Освобождённый меч - Гарет Ханрахан

"Это должно принадлежать его народу", - пояснила Эрдис. "Я обнаружила, что когда есть что хоронить, это помогает".

Итак, - сказал Меч, когда они остались одни, - Брачан из Илавентура является частью заговора Берис. Один из верховных лордов Саммерсвелла бросает вызов власти Эрлкинга. Восхитительно.

"Я же говорил тебе перестать подслушивать мои мысли".

"Твоя душа кричала об этом, владетель. Крик тревоги. Ты знаешь, что он означает".

"Нет, я, черт возьми, не знаю, что все это значит. Я хочу поговорить об этом с Блейзом".

Это значит, что Берис не одинока в своих планах. Это значит, что у ее войны против Эрлкинга есть шанс на успех. Только представь себе, Владетель! Красный прилив от Ардена до Эвесленда. Рыцари, усиленные магией, награбленной в Некраде, демонстрируют, насколько они смертны, превращая друг друга в месиво на сотнях полей сражений! Бойня, которую Девятеро предотвратили двадцать лет назад, наконец-то развязана. Это будет славно, Владетель. Мы должны принять в этом участие. Дрожь пробежала по лезвию, как будто невидимый язык провел по нему по всей длине.

"Я обещал защищать Дервина, и именно это я и делаю. Это мы и делаем".

Если хочешь защитить его, присоединяйся к Берис и Брачану в их войне. Возьми меня с собой на юг, чтобы я убивал Лесных эльфов и их маленьких обманутых дурачков. Искупай меня в крови во имя своего племянника. Я убил одного принца Эвервуда - позволь мне получить остальных.

"Если я больше никогда не обнажу тебя, - сказал Альф, - и то будет слишком рано".

ГЛАВА 14

Он летел обратно следующей ночью, дрожа в седле дредворма. Огромная каменная гора крепости Цитадели возвышалась над гаванью Некрада. Над ней развевалось новое знамя - знак Альфа Ламмергейра, увенчанный короной. Ольва продолжала рассказывать историю о некоронованном короле. Когда он пролетал над стенами Гарнизона, один из стражников окликнул его, размахивая руками, чтобы привлечь внимание. Альф полетел вниз.

"Сэр Ламмергейр, внизу эльфийка-колдунья", - сказал стражник. "Она требует прохода в Гарнизон. Утверждает, что приглашена на совет".

"Да, Ильдорэ. Тредей должен был сообщить тебе". Альф потер бок, куда всего несколько недель назад его пырнула эльфийка-колдунья. Лучше пусть она войдет в ворота как друг, чем перелезет через стену глубокой ночью как убийца”.

"Да, сэр. Но, милорд, она не одна".

Когда Альф в последний раз видел Ильдорэ, она была одета в разномастные доспехи, с окровавленным копьем в руке, оборванная эльфийка из дикой местности. Теперь, не обращая внимания на холод, она была одета в шелковое платье, которое, словно лунный свет, переливалось на ее бледной коже. Ее руки украшали замысловатые украшения, а серебристые волосы были заплетены в косы и украшены магическими камнями, удерживаемыми сзади серебряным обручем. Дикие называли ее Богиней Звезды Охотника, и выглядела она соответственно, прекрасная и безжалостная, как зима.

Но не Ильдорэ встревожила стражников.

Рядом с Ильдорэ шли еще шесть эльфов - шесть лордов и леди из рода эльфов-колдунов. Каждому из них были тысячи лет; возможно, кто-то из них видел первый восход солнца или закладывал камни первого города. Красный свет в их глазах говорил о том, кем они стали, чтобы выжить.

Скерризы, подумал он. Галарин Древнейшие-Дни. Эмлис Арун. Первые вампиры.

"Ильдорэ, - позвал Альф с вершины ворот, - ты же знаешь, что им запрещено входить в гарнизон".

Шесть пар красных глаз уставились на Альфа с нескрываемой ненавистью. Он положил руку на Разрушитель Чар, но не вытащил клинок.

"И они не переступят твоего порога”, - сказала Ильдорэ. “Они пришли сюда, чтобы ты знал, смертный, что я говорю от имени всего моего народа. Все, кто принес присягу Америт, на моей стороне".

"Не вампиры. Волшебные камни и любое другое магическое оружие, которое ты прячешь в этом красивом платье".

"Это реликвии эльфов-колдунов. Они были сделаны нами. Ты предъявишь на них свои права силой, Альфрик Ламмергейр, или мы пойдем вместе, как друзья, в зал совета?"

Ильдорэ улыбнулась, шестеро вампиров оскалились, но все это было одно - вызов. За двадцать лет оккупации войска Лиги - смертные, дварфы и лесные эльфы - разграбили Некрад, похитив магические сокровища города. Альф недоумевал, как эльфам-колдунам удавалось так долго скрывать реликвии, которые носила Ильдорэ - и что еще могло находиться в хранилище.

"Сэр?" - прошептал один из стражников. "Есть приказ конфисковать любые чары, обнаруженные в руках эльфа или ватлинга. Должны ли мы..."

Расставляй приоритеты. "Пропустите ее".

Ильдорэ вошла с важностью завоевателя.

“Не бери в голову никаких идей, - проворчал Альф, - и не создавай проблем".

"О, мысль о том, чтобы отвоевать наш город у вас, смертных воров, так приятна. Последний поход, последний боевой пир. Правда, нас осталось мало, но это было бы славное дело". Она бросила на него косой взгляд. "Они послали бы меня убить тебя, ты же знаешь. Ты и Блейз - уберите вас двоих, и все остальное будет просто".

"Ты уже пыталась убить меня, - сказал Альф, - и это не очень хорошо для тебя закончилось".

Она рассмеялась. "Я позволю другому сделать свой ход. Весной они выстроятся в очередь, чтобы убить тебя".

Они нашли Тредея в бывшем кабинете лорда Вонда возле зала совета, окруженного кипами бумаг. "Сэр Альфрик!" Тредей поднялся и поклонился. "Ильдорэ". Он снова поклонился, но держался на почтительном расстоянии от эльфа-колдуна.

Прибыла Ольва, беседуя со своим другом-дварфийкой Торун. Альф уловил последние слова; она говорила о Некраде, который был подобен огромному колесу судьбы, поднимающему людей вверх и низвергающему их вниз. Эту мысль он слышал и раньше.

Наконец появился Дервин с Блейзом рядом. Дервин был бледен и опирался на посох волшебника. Они подошли к креслу во главе стола - месту лорда Вонда, и Блейз отошел в сторону, предоставив Дервину занять почетное место. Волшебник не сел, а встал у его плеча.

"Давайте начнем, - сказала Ольва.

"Надеюсь, переговоры с леди Эрдис прошли успешно?" - спросил Тредей.

"Достаточно хорошо. Мы не умрем с голоду".

"Одна катастрофа предотвращена, впереди еще сотня".

"Что-то в этом роде. Эрдис также дала мне это". Он положил рукоять Крошителя на стол, чтобы все видели. "Полагаю, я должен вернуть его домой в Дварфхольт. Я в долгу перед Гунданом". Ольва нахмурилась, и Альф поспешно добавил: "Дредворм доставит меня туда за два дня. Я вернусь через неделю или около того".

Дварфийка Торун издала писклявый звук и прикрыла рот руками.

"В чем дело, Торун?" - спросила Ольва.