Освобождённый меч - Гарет Ханрахан

На мгновение воцарилось молчание.

"А не могли бы дварфы перекрыть дорогу через Дварфхольт? - предположил Тредей. — Мы могли бы оставить топор Гундана у себя до тех пор, пока..."

"Я не буду держать в заложниках память Гундана", - огрызнулся Альф.

"И гномы тоже не друзья Некрада", - добавила Ильдорэ. "В лучшем случае они будут держаться подальше от обеих сторон. Но есть и другие возможности. Мы не без друзей на юге. В прошлые времена у эльфов-колдунов были слуги среди смертных. Берис знала знаки и пароли, ведь потомки этих культов смешались с ее мятежниками. Если они смогут удержать Ущелье Арда против армий Лордов, то это даст нам время подготовить арсенал Некрада".

"И как же они удержат Ущелье Арда?" - спросил Альф.

Но он знал ответ. Он почувствовал, как в мече проснулся холодный голод.

Ольва уставилась на него. "Арден находится недалеко от Дварфхольта. Ты пойдешь на юг, Альф, как хочет лорд Брачан. Ты продержишься до тех пор, пока мы не соберем новую армию Блейза".

Жажда крови, исходившая от меча, захлестнула Альфа. Он увидел себя скачущим по полю боя, размахивающим черным мечом, и с каждым ударом падала дюжина врагов. Контр-магия разрушала магические камни и защитные заклинания; лезвие с одинаковой легкостью рассекало броню и плоть. Альф размахивал мечом, как косой, косящей пшеницу, собирая урожай из трупов и изувеченных тел. Широко раскрытые от ужаса глаза смотрели на него, поле отрубленных голов делало его олицетворением смерти. Он двигался методично, пожиная без радости и угрызений совести.

Копья и стрелы пронзали его. Мечи рубили и секиры разрубали его, но каждая жизнь, которую забирал меч, делала его сильнее, и его сила поддерживала Альфа. Она пожирала его сомнения, шепча: "Ты знаешь, что находишь радость в битве. Ты знаешь, что живее всего ты среди смерти. Я знаю тебя, владетель”.

Он шел вперед, безжалостный, как Акрайст, и каждый медленный шаг оплачивался тысячей смертей. Меч не ослабевал. Он представил, как клинок рассекает закованных в броню рыцарей Саммерсвелла, великих лордов, повергаемых сыном фермера из Малладейла. Он представил, как развевается знамя коронованного Ламмергейра над всеми городами Южного материка. Люди, проклинающие его имя. И больше всего он представлял себе ужас на лице Лаэрлин, разочарование в ее глазах.

В туннелях под Некрадом у нее был лук Мортус. Она могла бы сразить его стрелой и спасти жизнь принца Маэдоса. Но Лаэрлин заколебалась и пощадила Альфа.

Будет ли она колебаться снова, если он продолжит эту войну?

Я сделаю это, - пропел меч, - я был создан для этого. Как и ты, его владетель.

Нет, подумал Альф, ты поклялся служить мне. Так что ЗАТКНИСЬ.

Видение исчезло. Кровавое виденье меча рассеялось. Альф пошатнулся на сиденье, чувствуя себя так, словно в этой лихорадке железа и крови прошли годы. Он открыл рот и прохрипел. "Нет", - повторил он, качая головой. "Я не хочу быть мясником, а это было бы именно так. Я взял меч, потому что он был нужен нам, чтобы победить лорда Боуна, и сохранил его, чтобы уберечь эту проклятую вещь, чтобы никто больше ею не воспользовался". Он обвел взглядом стол, ища поддержки. Блейз отступил в тень, его лицо скрылось под капюшоном. Тредей отчаянно теребил лист бумаги, а Торун в тревоге переводила взгляд с Альфа на Ольву.

Лицо Ольвы было суровым.

"Я видела, как ты убивал Диких, - сказала она, - и людей Люльфа Мартенса. Почему здесь все по-другому?"

"Они искали поединка", - сказал Альф. "Они... они вынудили меня к этому".

"Так ли это, лорд?" - спросил Тредей, не смея поднять взгляд, - "или вам проще счесть их заслуживающими смерти?"

"Это несправедливо", - запротестовал Альф. "Я пытался убедить Диких не нападать. А люди Мартенса похитили Дервина. Они работали на принца Маэдоса".

"А Берис сказала бы: и лорды Саммерсвелла тоже!" - вставила Ольва.

"Эльфы знают толк в терпении, - заметила Ильдорэ, - мы можем веками ждать подходящего момента, чтобы начать действовать. У вас его нет. Через несколько недель Дорога будет достаточно чиста, чтобы они могли послать армию. Через несколько месяцев они выследят Берис и ее союзников. Возможно, они не нападут сразу, а вместо этого будут медленно душить вас. Может быть, они подождут, Ламмергейр, пока старость не лишит тебя сил поднять этот меч".

"Хм..." Торун нерешительно подняла руку. "Мне кажется, вам - нам - нужно решить, с кем именно мы сражаемся. С Саммерсвеллом? С Эрлкингом? Со всеми ли - с Эвервудом и Саммерсвеллом, со всеми лордами, которые обязаны своим рангом Эрлкингу, и с церковью, которая служит его Заступникам, и с Колледжем Чародейства, - она скривила губы в отвращении, - который обучает только эльфийской магии? Потому что некоторые из вас говорят так, будто речь идет только об эльфах, а некоторые - так, будто речь идет обо всех Южных землях".

"С любым, кто придет за нами", - сказала Ольва.

Дервин поднял голову. "Я не буду приказывать тебе сражаться, дядя", - сказал он. "Мы отдали Разрушитель Чар на твое попечение по уважительной причине, и меч не следует использовать бездумно. Но моя мать права - лучшего чемпиона, чем ты, нам не послать. Отправляйся в Дварфхольт и почти память павших. Затем отправляйся в Арден и задержи лордов, насколько сможешь. Разыщи Берис и лорда Брачана. Скажи им, что Некрад собирает армию".

Он поднял руку. "Но я надеюсь, что эта армия никогда не будет использована. Скажи повстанцам, что есть другой путь. Если они хотят освободиться от власти Эрлкинга, они могут присоединиться к нам здесь, при моем дворе. Пусть мы станем маяком для мира, а не угрозой". Дервин перевел взгляд на окно, на жуткие башни и витые храмы Некрада, и на мгновение Альфу показалось, что миазмы расступились и теплый свет разлился по крышам.

Ильдорэ насмешливо хмыкнула. "Вы, смертные, думаете, что можете поселиться в городе эльфов, в этом источнике магии, и Эрлкинг оставит вас в покое?"

Кому нужно это место? говорила Лаэрлин. Я ненавижу каждый камень в этом проклятом городе. Может, когда-то он и был прекрасен, но я сражалась, чтобы сломить Некрад, а не для того, чтобы завладеть им. Он не мог поверить, что она лжет, и Пейр тоже поверил бы ей.

"Лаэрлин бы согласилась, - сказал Альф, и Дервин кивнул.

"Король сказал свое слово, - произнес Тредей.

Они выехали на