Позиция Сомина 2 - Павел Смолин

Одних только телеков в гостиной нашлось три штуки. Первый — «рабочий», большой ламповый цветной «Рубин». Второй — на стенке, завешен салфеткой, черно-белый. Третий — на комоде, маленький черно-белый переносной «Сони». Судя по тарахтению из кухни, там — четвертый телевизор.

Радио. «Фестиваль», «Симфония», «Ригода». Используется «Фестиваль», а два других частично разобраны. Есть и транзисторные приемники — рядом со вскрытым советским «Спидолой» лежит выключенный паяльник. Неподалеку — один «Филипс» и один «Телефункен».

И все стены, в комнатах и коридорах, были увешены электронными часами — не столько из-за любви гроссмейстера к точности, сколько из-за того, что электронные девайсы он предпочитает картинам и сувенирам.

— Вам бы ЭВМ сюда, Михаил Моисеевич, — предложил я, когда хозяин провел нам небольшую экскурсию и привел в свой кабинет.

На полке шкафа — магнитофон «Днепр». За стеклянной дверцей — арсенал паяльников разного размера. За соседней — книги. Шахматы и электроника пополам.

— Согласен с вами, Юрий, — улыбнулся гроссмейстер. — Говорят, что скоро ЭВМам будет не нужен целый машинный зал. Вот тогда, быть может, отведу комнату под чудо техники.

— А проводка здесь потянет? — спросил я.

— Не потянет, но мы говорим о будущем, — ответил гроссмейстер. — Любите технику, Юрий?

— Люблю, когда техника делает жизнь удобнее и экономит время живых людей, — ответил я.

— Рационально, — оценил Ботвинник.

Гроссмейстер жил с супругой, высокой, худенькой черноволосой пожилой армянкой, Гаянэ Давидовной. Движения и осанка выдавали в ней балетное прошлое, а радушная улыбка многое говорила о характере. Она спросила, не голодны ли мы, услышала, что пока нет, принесла чаю с печеньками и ушла играть с маленьким внуком Игорем — через полтора года в первый класс пойдет. Повезло малышу с дедом — это для меня тут типа музей антикварной техники, а для Игорька — сокровищница. Ну а для самого Ботвинника просто любовь к прогрессу.

Мы сели за шахматную доску. Третья наша игра — те две, в кабинете гроссмейстера, я выиграл. Проигрывать уже можно, но не сразу — нужно копить статистику, чтобы Ботвинник не списал свои проигрыши на свои личные ошибки, усталость или там магнитные бури. Сразу новое — Ботвинник не молчал, как это было в кабинете, а активно комментировал мои ходы.

— Идеальная точность, Юрий!

— Ах, какой ход! Вы посмотрите, Юрий, — это он Шилову. — Наш юный самородок положил на мое старое горло обе руки и начал давить!

— Рисково, рисково. Но я ведь могу сделать так, и получится, что вы рисковали зря, — и, спустя четыре хода. — Нет, все-таки не зря. Замечательное видение, Юрий.

После третьей моей победы Ботвинник пожал мне руку и откинулся на стуле:

— Знаете, меня регулярно просят посмотреть на то или иное юное дарование. И почти всегда это заканчивается пустой тратой времени. Но это — мой долг, как в какой-то нескромной степени патриарха советской шахматной школы. В таких случаях, как ваш, я радуюсь возможности выполнить этот долг. Давайте сыграем еще одну партию — я очень давно не чувствовал себя настолько слабым, и мне нравится такая необычная ситуация.

Сыграли — моя программа снова победила.

— Феноменально! — всплеснул руками Ботвинник и посмотрел на окно.

Стемнело уже.

— Идемте ужинать, — пригласил нас гроссмейстер, и мы переместились в столовую.

— Знаете, один талантливый юноша — вы, кстати, однажды с ним столкнетесь — испугался своих еврейских корней, и взял мамину фамилию, — рассказал Ботвинник, пока Гаянэ наливала нам одуряюще вкусно пахнущего горохового супа. — Это его выбор, и я ни в коем случае его не осуждаю, но я же маминой фамилии не взял!

Гроссмейстер настолько красноречиво молчал и улыбался, что я просто не мог не спросить:

— А какая фамилия у вашей мамы, Михаил Моисеевич?

— Рабинович, — ответил он и заржал.

Я рассмеялся следом, Шилов юмора не понял, но улыбнулся.

— У нас в деревне как-то даже про национальности и фамилии не думал никто, — признался я. — Но анекдоты рассказывали.

— Ну-ка, ну-ка? — заинтересовался Ботвинник.

— Приходит в магазин маленький Мойша и протягивает банку продавщице: «Мне три литра меда». Она наливает полную банку, а Мойша говорит: «завтра папа придет и заплатит». Продавщица: «Ну, нет!». Забрала банку и вылила мед обратно. Мойша выходит на улицу и заглядывает в банку: «Папа был прав, тут хватит на два бутерброда».

Гроссмейстер смеялся долго и звонко, до слез, пару раз в процессе «дернув» жену:

— Слышала? Два бутерброда!

Гаянэ с вежливой улыбкой кивала — слышала.

Покушав, мы вернулись в кабинет и сыграли еще партию. Еще одна победа программы. Я решил, что шестой раз попробую поиграть своими силами, но было уже поздно, и Ботвинник вежливо намекнул нам собираться домой. В прихожую проводил лично. Когда он доставал наши пальто из большого шкафа, я увидел там несколько пар лыж.

— Катаетесь, Михаил Моисеевич?

— Стараюсь поддерживать остатки формы, — кивнул он. — Любите? — указал на лыжи.

Шилов покачал головой — он кроме шахмат ниче не любит — а я кивнул:

— Люблю. С утра лыжи натягиваешь, и до темноты по полям туда-сюда. Хорошо.

— Очень хорошо, — одобрил Ботвинник. — Но одними полями лыжный потенциал страны не ограничивается. Рекомендую Воробьевы горы. Какой у вас размер?

— Да ну, неловко как-то — вдруг сломаю? — отказался я.

— Сломаете — ничего страшного, — отмахнулся гроссмейстер. — Нельзя в Москве побывать и не покататься на Воробьевых горах. Что вы будете рассказывать родным и друзьям? Как сидели в четырех стенах и играли со стариком в шахматы?

Вообще-то планировал именно это — старик-то целый Ботвинник, и все послушают как мы играли в шахматы с восторгом на лицах.

— Это никуда не годится, — продолжил он и нагнулся к нижним, обувным полкам шкафа. — Размер?

— Сорок третий, если под носок, — смирился я.

В самом деле — почему бы не покататься? График у нас здесь крайне разреженный, и мне сидеть с Юрой в четырех стенах в самом деле надоело.

— Вот! Примерьте! — шлепнул ботинки передо мной Ботвинник.

— Спасибо, Михаил Моисеевич, — поблагодарив, я примерил. — Идеально.

— Прекрасно, — оценил он. — Теперь давайте подберем вам пару лыж… — снова залез в