Сага о Вечных - Лизавета Мягчило

Вдох-выдох. Он не знал, не видел, что первые лучи рассвета окрасили небо кроваво-алым.

Вдох.

Стены каменного мира застонали, а затем их свод с грохотом обрушился. Всех тряхнуло, Ульва швырнуло влево, а он, изумленно распахивая горящие глаза, с трудом успел подхватить и потянуть на себя падающую Вигдис. Для него приземление вышло скверным – аккурат на острый зад и костлявый копчик. Локоть подруги ударил куда-то под челюсть, и во рту стало солоно из-за прикушенного языка. Дверги ринулись прочь из комнаты, перекрикивая друг друга, пытаясь что-то до него донести.

– Не выпускай деву! Неужто снова?!

– Проклятые людишки, скольких мы потеряем в этот раз?!

Новый сотрясающий стены удар, ропот земли и рев двергов оглушил, от них не спасла даже резко захлопнувшаяся дверь. Ульв помог испуганной Вигдис подняться.

Оглушенная поцелуем, а затем и взобравшимся на плечи страхом, она шумно, слишком хрипло дышала, темные зрачки поглотили светлую радужку широко распахнутых глаз.

– Что это, Ульв?!

Рука метнулась к топору, поудобнее перехватила рукоять. Ульв напряженно сглотнул.

– Не знаю. Погоди немного, я проверю, а затем решим, нужно ли нам убираться прямо сейчас или я смогу чем-то помочь двергам.

Он сделал шаг в сторону двери, когда на предплечье опустились цепкие пальцы, сжали наброшенную после боя с Эйтри куртку, потянув на себя.

– Не надо, не оставляй… Эйтри ведь сказал…

И он почти рассыпался от этой испуганной просьбы. От нее, такой мягкой, доверчивой, надеющейся на него. Он бы превратился в послушного раба, полз бы к ней на брюхе, исполняя каждое желание, вслушиваясь в каждую просьбу. Если бы сейчас ее просьба не могла похоронить их с остальными двергами глубоко в недрах земли.

– Я только выгляну и обратно, ладно?

– Тогда я с тобой.

– Вигдис… – Он не приказывал, не одергивал – умолял. – Я справлюсь куда быстрее, если каждый миг не буду бояться тебя потерять. Подожди совсем немного, ладно?

Она кивнула, отпуская его руку. И Ульв распахнул дверь, выскочил, не видя, как в тяжелом хриплом кашле, схватившись за горло, сползла вниз по стене Вигдис. Уткнулась лбом в колени, пытаясь вновь научиться дышать. А алые дорожки скользили по подбородку. Скользили и срывались на шумно ходящую грудь огромными налитыми каплями.

Ульв видел уже иное.

Огромную дыру в потолке пещерного свода, через которую внутрь хлынули первые несмелые лучи солнца. Двергам хватило и этого. Часть темных альвов навечно замерла на мостах, вскинув головы, попытавшись прикрыться щитами или занося ногу для поспешного бегства. И через эту дыру внутрь заглядывало нечто, чему Ульв не мог дать описания, язык попросту не мог повернуться, вытолкнуть из-за плотно стиснутых зубов нужные слова.

Огромная каменная голова с мощно ходящей нижней челюстью, в которой скрылся каменный сапог уже погибшего от утреннего солнца владельца. Вниз посыпалась каменная крошка. А алые, переливающиеся жидким железом глаза уже нашли другого застывшего дверга, потянулась вниз рука, размером с дом самого конунга. Сбоку от Ульва возмущенно зароптали, заставляя его повернуть голову.

К стене испуганными куницами жались Эйтри и Давлин, их искривленные ужасом лица были подняты к тому, что когда-то являлось их небесным сводом. Казалось, один вид солнечных лучей заставлял двергов терять остатки разума. Приглядевшись, Ульв понял, что руки Давлина так сильно вжались в камень стены по обе стороны от тела, что обломались ногти, принялась кровоточить под ними кожа. По лбу Эйтри прочертила тонкую дорожку капля пота.

– Что это такое? – Пытаясь перекричать рев монстра, Ульв пошатнулся, когда очередная каменная глыба, брошенная огромной рукой, рассыпалась песком совсем недалеко от них. Мир снова вздрогнул, заставляя влипнуть в стену рядом с двергами.

– Бергбледд – порождение вашего алчного племени! – Ставшего нежно-пепельным Давлина качнуло, и тот упал бы плашмя, вынырнув из тени под беспощадные лучи. От гибели его спасла рука Эйтри. – Чудовище, не прижившееся ни в одном из миров, влачащее свое существование внутри гор, под слоями мертвой породы. Монстр, рожденный из камня и пролитой на него безвинной крови. Это же ваши вожаки казнят по своей воле ни в чем не повинных, желая заполучить их землю. Это же ваши конунги да ярлы вышвыривают головы и тела на съедение диким зверям, закрывая павшим викингам проход к Вальхалле. Как тебе такое, Ульв из Сваррвика, а?! Нравится то, что создал ваш род?!

Ему бы обидеться, оскорбиться до глубины души, отвечая резкостью на резкость. Только изумленно распахнутые глаза не могли прекратить следить за тем, как чудовище вгрызается в горную породу каменными пальцами, выдирая из стен кузницу и жадно забрасывая ее в исходящую паром пасть.

– Что он здесь забыл? Убить его как?

Оба дверга хором расхохотались. И была в их смехе горечь, пропитанная сожалением. Была обида на всех людей разом. Ульву подумалось, их с Вигдис сейчас же вышвырнут навстречу монстру. Забудется и витиеватая волна кос на голове Давлина, и смятый колокольчик с обещаниями, данными темными альвами. Просто потому, что сейчас страдают безвинные. А груз боли и беспомощности слишком велик даже для таких могучих существ.

– Он крадет наши древности, работы, в которых есть частицы жара – золото солнца, которого мы никогда не видели, семена рун, способных даровать величие и снисходительность богов. Он крадет все, что даст жар. Даст жизнь… – Покачав головой, Эйтри грубо схватил Ульва за кисть и отшвырнул со своего пути, прилипнув к стене, попытался вдоль нее добраться до двери. – Нужно попасть хоть в одну из огненных жил, спрятанных по всему телу. Маленькой крупицы металла будет достаточно. Но беда в том, человек из Сваррвика, что брешь эту найти можно, лишь подобравшись к нему вплотную… Не бери до головы, будем надеяться, он не разграбит все до ночи, не уничтожит весь наш мир. Прошлого мы одолели лишь после заката, потеряв почти половину собственного народа и сокровищ. Просто закрой глаза. Так делают все люди.

Тихо скрипнула дверь, за которой с надеждой что-то вскрикнула Вигдис, дверг исчез, оставив ее приоткрытой для своего собрата. А Давлин так и не дотянулся до дверной ручки, с изумлением глядя на то, как сосредоточенно Ульв поводит плечами, разминая их. Как приценивается, склонив голову вбок. А затем делает шаг вперед, к содрогающемуся ущелью и уцелевшим после атаки чудовища мостам.

– Ты что соб…

– Если я не выживу, дай слово, что проведешь Вигдис прямиком до моста Биврест. Знаю, что солнце для вас губительно – ищи пути пещерами, но доведи. Слышишь, Давлин?

Полетели камни, стал шире лаз, лучи хлынули, затопили почти все, превращая двергов, прижатых к противоположной стене, в статуи. Ульв шумно выдохнул, размеренным шагом