Хозяин рубежа. Книга IV - Михаил Ежов

— Дорогой мой господин Львов, — улыбнулся он и показал на большое кресло, стоявшее напротив стола. — Прошу, присаживайтесь. Как добрались?

— Спасибо, вполне успешно. Обошлось без происшествий.

— Я не ждал вас так рано.

— Я воспользовался вертолётом.

— А, ясно. Весьма разумно. Очень экономит время.

— Поздравляю с новой должностью.

— Она ещё не вполне моя. Но я надеюсь. Мне тут доложили, что вы подали прошение о присвоении вам права собственности на ещё один участок, — с этими словами Балакирев придвинул к себе лежавший справа от него листок. — Не многовато ли? У вас ведь даже архитектора и инженера нет.

— Они есть на втором участке.

— Это хорошо, — кивнул Балакирев. — Но речь идёт о третьем. У вас сейчас вовсю идёт строительство. Материалов много, проект долгий. Зачем вам ещё один участок?

— Я имею на него право. Так почему бы нет?

— Право вы, конечно, имеете, — помолчав, сказал Порфирий Иванович. — Формально. И если докажете, что способны покрыть новую территорию своим Даром. Впрочем, вы, как я понимаю, в этом уверены.

Я кивнул.

— Это, конечно, удивительно, однако не вижу повода сомневаться. Раз вы уверены, то, вероятно, так и есть. Вот только одна загвоздка, господин Львов.

— Какая?

— Анахронит, — веско и со значением ответил Балакирев. — Если вас по какой-то трагической случайности не станет, всё, что вы построили, придётся срочно переводить под контроль другого проектировщика. Иначе здания через некоторое время начнут стремительно разрушаться. Вам и самому это известно. Вы ведь участвовали в этой процедуре, когда получили участок господина Молчанова.

— Да, мне это известно.

— Кроме того, вы не женаты, — добавил Балакирев. — А у владельца такой обширной территории, особенно на границе, должны быть наследники. Кроме того, — тут он поднял указательный палец. — Через ваш участок пройдёт железная дорога. Да, вопрос концессии решён. В вашу пользу. Так что поздравляю.

— Благодарю, — ответил я. — Но каким образом это мешает мне получить третий участок? Я, кстати, принимал непосредственное участие в его зачистке. Можно даже сказать, личное.

— Это мне известно, не сомневайтесь. И я учёл данный факт. Однако мне полагается действовать в интересах Империи, господин Львов. И исходить из принципов справедливости. После того как железная дорога будет проложена по вашему нынешнему участку, она продолжится по земле, на которую вы претендуете. Два участка с железной дорогой — это слишком много для одного. Вы понимаете?

— Понимаю, — ответил я. — Значит, вы мне отказываете?

— Решение по данному вопросу пока не принято. Но счёл нужным предупредить вас, что шансы невелики.

Что ж, Порфирий Иванович обещал мне железную дорогу и слово сдержал. Но он не обещал, что я буду получать все новые участки, граничащие с моим. И у него имелись объективные аргументы — это следовало признать.

— Есть ли способ повлиять на ваше решение? — спросил я прямо.

— Видите ли, господин Львов, распределение участков не находится в ведении только губернатора. Земельная Палата очень строго следит за тем, чтобы новые территории распределялись эргономично. И могу вас уверить, что, хотя я лично никак не планирую препятствовать получению вами нового участка, чиновники из Земельной Палаты совершенно точно сочтут передачу третьего участка одному проектировщику, с учётом перечисленных мною условий, неприемлемым действием. Видите ли, хоть вы имеете право на землю, которую способны покрыть, соображения безопасности государственной границы считаются приоритетными.

— Я вас понял, Ваше Превосходительство, — сказал я. — Можно ли узнать, когда будет принято окончательное решение?

— Полагаю, в течение недели. Многое зависит от того, когда появится подходящий кандидат на новый участок.

Я поднялся.

— Ясно, Порфирий Иванович. Спасибо, что предупредили.

— Я решил, что такой находчивый человек, как вы, Родион Николаевич, должен иметь время, чтобы предпринять что-то ради защиты своих интересов.

— Полагаю, теперь я ваш должник.

— Только если моё предуведомление окажется для вас полезно, — тонко улыбнулся Балакирев.

Попрощавшись с будущим губернатором, я покинул здание администрации, но спешить домой не стал. Для начала отправился в местный ресторан, где заказал в отдельном кабинете шикарный обед. А пока ждал заказ, набрал номер Колоскова — посредника, который не так давно привёз мне предложение от Долотова насчёт открытия сети мясных лавок.

Колосков ответил всего через три гудка.

— Алло?

— Эдуард Иванович?

— Да, это я. С кем имею честь и чем могу помочь?

— Говорит Родион Николаевич Львов. Возможно, вы меня помните. Мы недавно встречались.

— Родион Николаевич! — несколько преувеличенно обрадовался Колосков. — Какая радость вас слышать! Вы подумали насчёт предложения Саввы Михайловича?

— Подумал. Мне нужно с ним встретиться и лично обсудить кое-какие условия.

— Хм… Понимаю. Вы можете подождать немного? Или вам лучше перезвонить?

— Перезвоните.

— Хорошо.

Колосков набрал меня спустя минут семь. Я как раз принялся за салат, который принёс официант.

— Савва Михайлович будет рад, если вы к нему заглянете, — сказал он. — Когда вам удобно?

— Собственно, я как раз сейчас в городе.

— Секундочку, господин Львов…

Очевидно, Колосков прервал разговор, чтобы спросить своего начальника, готов ли тот встретиться со мной сегодня. Я почти не сомневался, что мясопромышленник не захочет упускать возможность заключить выгодную сделку.

— Алло, Родион Николаевич?

— Да, я здесь.

— Через час вам будет удобно?

— Более, чем.

Как раз успею пообедать.

— Тогда извольте записать адрес.

Через минуту я попрощался с Колосковым и сбросил звонок.

Итак, после обеда меня ждала встреча с одним из самых могущественных дельцов Западного Фронтира. Если у него нет возможности повлиять на Земельную Палату, то уж не знаю, у кого она есть. По крайней мере, из тех, к кому я могу обратиться. Другое дело — захочет ли он.

Это мне предстояло выяснить в самом скором времени.

Глава 25

Расплатившись за обед, я вызвал такси и поехал по указанному Колосковым адресу. Поначалу думал, что жилище мясопромышленника находится в Орловске, но вскоре стало ясно, что мы покинули пределы города и едем по просёлочной дороге, хоть и асфальтированной, но не слишком широкой. С одной стороны возвышался сосновый лес, с другой простиралось поле, посреди которого виднелись движущиеся красные комбайны.

Спустя минут десять водитель притормозил и свернул вправо. Мы покатили между смыкающими кроны вязами и дубами, от которых на дорогу ложились причудливые тени.

Ехать пришлось недолго: уже метров через пятьсот показалась каменная ограда с витой колючей проволокой наверху и железные ворота, на которых красовалось изображение сцепившихся рогами быков.

Когда мы остановились, из встроенной в ограду сторожки вышел охранник.

— Родион Николаевич Львов, — представился я, опустив стекло.

— Проезжайте, — кивнул секьюрити. — Сейчас открою.

Он вернулся в будку, и створки ворот начали медленно разъезжаться. Спустя минуту