Хозяин рубежа. Книга IV - Михаил Ежов

из теней. Не прошло и двух минут, как первые насекомые полезли в помещение. Конечно, тут же разваливались на куски. Гора сочащейся чёрным плоти и хитина быстро росла.

Мне оставалось установить последнюю мину, когда сквозь ячейки моей смертоносной паутины начали залетать в комнату искрящиеся части Исчадия! Между ними сразу же протягивались фиолетовые светящиеся нити.

— Больше не уйдёшь! — разнеслось в воздухе.

Свет быстро заполнял пространство, сжирая тени. Сеть в двери исчезла, и через порог хлынула лавина насекомых.

Взведя последнюю бомбу, я бросил её на пол и провалился в мрак за мгновение до того, как Исчадие высветило последнюю тень, которую отбрасывал телепорт!

Мне вслед донёсся протяжный вопль, полный злобы и ненависти, но я уже нёсся сквозь тьму. А спустя мгновение вынырнул на поверхности крепости. Два Исчадия дружно повернули ко мне круглые головы, рассечённые линиями безгубых ртов. Они рванули в атаку, но я уже совершил новый прыжок и очутился возле леса. А затем нажал на кнопку детонации и переместился к Протасову и остальным.

Когда вынырнул из тени, воздух и землю уже сотрясали взрывы. Крепость Исчадий проседала ярус за ярусом, складываясь как огромный, уродливый карточный домик!

От неё во все стороны разлетались обломки, по земле стелились клубы серой пыли. Сквозь неё тут и там пробивались рвущиеся из недр лабиринта наружу языки пламени.

— Капитан, вызывайте вертушку, — сказал я, наблюдая за тем, как Исчадия разлетаются в разные стороны вместе с обломками своего «муравейника».

Протасов немедленно связался с пилотом вертолёта. А спустя несколько минут сквозь грохот рушащегося лабиринта прорвался приближающийся стрёкот.

Коптер появился из-за верхушек деревьев, направился к пылающим развалинам, в которых копошились Исчадия, описал плавную дугу, заходя на маневр, а затем вниз посыпались бомбы.

Сначала — обычные. Они взрывались, расшвыривая чудовищ и то, что ещё осталось от их крепости.

Пилот сделал три захода, потратив все обычные бомбы, и пошёл на новый. Клубы дыма, пыли и огня поднимались всё выше, почти касаясь его днища.

Теперь уже из вертолёта сыпались особые бомбы. Они разлетались сотнями осколков костей Исчадий, поражая монстров сразу в нескольких местах, отрывая конечности и пробивая Ядра.

Тварей же, которые пытались удрать, безжалостно расстреливали из новых орудий, созданных Ярилой.

— Полагаю, можно считать, что с крепостью покончено, ваше благородие, — проговорил Протасов, когда пилот, потратив все боеприпасы, отлетел от дымящихся и полыхающих руин к лесу, где находились мы, и начал опускать машину, чтобы забрать нас.

— Полагаю, этого достаточно, — отозвался я. — Летим домой.

На самом деле, всё прошло куда лучше, чем планировалось. Просто мои спутники об этом не знали. Я собирался разрушить крепость, чтобы ослабить позиции Исчадий, а вдобавок к этому ещё и уничтожил телепорт. И что-то мне подсказывало, что таких машин у монстров немного. Может, вообще больше нет. В любом случае, после такой атаки чудища оправятся нескоро. А это значит, что у меня будет время разработать и нанести новый удар. Теперь, когда у меня есть новое оружие, можно делать вылазки и подальше, а не только зачищать близлежащие участки.

— Теперь вы позволите мне уйти? — спросил Мидлстоун, когда мы уселись в коптер и оторвались от земли.

— Хотите, чтобы вас прямо сейчас высадили? — осведомился я.

Глава 24

В течение следующей недели я занимался стройкой и укреплением рубежей. Егеря добывали и привозили Ядра Исчадий, на которых охотились за пределами нового, пока бесхозного участка, и Ярила создавала на их основе оружие. Постепенно вся моя дружина оказалась снабжена винтовками нового типа. К сторожевым башням, которые уже имелись, добавились новые — с мощными пушками с Ядрами высокоранговых тварей. Особенно много их было возведено на внешней границе. Теперь даже без гарнизона можно было особо не опасаться вторжения.

Также я слетал разок поглядеть на развалины крепости Исчадий. Она по-прежнему лежала в руинах. Твари не стали отстраивать её заново. Собственно, и самих тварей там уже не было: разбежались.

Хотелось бы думать, что они не построят новый портал, но я в этом сильно сомневался. Наверняка просто найдут другое место. Возможно — подальше от Российской границы. Что ж, меня это устраивало, ибо на подобную машину, судя по всему, уходило немало времени, а значит, в ближайшем будущем массового вторжения можно не опасаться.

Кто меня беспокоил, так это мой сосед Авинов. У него находились предметы, которые могли быть опасны. И я сомневался, что стоит оставлять их у него. А вот мне они могли пригодиться. Поэтому на третий день после разгрома крепости я отправился к соседу с визитом.

Авинова дома не оказалось, так что встретила меня его супруга. Вид у неё был уставший. Вероятно, из-за ребёнка, который не давал по ночам спать.

— Дмитрия сейчас нет, — сказала она после обмена любезностями. — Он поехал на окраину поселения проверять, как там стройка идёт. Если хотите, поищите его там. Я, правда, не знаю, где именно он находится.

— Уверен, что найду вашего супруга, — заверил я женщину и, поблагодарив, отправился на прогулку по участку.

Меня сопровождали двое дружинников. Остальных я оставил во дворе особняка рядом с машиной.

Авинов был явным сторонником классического стиля, так что его поселение напоминало, скорее, дворцовый комплекс, чем современный городок. Надо отдать должное ему и его архитектору, справлялись они отлично. И дома, и планировка выглядели продуманными и почти безупречными. Оно и неудивительно, ведь в Академии учат прилежно, а назначения на Фронтир получают лишь лучшие.

Я отыскал Авинова на самой окраине, где он стол, задрав голову и наблюдая за тем, как миньоны заканчивают сооружение сторожевой башни. Когда я окликнул его, он резко обернулся. На лице появилась слегка удивлённая улыбка.

— Родион Николаевич, рад видеть! Какими судьбами?

Мы обменялись рукопожатием.

— Дмитрий Русланович, я к вам по серьёзному делу, — сказал я. — Есть тревожные новости. Для нас обоих.

Лицо моего собеседника немедленно омрачилось.

— Что случилось? — спросил он.

— Нужно обсудить там, где нас не услышат.

Я постарался изобразить взглядом максимальную озабоченность. Это подействовало.

— Конечно! — кивнул Авинов. — Давайте поедем домой. Там и поговорим.

Мы отправились назад. Пока шли, сосед, которого молчание откровенно тяготило, нервно рассказывал мне о ходе строительства и развития участка.

Наконец, мы добрались до особняка.

— Я велю принести чаю и пирожных, — сказал Авинов, когда мы расположились в его кабинете.

— Не нужно, — отказался я. — Давайте сразу к делу.

— Да-да, конечно, — закивал Авинов.

Кажется, мне удалось привести его в нужную кондицию.

— У меня есть кое-какие связи в городе, — начал я веско. — И мне сообщили, что нападение на