Освобождение. Потерянный Орден - Михаил Павлович Игнатов

— А я не говорил, что у Ордена хорошие времена. После того, как Орден пал…

Глаза Прагола сверкнули, я невозмутимо продолжил:

— … у него наступили очень нелёгкие времена. Не буду вдаваться в подробности, для них не место. Спустя пятьдесят лет гонений Орден Небесного Меча понял, что если ничего не менять, то история Ордена вот-вот оборвётся.

— История? История всегда обрывается, когда замолкает рассказчик.

— Жизнь? — предложил я. — Существование? — не дождавшись ответа, пожал плечами. — Неважно. Ты меня понял.

Помедлил, занеся руку над очередным мешочком, затем качнул головой. Нет, довольно.

Словно поддерживая меня, чайничек, что до этого шумел, нагреваясь, затих. Верный признак, что вот-вот закипит. Я торопливо подхватил его духовной силой и снял с артефакта. Довольно. Ещё и чуть остудить нужно, иначе спешка уничтожит нежный вкус Морозной Ягоды. Продолжил:

— Поэтому вы сейчас именуете себя Братством Камня, а Орден Пятого пояса называет себя семьёй Сломанного Клинка.

— Как забавно ты повёл историю… — протянул Прагол и замолчал.

Я глянул на него искоса — одним быстрым взглядом над столиком — и снова опустил взгляд и сосредоточился на чае.

— Таких новостей вам не доходило? Они свежие. Ещё пару лет назад Орден скрывался на землях клана Кунг.

Прагол хмыкнул:

— А теперь вы под рукой… — не дождавшись ответа, надавил: — Под рукой…

Я хмыкнул про себя — заинтересовался? — сам же пожал плечами, ополоснул заварник раз, другой, прогревая сосуд, наконец сказал:

— Сложно сказать. С одной стороны — ни под чьей. С другой стороны — нам приходится учитывать многих, ведь у нашей семьи всего три звезды. С третьей стороны, нас прикрывает один из высокопоставленных Стражей, — я вновь глянул на Прагола, снова опустил взгляд. — Его имя тебе вряд ли что-то скажет. С четвёртой стороны, этого всё ещё мало для возрождения Ордена и попытки вернуть себе земли в Четвёртом поясе.

— Что?

Я поднял взгляд и спросил сам:

— Что — что?

— Что ты сказал? Вернуть земли Четвёртого пояса?

— А об этом ты кое-что знаешь, как погляжу.

Прагол на миг затвердел лицом, брови поползли, хмурясь, но уже через миг он расслабился, широко улыбнулся:

— К чему это представление? Ты же мастер Указов, ты запретил мне сжигать сердце, одним словом погрузил в сон, невзирая на то, что Скала и идущий к чистоте. Я полностью в твоей власти, спрашивай всё, что хочешь. Что тебе рассказать? Про еду? Про Скалы? Про Пики? Про верность Эрзум?

Я быстро затолкал недостающие травы в заварник, встряхнул его, проверяя, чтобы ничего не скомковалось, лежало рассыпчато, и поднял в воздух чайник с чуть остывшим кипятком. Залил, накрыл крышкой, взболтнул, чтобы кипяток внутри закрутился медленным водоворотом. Для этой смеси так будет лучше всего. Не могу сказать почему, но, в конце концов, моя стихия вода, верно? Может, она подсказывает? Просто так тихо, что я лишь ощущаю это и знаю, а не слышу.

Наконец поднял взгляд и сказал:

— Ты расскажешь мне об этом.

— Не сомневаюсь, — процедил он в ответ.

Я, не обращая внимания на всё это, продолжил:

— Или не ты. Но расскажете сами, по доброй воле, поверив мне. Да, я мастер Указов. Да, Орден славится формациями Указов и проверкой на верность и прочее. Но старшие ранги служат без всякой верности и прочего. И нет никакой разницы, где они сейчас: в Малом, в Большом, в Тайном Ордене, в Сломанном или Перекованном Клинке или в Братстве Камня.

Несколько вдохов мы словно бодались взглядами. Не моргая, не дыша. Затем Прагол первым моргнул и вдруг улыбнулся.

— Что же, мне ли жаловаться? Если это и последнее развлечение, то оно выше всяких похвал. Беседа, да ещё и с чаем. Подумать только. Как там — не пора разливать? Мне кажется, ты уже передержал.

Я качнул головой:

— Это же не тонкие листья чая. Ну, не только, — поправился я. — Нужно прогреть ягоды и толстые веточки, чтобы они тоже отдали аромат.

— Как скажешь, — согласился Прагол, откинулся назад, вернее, подался назад, снова садясь с ровной спиной.

— Что до твоего вопроса…

— Я что-то спрашивал? — изумился Прагол.

— Нет? — так же притворно изумился я в ответ. — Давай посчитаем, — я принялся загибать пальцы над парящим заварником. — К чему это представление? Что тебе сказать?

— Всё-всё-всё, — поднял ладони Прагол. — Отвечай на любой из вопросов.

Я хмыкнул, повёл рукой, выставляя в ряд четыре чашки, подхватил заварник и наполнил их все.

Повёл рукой ещё раз, но на этот раз приглашая:

— Прошу.

Прагол тут же подхватил крайнюю, одной рукой под основание, другой за края, словно опасался, что прольёт и не успеет подстраховать себя духовной силой. С учётом того, как он показал себя в короткой битве, это… Ну да пусть его. Я повёл плечом:

— Ловер, Пересмешник. Чего стоим?

Все чашки нашли своих владельцев.

Прагол покачал головой, сказал, и голос его звучал странно:

— Такого я тоже ещё не видывал.

Я и сам покосился через плечо.

То ли Пересмешник дошёл до полного постижения какой-то из своих техник, то ли Фатия ему что-то отдельно наковыряла в амулете. Зрелище плавающей в воздухе чашки и выливающегося в пустоту чая… Такого я тоже не видывал.

Я отвернулся, тоже сделал глоток. Покатал его на языке и признал:

— Отлично вышло. Эти травы лучше дополняют ягоду, чем прошлые.

Прагол без слов протянул мне уже пустую чашу.

Я наполнил её заново и сказал:

— Что до твоего вопроса, то разве ты не понял? Магистр, уводя Орден на битву, запечатал земли своим медальоном. Медальон потерян, но… — я подался вперёд, ловя взгляд Прагола, — я родился в Нулевом. Я прошёл все Тюремные пояса. Я стал преемником магистра Ордена Небесного Меча во Втором поясе, в отделении Ордена, который сохранил свой отдельный медальон. Полную его копию. Я законный магистр Ордена Небесного Меча и медальоном смогу открыть Долину Ключа.

Прагол застыл, вслушиваясь в мои слова, едва я замолчал, отмер, покрутил шеей:

— Однако, вот это ты заворачиваешь свою байку… — отхлебнул и буквально приказал: — Продолжай.

Я улыбнулся, глядя в чашку:

— Что именно? Про Долину и медальон?

— Продолжай уговаривать меня.

Ловер из-за