Отныне и Вовек - Яков Сергеевич Рябов

Все взоры устремились в центр этого импровизированного амфитеатра смерти. Там, среди пепла и крови Пылающих Степей, навстречу друг другу шли два полководца, чья воля решала судьбу этого мира.

Оргрим Молот Рока, Вождь Орды, возвышался над землей подобно исполинской статуе, высеченной из темного базальта. Его черные, непробиваемые латы были покрыты вмятинами и глубокими царапинами, а плащ из волчьих шкур превратился в обгоревшие лохмотья. В своих огромных, узловатых руках он сжимал легендарный Молот Рока — древнее оружие своего клана, чье навершие из цельного черного камня, казалось, впитывало в себя весь окружающий свет. Глаза Оргрима, глубоко посаженные под тяжелыми надбровными дугами, горели мрачным, обреченным, но абсолютно несломленным огнем.

Навстречу ему, чеканя каждый шаг, шел Артур Пендрагон. Король бриттов выглядел разительно иначе. Он был ниже ростом, тоньше в кости, но от его фигуры исходила такая подавляющая, древняя и величественная сила, что даже самые свирепые оркские берсерки невольно пятились назад. Доспехи Артура были изодраны и помяты, синий плащ с золотой каймой превратился в грязную тряпку, но сам король шагал с идеально прямой спиной. В его правой руке сиял Экскалибур. Клинок излучал ровный белый свет, который не слепил, но проникал в самую суть вещей, выжигая тени.

Они остановились в десяти шагах друг от друга. Воздух между ними дрожал от напряжения, пахнущего озоном и серой.

— Ты привел своих людей на убой, человек, — пророкотал Оргрим на Всеобщем. Его глубокий, вибрирующий голос, казалось, исходил из самых недр земли. — Мой народ не сдастся. Мы вырежем ваши сердца, даже если нам придется утонуть в собственной крови.

Артур спокойно, не мигая, смотрел в глаза Вождя Орды.

— Твой народ уже проиграл, Оргрим Молот Рока, — ответил он. В его голосе не было ни ненависти, ни злорадства — лишь холодная, неумолимая истина правосудия. — Вы проиграли не тогда, когда мы ударили вам в спину у Столицы. Вы проиграли тогда, когда позволили тьме извратить вашу честь. Вы убиваете мирных жителей, вы сжигаете чужие дома, вы поднимаете мертвецов из могил. Вы называете себя воинами, но похожи на цепных псов. Бросай оружие. Прикажи своим кланам сдаться. Это твой единственный шанс спасти остатки своего народа от полного истребления.

Лицо Оргрима исказила гримаса первобытной, исступленной ярости. Для орка капитуляция была немыслима. Это было оскорбление, смываемое лишь кровью.

— Орда не сдается! — взревел он, и этот крик, подобно громовому раскату, разорвал тишину. — За кровь и честь!

С невероятной для своих колоссальных габаритов скоростью Молот Рока сорвался с места. Земля содрогнулась под его тяжелыми сапогами. Он занес свой исполинский черный молот высоко над головой и обрушил его вниз, вкладывая в удар весь вес своего тела и всю свою первобытную ярость.

Не став блокировать удар щитом, Артур совершил молниеносный, текучий перекат вправо.

Молот с оглушительным, сейсмическим грохотом врезался в каменную породу Пылающих Степей именно там, где долю секунды назад стоял король бриттов. От удара во все стороны брызнули осколки базальта и тучи раскаленного пепла, в земле образовалась глубокая воронка.

Артур мгновенно поднялся на ноги и нанес ответный удар. Экскалибур со свистом рассек воздух, метя в незащищенное сочленение доспехов на правой руке Оргрима. Но Вождь Орды был ветераном бесчисленных битв. Он резко довернул корпус, и сияющий клинок Экскалибура лишь со скрежетом скользнул по его черному нагруднику, высекая сноп ослепительных искр, но не пробив толстую орочью сталь.

Схватка закипела с неистовой силой.

Оргрим Молот Рока был воплощением грубой, стихийной мощи. Каждое движение его оружия сотрясало воздух. Он наступал, подобно разъяренному медведю, пытаясь загнать противника в угол, сокрушить его защиту шквалом тяжеловесных, неотвратимых атак. Его молот гудел, рассекая пепельную мглу, и там, где он проходил, воздух казался сжатым до предела.

Артур Пендрагон же сражался подобно горному ветру — неуловимому, стремительному и смертоносному. Он не пытался соревноваться с орком в физической силе. Его стиль был основан на идеальном балансе, безупречном чувстве дистанции и филигранном владении клинком. Он парировал удары Оргрима под углом, заставляя молот соскальзывать, уходил с линии атаки и контратаковал короткими, жалящими выпадами, которые заставляли Вождя постоянно держать оборону и тратить драгоценные силы на перестроение.

Тысячи солдат, затаив дыхание, следили за этим танцем смерти. Паладины Серебряной Длани крепко сжимали свое оружие, готовые в любой момент броситься на помощь Верховному Главнокомандующему, но Утер Светоносный поднял руку, запрещая вмешиваться. Это был поединок чести, поединок вождей, исход которого должен был решить судьбу армий.

Оргрим, тяжело дыша, начал понимать, что этот человеческий король — не просто умелый фехтовальщик. Его движения были слишком точными, его выносливость в этой удушающей жаре — неестественной. Вождь Орды решил изменить тактику. Он сделал ложный замах левой рукой, заставив Артура рефлекторно поднять щит, а затем, извернувшись с невероятной ловкостью, нанес короткий, тычковый удар рукоятью молота прямо в центр щита с тремя коронами.

Удар был настолько сильным, что дерево и сталь щита треснули, а Артура отбросило назад. Он потерял равновесие и опустился на одно колено.

Глаза Оргрима торжествующе вспыхнули. Это был его шанс. Он с ревом прыгнул вперед, занося Молот Рока для финального, сокрушительного удара, который должен был размозжить голову Верховного Главнокомандующего Альянса.

Время, казалось, замедлило свой бег. Солдаты Лордерона в ужасе вскрикнули. Туралион рванулся вперед, но было слишком поздно.

Молот с жутким свистом опустился вниз.

Артур, не имея возможности уклониться или подняться, сделал единственное, что ему оставалось. Он вскинул левую руку, всё еще сжимающую расколотый щит, навстречу удару, а правой рукой, перехватив Экскалибур ближе к гарде, нанес восходящий удар прямо в центр грудной клетки Оргрима.

Столкновение было поистине апокалиптическим.

Черный каменный молот разнес остатки щита в щепки и со страшной силой обрушился на левое плечо и ключицу короля бриттов. Звук удара был похож на раскат грома. Доспехи Артура смялись под чудовищным давлением. Любой обычный человек был бы мгновенно убит — его кости превратились бы в крошево, а внутренние органы бы попросту разорвались.

Но Артур Пендрагон не был обычным человеком.

Древняя магия ножен вспыхнула ослепительным серебряным светом, окутав тело короля невидимым коконом. Мощь удара Оргрима была поглощена и рассеяна. Осколки брони впились в плоть Артура, но не пролилось ни единой капли крови. Боль была мгновенной и ослепляющей, но она не сломила его сознание, а лишь обострила рефлексы.

В ту же самую долю секунды, когда Молот обрушился на