Страна без чудес - Андрей Андреевич Уланов

— Хорошо бы, — пробормотал О’Шиннах, но руку все же убрал.

Я не стала ему говорить, что бояться в лесу следует отнюдь не волков.

Дорога, точнее, тропа казалась почти бесконечной. Я начала задремывать, но тут наша телега застряла в какой-то луже. Подскочивший проводник потребовал сгрузить с телеги гроб, шкубент ожидаемо возмутился. В итоге дамам, живым и покойным, все же разрешили остаться в телеге, а мужчины, навалившись, вытолкали застрявшее колесо из ямы, после чего принялись обмениваться впечатлениями от промокшей одежды и обуви, равно как и способами согреться. У Марцина нашлась бутыль спирта, разведенного «химически чистейшей водой», взамен Кард угостил его «яблочной настойкой» — на самом деле классический аранийский «мороженый сидр», из которого позднее вырос гномский «кузнечный эль»… Марцин героически влил в себя почти четыре глотка, закашлялся, зато краснота носа перетекла в общую красноту лица.

— Однако, вашмлость… Ваша настоечка и мертвого поднимет.

— Тогда, — невозмутимо посоветовал Кард, — лучше держать её подальше от вашей тетушки.

— Вот ей вряд ли поможет, — шкубент сделал еще глоток, после чего вернул флягу полковнику, — брюшной тиф штука такая…

Лес наконец начал редеть. Снег стал светлее, впереди открывалось поле. Наша телега почти догнала первую и проводник, соскочив, подошел к нам.

— Еще какой час, вашмлости, доберемся до хутора. Хозяин надежный, согреемся, — он громко втянул воздух и заулыбался, — закусите. А там и до городка, как раз к утру и будем.

— Хорошо бы, — отозвался Кард.

— Будем-будем, не сумлевайтесь, вашмлость.

Я дождалась, пока проводник отойдет и придвинулась ближе к полковнику.

— Впереди засада, сэр. Конные, не меньше десятка.

— Уверены? — тихо уточнил полковник.

— Уверена, сэр. Стараются держаться тихо, но… ночью звуки разносятся далеко, да и запахи тоже. Сбруя, подковы о мерзлую землю, лязг металла, разговоры… и табачищем несет.

— Ясно, — полковник дернул плечами, оглянулся на далекий уже лес, — конные, значит… уйти обратно не выйдет. Что ж, посмотрим на них поближе.

Глава 14

В которой Фейри Грин делает глупость

Мы говорили тихо, но я заметила: шкубент явно прислушивался к нашему разговору. Впрочем, почти сразу это стало неважным. Едва полковник закончил свою фразу, как впереди раздался топот копыт, затем появился свет, сразу несколько факелов, ярко высветивших приближающихся конных. У одного блеснула начищенная каска, у другого льдисто сверкнула выхваченная сабля. Форма поначалу показалась мне мышасто-серой, но когда всадники приблизились, стало понятно: мундиры на них светло-синие, с черными рейтузами. Отчасти путаницу добавило еще и отсутствие у всадников единообразия в форме, некоторые надели вполне крестьянского вида суконные куртки, полушубки, стеганные безрукавки, а пара вообще щеголяла в овчинных тулупах. Примерно такой же разнобой наблюдался и с мастью лошадей, со сбруей, даже с оружием — кавалерийские карабины, длинная пехотная винтовка, дробовики, сабли, пики…

— Кочминские драгуны, — шепнул Марцин, — пятнашка, усиленный разъезд.

Большая часть всадников сгрудилась возле первой телеги, в нашу сторону направились полдюжины.

— Слезли, живо, демоново семя! Встать вдоль дороги!

Конь у кричавшего недовольно мотал головой, скалясь и роняя хлопья пены. Вороной, с белым пятном на морде, крупный, отчего сидевший в седле человек выглядел меньше, чем на деле.

— Послушайте, вахмистр, — Кард встал, но с телеги слезать не стал, — я требую отнестись ко мне и моему семейству с подобающим уважением. Как чиновник на королевской службе…

Ударом каблука вахмистр заставил своего вороного подскочить почти вплотную к телеге. Кард вынужденно качнулся вбок, уклоняясь от конской морды.

— Вашмлость королевский чиновник, — вахмистр наклонился в седле, дыхнув на Карда дивной смесью чеснока, жареной колбасы, сивушных спиртов и гнилостно-зубных ароматов, — ща со всем уважением рубану тя саблей! Сказано слезть и встать вдоль дороги, так сполняй!

— Лучше послушайтесь, вашмлость, — Марцин снизу дернул полковника за полу пальто, — вы ж видите, все на нервах, пальцы на курках пляшут…

Не знаю, что видел Кард, но я вполне четко различала — из шести конных, окруживших нашу телегу, двое в мундирах держали карабины поперек седла, еще один, в светлом полушубке, закинул на плечо дробовик с короткими стволами.

— Уступаю грубому насилию, — спрыгнув на землю, Кард надменно вскинул подбородок и, пройдя несколько шагов, повернулся. Бледный Аллан встал справа от него, одновременно пытаясь побольше заслонить Марилену и расстегнуть пуговицы пальто снизу.

Тем временем два драгуна, прямо из седел перепрыгнув на телегу, принялись рыться в поклаже. Наши с Мариленой чемоданы, равно как и саквояж полковника, не вызвали особого интереса и отправились на землю, следом полетел один из мешков, сея из распоротого бока струйкой зерна. Затем один из обыскивавших телегу пнул гроб, выругался и попытался просунуть саблю под крышку.

— Осторожнее, вашмлости! — вскрик Марцина прозвучал словно жалобное блеянье, — моя покойная тетушка ничем не заслужила…

— Покойницы, — вахмистр подкрутил ус и, перекинув ногу через седло, спрыгнул вниз, — не жалуются. Проверено, гы-гы! Парни, да бросьте с тухлятиной возиться, шукайте добро!

— Сэр⁈ — шепнул Аллан.

Мое внимание привлекли пальцы шкубента. Сам он выглядел донельзя жалко — стоял понурившись, всхлипывал… а вот правая рука словно бы жила собственной жизнью, двигаясь в быстром и со стороны не очень заметном ритме. Один, два, пауза, согнутый мизинец, большой палец к ладони.

А отвечал ему… согнанных с первой телеги выстроили по другую сторону дороги, почти напротив нас, один из всадников с факелом как раз ехал вдоль их короткой шеренги, так что я смогла разглядеть, как шевелит пальцами давешний паренёк из трактира.

Потом шкубент перевел взгляд на меня, и я показала «двое моих», надеясь, что вспомнила знаки правильно. Сдвинулась чуть в сторону и шепнула Марилене: «как начнется, падай на землю!»

— Когда? — лейтенант пытался шептать как можно тише, но получилось все равно слишком громко, и я и Марцин скривились почти одновременно.

— Пять… — сейчас в голосе шкубента не осталось и тени жалобного блеянья, — и постарайтесь без стрельбы. Четыре, три, два… погнали!

Короткий шелест закончился глухим ударом. Вахмистр и стоявший рядом человек с дробовиком дружно схватились за горло, захрипели. Я даже успела разглядеть между пальцев у вахмистра рукоятку с кольцом и алой лентой.

У меня так ловко метать ножи сразу с двух рук никогда не получалось, да и подходящим балансом обладал только стилет. Его получил один из драгунов