Отныне и Вовек - Яков Сергеевич Рябов

разрушить его, я должен направить огромный поток тайной магии прямо в фокус портала, чтобы дестабилизировать его и вызвать схлопывание. Это потребует времени. И я буду абсолютно беззащитен во время чтения заклинания.

Артур повернулся к своим полководцам. Утер, Туралион, Гавинрад, Троллебой и Аллерия стояли рядом, готовые исполнить любой приказ.

— Настал час поставить точку в этой кровопролитной истории, — произнес Верховный Главнокомандующий, и его голос, лишенный усталости, звучал твердо и ясно. — Это последний рубеж. Очистите ступени от зеленокожих. Мы должны создать периметр вокруг Кадгара у самого основания Портала и удерживать его, пока он не завершит свой ритуал. Ни один орк не должен прервать его заклинание.

— Ваша воля будет исполнена, милорд, — Утер ударил кулаком по нагруднику, и его молот вновь вспыхнул золотым Светом.

Альянс пошел в свою последнюю атаку.

Это был короткий, но невероятно жестокий бой. Орки дрались с фанатизмом обреченных, но они были сломлены морально и физически. Тяжелая пехота, ведомая паладинами, методично, шаг за шагом, выдавливала остатки Орды со ступеней Темного Портала, а эльфийские стрелы сбивали тех, кто пытался атаковать с флангов.

Артур Пендрагон и паладины образовали живой, непробиваемый щит вокруг Кадгара прямо у подножия каменных исполинов. Вихрь магии завывал над их головами, трепля плащи и заставляя волосы вставать дыбом от статического электричества.

Кадгар опустился на колени. Он воткнул свой посох в отравленную землю, закрыл глаза и поднял руки к бушующей воронке. С губ постаревшего мага начали слетать древние, мощные слова заклинания на древнем языке. Воздух вокруг него наполнился ослепительно ярким, фиолетовым светом тайной магии.

Орки, понимая, что маг пытается уничтожить их единственную связь с родиной, бросились на защитников с удвоенной яростью. Огромный орк с двумя тесаками прорвался сквозь линию копейщиков и в прыжке обрушился на Кадгара. Но Артур был наготове. Экскалибур сверкнул в пурпурном полумраке, рассекая орка в воздухе. Тело зеленокожего с глухим стуком упало у самых ног невозмутимого мага.

— Держите строй! Он почти закончил! — крикнул Туралион, отражая удар орочьей секиры своим светящимся молотом.

Кадгар пел свое заклинание всё громче. Фиолетовые потоки энергии срывались с его пальцев, вплетаясь в структуру пурпурной воронки портала. Конфликт двух несовместимых видов магии вызывал пространственные искажения. Камень под ногами дрожал, в воздухе появлялись трещины, из которых сыпались искры.

— Сейчас! — не своим, громовым голосом прокричал Кадгар, его глаза широко распахнулись, сияя ослепительным белым светом. — Назад! Все назад!

Артур скомандовал отступление. Солдаты Альянса, прикрываясь щитами, бросились бежать прочь от колоссальной арки, увлекая за собой обессилевшего Кадгара.

Заклинание мага достигло критической массы. Фиолетовая энергия тайной магии полностью обволокла портал, проникнув в самый его центр.

Раздался звук, который невозможно было описать — звук рвущейся ткани мироздания. Пурпурная воронка внезапно сжалась в крошечную, невыносимо яркую точку, а затем с апокалиптическим грохотом взорвалась.

Ударная волна колоссальной силы прокатилась по Черным Топям. Исполинские каменные статуи фигур в капюшонах покрылись глубокими трещинами, а затем со страшным грохотом рухнули, рассыпаясь на тысячи обломков. Энергия Пустоты растворилась в воздухе, оставив после себя лишь запах озона и облако серой пыли.

Врата были закрыты. Разрыв между мирами перестал существовать.

