Хроники Затерянных Станций. Часть 1. Дом - Владлика Чистякова (Night train)

Кудряш глядел на неё тихо и спокойно, ощущая кожей тепло. Улыбка охватила его губы. Он не мог ей не улыбаться. Но хвалёное острое предчувствие парня не подвело. Он видел на лице её смятение, но не мог ему сопротивляться.

– Прости меня, пожалуйста, Кудряш, – она сильней прижалась к его ладони. – Я пред тобою очень виновата. И должна была тебе все объяснить… – её голос слегка задрожал, а сердце билось все учащенней. Главарь оторопел, внимая молча, а Синица продолжала говорить.

– Я почти месяц общаюсь с Базой «Коготь». Рыжий – связист – хороший человек. Но, к сожаленью, наше первое знакомство состоялось аккурат у той реки… – лицо лидера мигом переменилось и стало, словно первый осенний снег: вроде белый, но с вкраплениями грязи. Вожак нахмурился, но не отня́л руки. Парню совершенно не понравилось то, что птица якшается с бандитами, но он молчал, желая выслушать девчонку, а потом хорошенько отругать. Только вот, что его больше удивило прямо до гнева, или даже до обиды: она не посоветовалась с ним, прежде чем с другими Базами болтать.

– Это все ради защиты территорий, – оправдала их выстрел Синица. – Я уверена, мы поступили б также, если бы кто-то вторгся «в гости» к нам. Они не виноваты.

– Но опасны, – главарь сурово глянул на девицу. Он считал, что ИХ проблески дружбы всего лишь пыль в глаза, уловка и обман.

– Я понимаю, тебе сложно все принять. Я тоже «Когтю» не сразу доверилась, но знаешь, сколько я сумела у них выведать?

«Ровно столько же, сколько они у тебя!» – подумал вожак и вздохнул:

– И что же делать ты вознамерилась? – поцедил сквозь зубы строгий лидер, где-то внутри себя, как чайничек, кипя.

Война между «Смехом» и «Глазом» с каждым днем все накалялась, но в открытую «Шакалы» не сражались, предпочитали нападать исподтишка. В тёмных углах и переулках быть опасно, «Шакалья» свора очень быстро расправлялась со всеми, кто не нравился им внешне. С первого раза и наверняка. Пленных почти не брали: увы, это не их почтенный козырь. Их почерк – беспорядки и набеги, а главари… строги даже к своим! На это решил сделать ставку Рыжий. Он всегда и во все играл серьёзно. Ему положено отвлечь наглых «Шакалов», чтоб командиры ударили по ним.

Но в плане «Лиса» был еще важный момент! Если б связью занялась подруга-птица, они б обчистили с Сетом «звериный» склад: твердость «шакалов» развеялась б, как дым. О важности всего мероприятия объяснила лидеру Синица, но он все продолжал её сверлить взглядом задумчивым, отчасти ледяным.

В его очах мешались страх со злостью: «Да как могла она так поступить?! Это, выходит, права была Шептунья..? Птица – предатель? Нет, конечно, нет! «Лисы» просто ей мозги промыли. А я как смог такое допустить?! Станция теперь в прямой опасности!» – стал размышлять в панике брюнет. Но следом парня окатила ярость. – «Так, значит, Рыжий? Я запомню это имя! Пусть только вновь рискнет заговорить, я его пасть нитками зашью!» – главарь очень тяжко вздохнул. – «Насколько ж она уязвима… Поддалась на такую уловку. Да я их всех в зловонной яме сгною!»

Синица отпустила его запястье:

– Связисту «Когтя» требуется помощь. Нужно отправить послание «Шакалам», чтобывывести на раз из игры.

Главарь вновь взял её за подбородок.

– Ты знаешь, что такое аксиома? Это истина, с которой не поспоришь: «Лисы» коварны, алчны и хитры, – его лицо приблизилось на дюйм, а голос громче стал на пару децибелов. – Как ты не чувствуешь, что «Коготь» тебя ду́рит? Синичка, ну пожалуйста, очнись! Названья Станциям так просто не даются, – от гнева лидера девчонка присмирела, и про себя неистово шептала: «Прости меня! Пожалуйста, не злись…»

– Ты ошибаешься, – промолвила девица, не отводя от главаря печальных глаз. – Рыжий забавнейший болтун, он не обидит! А мрачный Сет – то виртуозный… музыкант, – она замолкла, ибо лидер вдруг надел одну из своих хи́щничих гримас. Он вскинул брови, на губах мелькнул оскал.

– Я посмотрю у них большой талант… – лидер выдавил, не отпуская птицу. – И швецы, и жнецы, и на трубе играют! Вероятно, я ничуть не ошибусь, сказав, что в их владеньях есть лапши́чный склад. Они старательно лапшу в воде готовят, а затем на птичьи уши надевают, – подвел итог главарь, скрипя зубами. – Что еще тебе наплел тот рыжий гад?

Откинув его кисть, девчонка встала. Главарь не медлил и поднялся вслед за ней.

– Ты не прав. Очень не прав! – вскричала.

– В чем же?! – главарь сложил свои руки на груди. – Я не позволю больше с ним тебе общаться. Родную Станцию, Синица, пожалей! Коль на себя плевать, подумай о других, и к передатчику больше не подходи! – слово, точно удар под дых, вывели птицу из строя. Она ведь знала, что лидер запретит, но все равно решила рассказать. «Лучше честность!» – Синица нахмурилась. – «Но все же я не сдамся без боя. Бросать товарищей в мой план не входило! Надо главарю доказать!»

– Для нас это шанс, Кудряш! Мы сдвинемся с мертвой точки. Поможем им, помогут и нам, чем тебе не достойный обмен? Мы станем частью Станции «Коготь», не будем прятаться, как мыши, в тенечке! Когда еще в наши стены подует такой капризный ветер перемен?! Ты же хотел, главарь, все изменить! Но как получится, если стоять на месте? Как вернуть наш милый старый мир? Ты же мечтал, как раньше, всех лечить!

– Ради Станции я мечтами пожертвую!

– Твой героизм здесь, к сожалению, не уместен! Не потеряй себя, спасая то́нущих!

– Не рано ль ты нас хочешь утопить?!

– Кудряш, послушай..!

– Замолчи, Синица, – лидер оставался непреклонен. Он хотел было выйти в коридор, но девчонка преградила ему путь. Она встала перед ним, раскинув руки. Этим действием Кудряш был недоволен. Птица заметила его возмущение, но все же решила рискнуть.

– Ты же сам Длинному сказал, что долго мы на Базе не протянем! Поверь «Лисам» так, как веришь мне! – взмолилась девушка. – Они нам не враги!

– Не враги, говоришь? –он посмотрел на птицу с капелькой непонимания. – Все может быть, пока мы не засунули в ИХ земли сразу две ноги, – главарь в дверь уперся ладонью, слегка нависая