Колыбель Мрака - Настя Полос

Из учений Инуры.

Мне с трудом удалось разлепить веки. Ночь продолжалась.

Глядя перед собой, я не сразу сообразил, что лежал на спине. Вскочив, я ощупал кожу. Никаких ран.

– Значит, не сон.

С тяжелым дыханием я поднялся с кровати. На столе нащупал огниво и зажег все свечи, а потом взял одну из них. Никаких следов. Ни смятых простыней, ни разбросанных по полу подушек. Ничего. Единственное, что давало мне не сойти с ума – это отсутствие ран.

Если только… моя магия не стала намного сильней и не справилась самостоятельно.

– Была ли ты здесь, Теодора?

Никто не ответил.

☆・・・★・・・・・★・・・☆

Два дня мне пришлось прятаться в покоях, чтобы не вызывать подозрений. Даже Имран не узнал моей тайны. Время в одиночестве проходило в раздумьях. Я гадал, была ли та ночь реальной или все же плодом моего воображения?

И пришел к выводу, что как бы Теодора ни старалась замаскировать все за вымысел, у нее не вышло. Она была здесь. Ощутила мою боль или же пришла унять свою. Но она пришла.

В груди ослабел узел сомнений. Пусть Теодора молчала и не отвечала на мои слова о любви, я ощущал ее чувства в каждом движении, в каждом выдохе, в каждой ласке. Сама того не ведая, она придала мне сил. Теперь я был настроен еще тверже, готов рвать и метать, но сделать все, чтобы, наконец, воссоединиться с ней.

Ночь никак не желала прощаться. Свечное пламя отбрасывало мою тень. Мне нравилось думать, что это ручные мраки Теодоры, которые присматривали и были рядом. Тяжелые шаги разносились глухим эхом. По всему коридору выставили охрану, что, склонив голову, наблюдали за мной, пока я шел к главному залу. Я распахнул дверь.

За столом сидели все: Кловисс, Эрни, другие хранители, мерзкий Девмес и даже мой брат. В глазах каждого немой вопрос, обращенный ко мне. Я ощутил прилив радости от Имрана.

– Игнар! – воскликнул Кловисс, поднимаясь с места. Он оглядел меня, сощурив глаза. По его расчетам, мне еще стоило лежать в своей комнате и продолжать гнить, ведь лекарям и служанкам приходить запрещалось.

В пустынных ночах правил холод. Даже нагретый Храм успел остыть, и теперь инурийцы, что были детьми солнц, укутывались в теплые ткани. Но я ощущал небывалый жар, тянущийся по моим жилам, поэтому я накинул простую темную рубашку.

– Как ты вовремя, сын! Я так рад, что ты быстро справился с недугом. – Кловисс улыбнулся, а я старался сдержать гневный оскал, вызванный его словами. – Ты не замерз?

– Со мной все в порядке, дядя. Я чувствую огонь внутри.

Слова, сказанные ему прямо в глаза, без дерзости и злобы, но отчего-то Кловисса на мгновение перекосило.

– Должно быть, сегодня тебе благоволит сама Кассиопа.

– Или Бираль.

Во мне откликнулось всеобщее удивление и даже страх.

Кассиопа была богиней процветания и плодородия. Говорят, сама Такал свила ей удобное гнездовье в сердцевине мироздания. Своим могучим змеиным телом Кассиопа оплетала извечный огонь, что распалял вселенную, и хранила его тепло, не давая потухнуть. Кассиопа возглавляла расу Саури. Именно тесная дружба между богинями сплотила две расы. Однако со временем дружба переросла в нечто более гнилое и извращенное.

Бираль же был самим огнем. Именно он породил извечный огонь. Он являлся богом войны и страданий, мощи и пламени. Но главное – он муж само́й Дальшах, хранительницы смерти.

– Мы как раз обсуждали действия дэволов. Присоединяйся.

В спокойном голосе дяди скрывалась угроза. Он указал на место рядом с братом. На стул с широкой спинкой. Мои раны еще не могли зажить сами. Кловисс хотел проверить.

Имран и Эрни смотрели с сочувствием, Девмес с остервенением и победой, а Кловисс изучающе, пока я двигался к указанному месту и нарочно осторожно опускался в него, не касаясь спинки.

