Оскоров в ЦРБ 2 - Валерий Александрович Гуров

три десятка консультаций. В такие моменты я чувствовал себя живым. Но это всё потом, первым делом надо вернуть Машу. Я быстро написал девушке сообщение:

«Привет. Давно тебя не было. Придёшь сегодня на операцию?»

Девушка ответила сразу:

«Думала, ты уже не попросишь!»

«Прошу! Придёшь?»

«Да!»

Как всё просто, когда есть взаимная заинтересованность. Второй вопрос представлялся мне гораздо сложнее:

Сегодня я надеялся навсегда отвратить юного Годфрида от соблазна вымогательства.

— Добрый день, можно?

На приём пришёл новый пациент — мужчина предпенсионного возраста с маленьким пузиком и пышными усами. Он терпеливо ждал приглашения войти. Как я понял, это редкая черта для современных пациентов.

— Входите, пожалуйста, — пригласил я мужчину, — Чем могу помочь?

— Моя фамилия Полайтов, записан на три дня, — объяснил мужчина, — Но Вы уже приняли всех передо мной, вот я и решил зайти…

— Всё правильно сделали, — похвалил я пациента, — Присаживайтесь и рассказывайте, чем я могу Вам помочь? — повторил я свой вопрос.

Полайтов прошёл к столу и присел на стул для посетителей. Я обратил внимание, что мужчина бережёт левую руку. Портфель он нёс в правой. После того, как присел, правой же рукой его раскрыл и вынул свою амбулаторную карту. После чего всё той же рукой убрал портфель на пол.

Во мне кричал профессиональный интерес. Я чётко определил проблему и не мог её игнорировать.

— Мне нужно пройти осмотр хирурга для профосмотра, — объяснился мой посетитель.

— Что-нибудь беспокоит? — уточнил я, ожидая жалобы на левую руку.

Однако посетитель покачал головой.

— Всё хорошо, доктор, просто ежегодный осмотр.

У меня есть одна неприятная черта — я верю тому, что вижу. Поэтому пациенту я не верил.

— Подайте печать? — попросил я, — Шлёпну Вам в карту.

Мужчина сидел, уложив левую руку на мой рабочий стол. Прямо у его левой ладони лежала штемпельная подушечка и печать. Всего одно простое движение — и она у пациента в руке. В левой руке. Но мужчина развернулся и забрал предмет правой рукой.

— Позвольте Вашу руку? — я указал пальцем на больную конечность, — Давно отметили проблему?

— Да нормально всё… — упирался мужчина, но руку на осмотр дал.

Даже быстрого осмотра было достаточно для констатации диагноза — ложный сустав. Теперь осталось это доказать и предложить лечение.

— Вы ударились этой рукой почти год назад… — я рассказывал пациенту, что произошло, — Было больно, но Вы перетерпели. Со временем боли ушли, но слабость в руке осталась.

Пациент молча кивал, подтверждая каждое моё слово.

— Теперь при любой нагрузке у Вас появляются боли и странно сгибается рука… — продолжил я.

— Всё верно, доктор, — подтвердил Полайтов, — Но работаю я нормально, рука не мешает.

Я посмотрел на амбулаторную карту. В графе профессия значилось «шофёр». Вполне возможно, что баранку держать ложный сустав не мешал… Тем не менее я не имел права оставлять проблему без внимания. Мужчине требовался рентген и оперативное лечение.

— Через неделю выполняете рентгенологическое исследование предплечья в двух проекциях, а через десять дней ко мне.

— Док, так не пойдёт! — запротестовал мужчина, — А как же профосмотр?

— Пока подождёт, — отрезал я.

Я многократно сталкивался с безразличием людей к своему здоровью. Так было в прошлой жизни, то же самое я отмечал и в нынешней. Мои коллеги пеняли на национальные особенности характера. Но я всегда верил, что это следствие бесплатной системы здравоохранения. Не все способны осознать ценность того, за что не заплачено оторванной от сердца копеечкой.

Мужчина ушёл недовольный, а его место тут же занял другой.

Вместе с ним в кабинет проникла Света.

— Пётр Иванович, хотели меня видеть? — медсестра без приветствий перешла к делу.

— В перевязочной? — назначил я место встречи.

Мы спрятались от лишних глаз, и я поделился с медсестрой своим планом:

— У нас есть проблема — уролог берёт взятки.

Света невольно засмеялась:

— Тоже мне новость! — съязвила она, — Пётр Иванович, тут все берут! Что Вы к мальчику привязались?

— Андрей не все, — покачал я головой, — Андрей — Годфрид! Он должен быть в моей команде! А моя команда не должна состоять из коррупционеров!

— Пётр Иванович, Вы идеалист! Людям же кушать хочется! — возразила Света, — Они же не миллионы гребут, не на машины, не на квартиры!

— Ты меня не переубедишь, — упрямился я, — Надо припугнуть Андрея Андреевича. Поможешь?

— Вам всегда помогу! — торжественно заявила Света.

— Хорошо, тогда дай мне номер Настражева?

Света покопалась в своём телефоне, после чего мой прокричал «ай-ой» — номер был у меня. Я в ответ переслал медсестре «сочинение» мисс Вальжан.

— Надо вот это написать от руки и подписать. Только сделай сейчас!

Девушка смотрела на меня удивлёнными глазами.

— Пётр Иванович, а это не слишком жестоко?

Я не был склонен соглашаться с медсестрой. Моё решение позволяло искусственно сымитировать очень опасную в жизни ситуацию. Это было лучше, чем попасться по-настоящему. Так что я считал, что делаю всё правильно.

Ещё несколько нажатий — и гражданину Настражеву отправлено сообщение с приглашением ко мне в гости.

— Вот и отлично, — улыбнулся я, — Думаешь, это поможет?

— Думаю, это навеки отвернёт его от любых денег! — с ужасом в глазах сказала девушка.

* * *

Рабочий день прошёл без происшествий. Ещё несколько десятков человек позаботились о своём здоровье и получили квалифицированную консультацию. Теперь на повестке дня операции. Две штуки, и обе урологического профиля. Не любил я это. Но раз уж я взял под опеку уролога, грех жаловаться.

Ещё до окончания рабочего дня я поспешил к кабинету Андрея Андреевича.

Там меня ожидали два пациента: вчерашняя пациентка уролога — Екатерина Сергеевна и сержант Настражев. С представителем закона я уже встретился заранее и обсудил план действий. Ему, стоит отметить, моя идея очень понравилась. Единственное, что требовалось, — это скрыть лицо от Годфрида. Именно поэтому я пришёл заранее.

Пока у Андрея шёл приём, я провёл сержанта в малую операционную и «уложил» на стол, отдельно позаботившись о тщательной маскировке лица — маска и шапочка мне в этом очень помогли. После чего я без лишней брезгливости выполнил всю работу медсестры: подготовил операционный столик, биксы со стерильным бельём, «укрыл» и обработал пациента. Намылся и, полностью готовый, ожидал Андрея.

Без пяти минут восемь пришла Маша. Она была всё так же юна и чиста, как при первой встрече. Со стороны казалось, что девушка полностью восстановилась от отравления.

— Ну вот, мне ничего не оставил! — надула она губки.

Я радостно улыбнулся одними глазами — девушка восстановилась. А та неприятная страница перевёрнута и оставлена в прошлом.

— Мойся, — вместо приветствия напутствовал я девушку, — И внимательно следи за операциями. Мне нужно, чтобы такую мелочовку