На поле боя опустилась тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием уставших людей и стонами раненых. Солдаты Альянса медленно поднимались с земли, отряхивая доспехи от пыли. Они смотрели на груду камней, которая еще недавно была величайшей угрозой для их мира, и не могли поверить в то, что всё кончено.

Артур Пендрагон стоял неподалеку от руин портала. Он опустил Экскалибур, и сияющий клинок медленно погас, вернув себе цвет обычной, хотя и безупречной стали. Сзади к нему подошли Утер, Туралион и поддерживаемый ими Кадгар. Юный паладин с благоговением смотрел на дымящиеся руины.

— Мы сделали это, милорд, — прошептал Туралион, и в его глазах блеснули слезы облегчения. — Война закончена. Лордерон спасен. Вы сдержали свою клятву, данную лорду Лотару. Вы спасли наш народ.

Артур повернулся к своим полководцам. Его лицо, перепачканное пеплом и кровью, было суровым, но в уголках губ затаилась усталая, мирная улыбка. Он вспомнил Камелот, вспомнил поля Британии, которые он так отчаянно пытался спасти. Он не смог защитить свой родной мир от предательства и тьмы, но здесь, на Азероте, ему был дан второй шанс. И он не упустил его.

— Мы победили сегодня, друзья мои, — тихо, но звучно произнес король бриттов, убирая Экскалибур в ножны. — Темный Портал разрушен, а Орда разбита и взята в плен. Но помните: истинный мир куется не на поле боя, а в залах советов. Нам предстоит заново отстроить Штормград и возвести новые крепости. Сталь отдохнет, но наша работа только начинается.

Король Артур Пендрагон поднял взгляд на небо. Болезненный, зеленовато-пурпурный свет исчез, уступив место обычным, прохладным сумеркам Азерота. Тучи медленно расходились, и сквозь них проглянула первая, бледная вечерняя звезда. Мир был спасен, и новая эпоха — эпоха Альянса Лордерона, выкованная в горниле войны, — только начиналась.

Глава 23. Бремя триумфа и семена грядущего

Зима в Лордероне отступала медленно, неохотно сдавая свои позиции под натиском робкого, но настойчивого весеннего солнца. Снега, еще недавно укрывавшие предгорья Хилсбрада и суровые склоны Альтерака толстым, непробиваемым панцирем, теперь таяли, превращаясь в сотни звонких ручьев, стремительно бегущих к озеру Лордамер. Природа Азерота, израненная, выжженная драконьим пламенем и отравленная демонической скверной, брала свое, упорно цепляясь за жизнь. Зеленые побеги пробивались сквозь серый пепел, укрывая шрамы недавних битв мягким, изумрудным ковром.

Для Столицы Лордерона эта весна стала временем небывалого, пьянящего триумфа. Великий город, едва не ставший жертвой зеленокожей Орды, теперь ликовал. Когда армия Альянса, уставшая, поредевшая, но победоносная, вернулась с юга, улицы столицы утонули в цветах. Жители, от знатных лордов в бархатных камзолах до простых ремесленников в суконных рубахах, выстроились вдоль широких мощеных проспектов, оглашая воздух приветственными криками. Они бросали лепестки весенних цветов под копыта боевых коней, плакали от счастья, обнимая вернувшихся сыновей, мужей и отцов, и возносили хвалы Святому Свету.

Но громче всего толпа скандировала одно имя. Имя чужестранца, который стал для них живым воплощением спасения.

Король Артур Пендрагон ехал во главе триумфальной процессии на своем могучем чалом жеребце. Его доспехи, тщательно очищенные и отполированные оруженосцами до зеркального блеска, сверкали на солнце, а новый, глубокого синего цвета плащ с вышитыми на нем золотыми львами и серебряными орлами величественно спадал на круп коня.

Артур отвечал на приветствия толпы сдержанными, полными королевского достоинства кивками, но в его серых глазах не было опьянения славой. Его взор оставался холодным,