Имран облегченно выдохнул, но, когда сделал вдох, его фиолетовые ореолы вспыхнули и завращались. Я перевел на него вопросительный взгляд, надеясь, что никто, кроме меня, не заметил странной реакции, а потом поджал губы и едва заметно качнул головой. Но Имран продолжал меня разглядывать.

И тогда я понял.

Скорее всего, я весь пропах Теодорой. Другие могли не понять – как я надеялся – но вот Имран, один из Первых, точно вычислил запах своей Меках.

Первые дни и от него разило Джессикой, но я привык, да их ароматы смешались настолько, что я перестал замечать.

– Позже переговоришь с братом, – строго обратился Кловисс к Имрану, и тот поспешно отвернулся, но его кулаки сжались добела. – Сейчас есть вещи важнее.

– Что произошло? – спросил я с неподдельным интересом.

– Шабаш дэвольских отродий стянулся, а генеральские отряды уже подошли к месту встречи.

Мне всегда было интересно, кто его шпионы. Неужели кто-то из дэволов помогал ему?

– Похоже, наша лже-Хозяйка собирает всех дэволов. Возможно, в ближайшее время планируется нападение. Нужно стянуть все наши силы сюда.

– Сколько у нас есть времени? – спросил один из военачальников.

Интересно, где Науль? Изменилось ли что-то за эти дни?

– Судя по тому, как скоро они собрались, осталось немного, – задумчиво потянул Кловисс.

Время шло против нас. Но желание Кловисса собрать войска именно сейчас даст возможность без лишнего шума собрать и собственные силы.

Разговоры продолжились, и я внимательно слушал. Любые сведения помогут нам. Помогут Теодоре. Сначала я посчитал, что раз мне и брату дозволено присутствовать на данном совещании, то нам доверяли.

Но я вновь ошибся.

Ничего стоящего не обсуждалось. Ни расстановки войск, ни планов, ни задач. Будто для нас создали видимость действий. Когда собрание окончилось, все поспешно встали со своих мест. Девмес бросил мне кривую ухмылку и скрылся за дверьми. Брат хотел задержаться, но я покачал головой.

Мы остались с Кловиссом один на один.

– Дядя, я могу задать вопрос?

– Погоди, – он сочувственно улыбнулся. – Как ты себя чувствуешь? Я думал, ты пролежишь еще несколько дней. Ты не подумай, я рад, что ты оправился так быстро! Я волновался.

Верховный передо мной отпустил власть и сейчас выглядел как… старик. Усталый, осунувшийся и покинутый. Вновь вспомнилось, что всю свою жизнь он провел в одиночестве. У него была сестра – моя мама. Но и она со временем покинула его, выбирая семью. Отчего-то вспомнилась искренняя улыбка Кловисса, когда в детстве он рассказывал мне сказки. Про вселенную, про существ, что обитали в ней, а главное, о мече. Что же случилось с ним потом? Ведь даже сквозь ужасающие поступки я видел в нем любовь к нам. Несмотря на все неправильное, я считал его своей семьей. До сих пор.

Я не знал, что толкнуло меня на следующий поступок. Может, ностальгия или желание верить, что он все еще тот, кто нас любил, но я крепко сжал его руку. Дядя поднял взгляд, недоверчиво смотря на наши ладони, потом на меня. Отречено, но все же с любовью.

Мы просидели так какое-то время. И я гадал, могло ли мне показаться, что все это неправда? Что произошедшее с Теодорой – ошибка? Но потом вспомнил, что он желает убить ее, вспомнил все заговоры и ложь, что он распространял о ней. Рука соскользнула.

– Ты обещал, что я смогу пойти к Жрице.

– Обещал. – Расчетливость вернулась.

– Я хочу пойти. Сейчас. – Я закрыл глаза и глубоко вздохнул. – Хочу закончить. Поскорее. Хочу вернуться в семью.

Вернуться к тебе, Теодора.

– Хорошо. Ты можешь идти. Но помни, Игнар, нет ничего важнее твоей родины. Ничего. И никого.

Поговорить с братом я не успел.

Имран наверняка будет недоволен, ведь я снова ушел один. Наши отношения не то чтобы охладились, просто дороги, что вели нас вместе, разошлись. Когда Теодора и Джессика воссоединятся, когда мы оба будем счастливы, то вновь сблизимся.

Мне хотелось в это верить.

Я стоял у высоких стен, созданных из глины.