наша мама показала, так что буду для малышки, потому что так правильно. Вот и рассказываю я сказки, а сама вижу, что маме уже что-то объясняют, отчего она серьёзная очень сделалась и кивает ещё. Может ли так быть, что путь к малышке найдут? Да нет, должны, просто обязаны найти!

Мариша просыпается, это заметно по тому, как всё вокруг бледнеет, но цепляется при этом за меня и хнычет так жалобно, что у меня сердце кровью обливается, а стоит ей исчезнуть, и я уже сама плачу в маминых руках. Как-то мгновенно в них оказываюсь и реву, как маленькая. Меня успокаивают очень мягко, при этом мамочка говорит, что я сама ещё ребёнок, но я понимаю: котёнок без меня погибнет, она уже гибнет, раз ей дышать сложнее.

— Я знаю, где это, — произносит Афаил. — Звёздный путь туда так просто не ляжет, это изменённое пространство. Малышка провела во сне тысячи лет, но сейчас… Наш корабль может там быть в течение суток, ты отпустишь, Милалика, своё дитя?

— Я отпущу, — кивает мамочка. — Только им вдвоём надо, потому что они истинная пара.

— Я помню, — вздыхает он. — Тогда быстро просыпаемся, твои дети идут…

Они начинают что-то обсуждать, а я понимаю, что скоро смогу взять Маришку на руки не во сне, а наяву, и от этого чувствую радость и какое-то нетерпение в душе. Но я молчу, стараясь ничем не выдать своего нетерпения, потому что мамочка важным делом занята. А мне, получается, просто потерпеть надо, вот я и терплю.

Наконец мама кивает, а папа чему-то улыбается, и мы как-то моментально просыпаемся. Я открываю глаза, заметив, что на улице едва-едва утро, даже солнце ещё не взошло, но я подскакиваю на кровати, чтобы мчаться к мамочке, ведь мне интересно, что сейчас будет. Серёжа ловит меня, молча ткнув пальцем в шкаф, а сам очень быстро одевается. Минуты две спустя готова и я, после чего мы как-то мгновенно оказываемся в столовой.

— Алёнка, пойдёшь с Машей и Серёжей, — сообщает мамочка, ещё сонная, я же вижу. — Сейчас очень быстро к Кощею, он вас ждёт.

— А подробности? — интересуется уминающая бутерброд сестрёнка.

— Кощей вас переправит в космический порт расы Афаил, — начинает объяснять сладко потягивающийся папочка. — Вас встретит адмирал Аф'и'лар, и вы очень быстро полетите спасать котёнка, пока ещё не поздно. Всё понятно?

— Понятно, папочка, — говорим мы все трое хором, а потом хихикаем.

Я очень сильно спешу, но у меня есть Серёжа и Алёнка, они меня притормаживают, затыкают рот бутербродом и не дают суетиться. Мне кажется, что мой Серёжа намного старше меня иногда, вот как сейчас. Но сестрёнка только улыбается, поэтому я решаю, что им виднее. Папочка в это время приказывает выезд, а слуга молча протягивает мне детскую бутылочку. В ней молоко и даже соска есть, чтобы кормить малышей. Я радостно его благодарю, а мама пожимает плечами.

— Дворец же, — говорит она. — Все всё обо всех знают.

Это она права — во дворце ничего не скроешь. Но нам уже пора спешить, потому что нас где-то там ждёт малышка. На бегу мне Серёжа объясняет, что ему папа рассказал. Ребёнок, скорей всего, проснулся недавно, потому проблема сейчас не одиночество, а именно то, что пробудило малышку, и было это, возможно, аварией. Именно поэтому ей всё тяжелее дышать,