Воздушная кавалерия. Том 5 - Джек из тени

Я занял позицию за большим валуном, выставил сошки своей учебной снайперской винтовки и поймал в прицел главную улицу. Штурмовая группа Березова двигалась перебежками от укрытия к укрытию, приближаясь к первому дому. Все выглядело слишком просто, слишком тихо. Тревога нарастала с каждой секундой. Нет, действовали все как один четко, ни одного звука, максимальная скрытность, но…

— Хозяин, засекла аномальную активность, — прошелестел в голове голос Алисы. — Вон в том окне, на втором этаже. Тепловой след, и еще один на крыше соседнего здания.

— Вижу, — мысленно ответил ей, корректируя прицел.

Березов и его люди подошли к двери первого дома и выстроились «елочкой» для штурма. Первый боец, здоровенный сержант, с разбегу выбил дверь ногой. И в этот момент тишина взорвалась.

Высокочастотный звук ударил по ушам, как кувалдой. Я почувствовал, как мир качнулся, в глазах потемнело, а из носа потекло что-то теплое. Акустическая граната, сработала четко. Штурмовая группа, застигнутая врасплох в замкнутом пространстве дверного проема, посыпалась на землю, как кегли. Они катались по земле, зажимая уши, их движения были раскоординированы. И тут же с крыши и из окон второго этажа ударили короткие, злые очереди. Маркеры со щелчками впивались в тела моих сокурсников, их датчики на броне загорались красными огнями.

— Твою мать! Засада! — заорал наш лейтенант. — Огонь! Прикрыть их!

Мы открыли стрельбу по окнам, пытаясь подавить огневые точки. Но это было все равно, что стрелять по призракам. Инструкторы не высовывались, делали один-два выстрела из глубины комнаты и тут же меняли позицию. Я поймал в прицел тень на крыше и выстрелил. Тень исчезла, попал или нет, было непонятно. Тем временем группа Березова была практически уничтожена. Сам капитан, получив три «ранения», лежал на земле, его датчик горел ровным, похоронным светом. Из всей штурмовой группы в строю остался только один боец, который успел откатиться за угол дома.

— Отходим! — скомандовал «выживший» по коммуникатору. — Группа «Альфа» уничтожена! Повторяю, «Альфа» уничтожена! — после чего рядом с ним взорвалась светошумовая граната, а затем боец получил живительную очередь от инструктора.

— Какого черта! — выругался наш лейтенант. — Отступаем к лесу, перегруппировка!

Мы начали отходить, отстреливаясь, но было уже поздно. Когда мы отступали, с фланга, из-за ржавого автобуса, ударил еще один пулемет, очередь прошлась по нашей группе. Двое моих товарищей рухнули в конвульсиях на землю, датчики тоже загорелись красным. Нас осталось трое.

Мы залегли в неглубокой канаве, пытаясь понять, откуда ждать следующего удара. И тут я увидел одного из инструкторов. Он не прятался, просто стоял в полный рост на крыше одного из дальних домов, на фоне серого неба. И смотрел на нас, просто стоял и смотрел. Это была такая наглая, такая унизительная демонстрация превосходства, что у меня заскрипели зубы.

— Снайпер! — заорал лейтенант. — Сними его!

Я поймал его в перекрестье прицела. Расстояние было метров триста, почти предельное для этой винтовки. Я задержал дыхание, плавно нажал на спуск. Выстрел.

Инструктор даже не пошевелился. Я увидел, как маркер попал ему точно в грудь. Но его датчик не загорелся. Черт! У него была какая-то защита! Или он просто отключил свой датчик, чтобы поиздеваться над нами. А потом он медленно поднял свою винтовку и выстрелил в ответ. Я не успел среагировать, резкий, болезненный удар в плечо, будто меня ткнули раскаленным прутом. Датчик на моем плече вспыхнул красным.

— Уходим! — снова приказал лейтенант.

Мы побежали, петляя, как зайцы, к спасительной кромке леса. В спину нам продолжали бить одиночные, издевательски точные выстрелы. Еще один мой товарищ упал, очередной «труп». Мы с лейтенантом ввалились в лес, задыхаясь от спринтерского бега. Из десяти человек в строю осталось двое. И мы даже не увидели толком своего противника. Нас просто размазали, как котят, используя простейшие, но идеально исполненные тактические приемы.

— Суки, — прохрипел лейтенант, прислонившись к дереву. — Они же нас как на ладони видели, знали каждый наш шаг.

Я молчал. Мы шли в ловушку, как бараны на бойню. А инструкторы, как опытные мясники, просто ждали, когда мы сами подставим шею. Не было смысла говорить, что Березов устроил провал изначально как минимум тем, что просто не спросил, есть ли среди нас Кинетики, которые могли прошерстить ближайшие подступы и само здание.

Стоял, прислонившись к шершавому стволу сосны, и пытался унять дрожь в руках. Плечо, куда попал маркер, горело огнем, напоминая о нашем провале. Но, впервые за долгое время почувствовал себя удовлетворенным, хотя, кому скажи, подумают, что я головой ударился. Вся моя Консоль, все мои технологии, вся моя уверенность в себе разбились о простую, жестокую реальность боя, где побеждает не тот, у кого круче гаджеты, а тот, кто лучше думает, быстрее двигается и не совершает стандартных ошибок. Наконец-то, я нашел место, где моя теория обретет нужный опыт.

— Алиса, — мысленно обратился к хвостатой с улыбкой, от которой лейтенант настороженно на меня посмотрел — запускай симуляции…

* * *

Ночь в казарме факультета Особого назначения была не похожа на ночи в основной Академии. Здесь не было пьяных разговоров, смеха или игры в карты. Только тишина, в которой каждый переваривал свой собственный ад. Мои сокурсники, прошедшие не одну войну, лежали на своих койках, молча глядя в потолок. Никто не обсуждал провал, никто не искал виноватых. Просто молчали, и это молчание было тяжелее любых обвинений.

Я тоже лежал, но сон не шел, тело гудело от усталости, плечо ныло от фантомной боли после «ранения», но разум работал с лихорадочной скоростью, снова и снова прокручивая события минувшего дня. Каждая ошибка, каждое неверное движение и потерянный боец, все это крутилось на нескольких виртуальных экранах.

Консоль запустила очередную симуляцию, и перед моим внутренним взором развернулась трехмерная голограмма. Это была точная, до мельчайших деталей, реконструкция нашего «боя», созданная на основе данных с моих оптических сенсоров и тактической сети полигона, к которой Алиса, разумеется, успела подключиться.

Я видел все: наш отряд, себя, инструкторов, которых Алиса подсвечивала красным. Я мог вращать картинку, приближать, замедлять, ставить на паузу.

— Начинаем еще раз с момента высадки. Покажи мне нашу группу и группу Березова, — скомандовал Алисе.

На голограмме появились две группы, подсвеченные синим.

— Анализ тактического построения с учетом новых вводных.

— Сена точки входа, группа Альфа под командованием капитана Березова движется плотным строем, дистанция между