Покорительница дворца - Райан Гродин

– И поэтому вы построили эту крепость? – спросила Фэй.

– Я укрепила свою власть, но боялась, что недостаточно. Если бы Король ужаса решил взять ее штурмом, она не выстояла бы перед ним. И я придумала способ сделать так, чтобы он никогда не нашел меня.

– Бури… – В рассказе Пака они так долго закрывали солнце, что урожай перестал вызревать. И, что еще хуже, штормы преградили путь торговым кораблям, отрезав остров от мира. – Они спрятали вас от Короля ужаса.

– Я наложила на тучи столько заклятий тайны, сколько знала. Возможно, слишком много. Жители острова разозлились, но они просто не понимали, что голод – участь гораздо лучше той, от которой я их защищала.

– Защищали? – Фэй невольно рассмеялась. – Вы никого не защищали. Вы даже не сражались с Королем ужаса! Вы сами в него превратились!

Туманная фигура не шевелилась, зато тиара у ее ног приподнялась. Ее серебряные зубцы клацали, точно клавиши печатной машинки.

– Вы снова и снова похищали магию, – добавила Фэй. Она словно чувствовала вкус пепла сожженного леса Пака. С каждым ударом сердца жар от огня усиливался. Из кармана, где прятался бумажный кот, послышался шелест. – Люди так боялись вас, что объявили ведьм и королев вне закона! Поколения женщин страдали! Их лишили шансов на будущее, потому что они росли в тени совершенных вами злодейств!

– Однако ты обвиняешь меня, ведьму, хотя эти законы придумали четыре склочных дурака, которые копили власть, словно драконье золото!

– У них не было выхода! Они так поступили, чтобы остановить вас!

– У меня тоже не было выхода, – возразила Сумеречная королева. – Кто еще победит чудовище, если не другое чудовище?

В глубине души Фэй знала, что это неправда. И папа тоже это знал. Он всегда носил нож, но Фэй ни разу не видела, чтобы папа применял его против ЧИЖей. Зато он научил Фэй кормить дракона морковкой, насвистывать колыбельные водяным и делать комплименты фениксам.

– Вы слишком долго просидели здесь, в заточении. – Фэй посмотрела на колдунью и, набравшись храбрости, засунула руки в карманы мантии. – Мир изменился.

Она нащупала холодный фонарик. Где же на нем кнопка? Духи терпеть не могут электричество, и если ей удастся включить свет и направить луч на Сумеречную королеву, то, возможно, колдунья растеряется и Фэй успеет сбежать.

– Если и изменился, то слегка, – возразила Сумеречная королева, взглянув на три столба. – Ты и впрямь полагаешь, будто они примут тебя в конклав? Или рискнут нарушить свое драгоценное Равновесие ради того, чтобы ты открыла школу и поделилась магией со всеми на свете?

Фэй посмотрела на связанных волшебников. На бороде Севера замерзла сосулька из слюны, лицо Юга снова приобрело зеленоватый оттенок, а светлые волосы Вэнса сменились мхом, из которого опять торчали лакричные уши. Фэй кольнуло сомнение. Неужели Юг позволит пекарне «Из муки без муки» и дальше работать? Будут ли Восток с Севером молча смотреть, как их ученики привязываются к Селурдуру?

Но не будем считать голоса раньше времени.

– Даже если ты останешься с ними, ничего не изменится, – добавила Сумеречная королева. – Они запрут меня здесь еще на две тысячи лет, но и ты свободы не дождешься. До конца жизни будешь спорить о законах и вымаливать разрешения. И это крайне прискорбно, – мягко проговорила она. – Ты необычайно сильна. Да, так и есть, ведь ты до сих пор сопротивляешься моему заклятью.

Она пристально посмотрела на руку Фэй, которую та держала в кармане плаща. Где же эта дурацкая кнопка?

– Я не жалею о том, что создала армию, – сказала колдунья. – А вот девочек Солума мне жаль. Ведьм сжигают чаще, чем волшебников. Люди склонны бояться женщин, а не мужчин. История с Королем ужаса только лишний раз это доказала. Пойми, мои бури и штормы – единственная причина, по которой твой маленький райский остров до сих пор существует! Это я его спасла! Не спрячь я его от Короля ужаса, и тот завоевал бы остров, как все остальные страны в нашем мире.

У Фэй скрутило живот. От усилий, которые требовались для того, чтобы противостоять заклятью Сумеречной королевы, кружилась голова. Комната словно покачнулась, но тут большим пальцем Фэй наконец нащупала кнопку фонарика.

– Вижу, убеждать тебя без толку, – вздохнула колдунья. – Я предпочитаю, когда мои подчиненные со мной заодно, но это необязательно. Я свяжу тебя, разрушу Равновесие и восстановлю королевство. – Она щелкнула пальцами, и тиара прыгнула на Фэй.

Однако в воздухе она вдруг изменила направление и отлетела в сторону.

– Поймал! – ликующе завопил волшебник Запад.

Призрак потащил тиару к трону, подальше от Фэй, которая наконец выхватила из кармана фонарик и направила луч света прямо в испуганное лицо Сумеречной королевы. Злобная ухмылка исчезла. Ее красноватые глаза застилал туман, и она заморгала.

И в ту же секунду Фэй почувствовала, что заклинание злой колдуньи потеряло силу – сломать его стало так же легко, как сухую виноградную лозу. Фэй сделала шаг назад. И еще один. Она добралась до ближайшей колонны, где пристроила фонарик на выступ, так чтобы луч падал на Сумеречную королеву.

А потом Фэй растерялась. Что дальше – помочь волшебнику Западу с тиарой? Или попытаться освободить остальных трех волшебников? Вряд ли сейчас они смогут бежать и тем более сражаться, но оставлять их здесь нельзя…

– Ты чего? – выглянул из кармана Пак. – Если ты не попытаешься спасти собственную жизнь, ее заберет Сумеречная королева!

– Так бежать некуда, – прошептала Фэй. – К тому же, если я не спасу конклав, она вообще все заберет!

Послышался звук рвущейся бумаги.

– Если тебя опять потянуло на подвиги, то действуй поосторожней.

Пак хотел, чтобы она спряталась. Совет неплохой. Сумеречная королева закрутилась, как волшебник Запад, когда тот оказался поблизости от мастерской принца Макса, и ее туманная фигура оказались вне досягаемости для луча фонарика.

Фэй бросилась к южному столбу. Волшебник Юг еще не полностью утратил облик Вэнса, и Фэй вспомнила их встречу на цветочном рынке. Исчезнуть, превратиться в воздух. Исчезнуть, превратиться в воздух. Она пробормотала эти слова и почувствовала вкус пота. Ее рука, которая водила по черным, сковывающим Юга лианам, постепенно исчезала.

Способа развязать их Фэй не знала. И себя теперь не видела.

Сумеречная королева взмахнула точеной рукой – и фонарик, полетев на пол, разбился вдребезги. Пальцы другой руки она согнула так, будто душила кого-то, и волшебник Запад задохнулся:

– Ох… Какое странное чувство! Я… – Он снова судожно вздохнул и выронил корону. – Ай!

– Тебе предстоит испытать много странных чувств, пока мне не надоест тебя мучить и я не открою дверь в загробный мир,