Освобождённый меч - Гарет Ханрахан

"Лучше уж шкатулка, чем мой череп", - сказал Альф. "Давай помогу". Он выхватил дарец из ее рук, чтобы получше рассмотреть поврежденную часть. Торун придержала его на мгновение, а когда отпустила, часть шкатулки подалась, и содержимое высыпалось на сапоги Альфа.

Магические и драгоценные камни. Целое состояние, не поддающееся измерению. Торун пискнула от ужаса.

"Что это?" - тихо спросил Альф.

"Мастер Блейз поручил мне миссию", - ответила Торун, гордость которой боролась с паникой. "Я должна была доставить это сокровище в Дварфхольт. Ему нужны дварфские кузнецы для восстановления Некрада". Из шкатулки также посыпались свитки - чертежи сложных машин. Трубы, чаны, алхимические символы. Вещи из Ям Некрада, на уничтожение которых Альф потратил годы. Но мир изменился.

"Все в порядке, - сказал Альф. "Ничего не потеряно и ничего не сломано, кроме блестящей коробочки". Альф собрал кучу драгоценных камней, положил их в мешочек и передал Торун.

"А как же топор лорда Гундана?" - спросила она. "Я испортила шкатулку".

Альф бережно завернул рукоять Крошителя в свой старый дорожный плащ. "Я носил его, когда начинал работать с Гунданом. Он послужит саваном на последнем этапе пути".

Они пришли к тому, что раньше было городом Мост Карака. Теперь это была гробница. Они шли по пустым улицам самого верхнего уровня, поскольку нижние части все еще были опасны. Медленная, освещенная факелами процессия по безмолвному городу.

Во время войны враг пустил ядовитый газ по вентиляционным шахтам, пронизывавшим гору, - медленный поток желто-зеленого тумана, более густого, чем чистый воздух. Он вспомнил, как едва не оказался в одном из затопленных туннелей: газ доходил ему до груди, а вокруг задыхались и умирали низкорослые дварфы. Он поднимал их по двое или по трое, чтобы они могли глотнуть чистого воздуха. Он поддерживал их жизнь до тех пор, пока Лат не проломил вход в туннель. Это был первый раз, когда мальчику удалось превратиться в огромного медведя.

Торун рассказала смертным стражникам о Мосте Карака, и они с удивлением и страхом оглядывали молчаливые залы. Войска лорда Боуна пытались заманить дварфов в ловушку, заблокировав их побег через южные ворота. Торун была там, одна из дварфов, спасенных Девятью. Она рассказывала об этом так, словно это была часть истории, описывая неудачную оборону внешнего моста, внезапное нападение, приход вождя огров, смерть дварфского чемпиона. Когда они останавливались отдохнуть, она рисовала в пыли замысловатые карты, показывая им различные этапы битвы, районы города, через которые они прошли, и те части, которые будут недоступны, пока яды не выветрятся через тысячу лет.

Эльфы шли в основном молча, лишь изредка перебрасываясь шепотом замечаниями на эльфийском языке. Во время войны они были на другой стороне. Альф провел рукой по эфесу Разрушителя Чар, чтобы лучше видеть в темноте, но лица эльфов ничего не выражали. Если они и испытывали стыд за свою роль в войне, то никак этого не показывали. Они были похожи на мраморные статуи с невидящими глазами.

Альф шел наполовину в воспоминаниях, наполовину в реальном мире. Воспоминания о битве представляли собой лишь несколько разрозненных вспышек. Он никогда не смог бы нарисовать карту местности; тогда он понятия не имел, побеждают они или проигрывают, почти закончилась битва или только началась. Все было лишь мгновениями. Именно там они убили вождя огров. Там, наверху, Турн сражался с боевым големом голыми руками. Там, наверху, Лаэрлин и Берис стояли бок о бок, осыпая врагов градом стрел. И вот тут-то Пейр и подвел черту, заявив, что они будут удерживать это место против войска лорда Боуна, несмотря ни на что.

Девять против целой армии, и они держались, потому что Пейр так просил.

На противоположной стороне Моста Карака их встретила компания дварфов. Альф знал некоторых из них - среди них был Гамлинг, бывший помощник Гундана, который ненадолго занял его место в совете Некрада. Он сражался при обороне города до самого конца осады, но после победы исчез. Очевидно, он принес весть дварфским владыкам. Других Альф знал как родственников Гундана. Но во главе отряда стояли шесть жрецов-ремесленников, несущих церемониальные инструменты - кирку и компас, книгу и урну, перо и молоток. Шесть призваний. Альф вспомнил жалобы Гандана на то, что солдаты в землях дварфов никогда не пользовались должным уважением.

Арбалетчики дварфов нацелили свое оружие на Ильдорэ и ее спутников. В давние времена дварфы вели множество войн с эльфами-колдунами и Дикими. Но если Ильдорэ и осознала грозящую ей опасность, то не подала виду; она и пятеро рыцарей ужаса закружились, больше похожие на танцоров, чем на солдат на параде, и выстроились в две шеренги. Они подняли свое оружие, скрестив клинки, образовав сводчатый туннель из копий, по которому Альф мог пройти.

Торун передала ему останки Крошителя. "Если его возьмет поэт, это хорошо, - прошептала она. "Это будет означать, что это благородный поступок, который следует увековечить. Если же его возьмет представитель закона, это плохо. Это значит, что они намерены расследовать дело о смерти лорда Гундана. Все, что вы можете сделать, - это говорить честно".

"Да".

Альф подошел к дварфам.

"Приветствую тебя, сэр Ламмергейр, герой Девяти, друг дварфов!" - воскликнул один из древних дварфов. "Наши разведчики заметили ваше приближение - вас и эльфов-колдунов. Вам здесь рады, и ваши деяния запечатлены в камне, но прошло много времени с тех пор, как вы посещали наше королевство".

"Я путешествовал. И вернулся в Некрад как раз тогда, когда..." Альф подыскивал нужные слова. "Ян послала меня, чтобы предупредить о нарастающей тьме".

"Гамлинг принес нам весть о войне с Дикими и о том, как Гундан отнял командование городом у лорда Вонда, который бежал из Некрада вместо того, чтобы защищать его. Но он также рассказал, что ты и генерал Гундан отправились на сделку со Смертью, а вернулся только ты. Что с ним стало?"

"Нас предали. Гундан... он заключил сделку с Турном. Он заключил мир. Но кто-то из нашей компании напал на Диких, и все пошло прахом".

Дварфы забормотали между собой на своем языке. Ах, они в тисках, радостно прошептал Разрушитель Чар. Они предпочли бы, чтобы Некрад был уничтожен, но также знают, что если они встанут на чью-либо сторону в войне, то Дварфхольт станет полем битвы. И они не питают особой любви к лесным эльфам.

"Кто же