Системный Кузнец XII - Ярослав Мечников

Я посмотрел на магистра Гильдии Ядра, и, чтобы тот понял, посмотрел внимательно. Подтекст у меня шёл такой: не заключайте с ними сделку у меня за спиной. Просто заберите меня отсюда, и мы всё сделаем без них.

— Послушайте. Мне не нужно место в вашей Гильдии — ни временное, ни постоянное, никакое. Я готов сковать оружие. Знаю, что и как. Для работы мне нужна обыкновенная кузня. Ничего особенного. Несколько ресурсов, и всё.

Магистр Вальмонте смотрел на меня очень внимательно. Я видел, как он считывает то, что я не сказал. Видел, как у него под усами дрогнула губа.

Он перевёл глаза на Иль-Примо. Иль-Примо посмотрел на меня. Глаза у старика были усталые.

— Великие Горны… — начал опять старик.

— Мне не интересны, — закончил я. — Просто оставьте мне камень. Заплатите золотом по делу, по факту готовой работы. Дайте мастерскую вне этих стен. И вы получите оружие быстро.

Я говорил твёрдо, без места для торга. Вести переговоры с этими не хотел больше ни в каком виде. Хватит с меня.

— Это неслыханная дерзость! — Октавио вскочил с кресла, и сухое его тело распрямилось, как пружина старого замка. — Грандмастер, мальчишка торгуется с советом, как лавочник на рынке! В стенах Цитадели, у плиты молота и пламени!

— Это неуважение, — голос Сильвии прозвучал тише, но обрезал воздух. Она не поднялась, только повернула голову к Иль-Примо. — К Гильдии, к её устоям, к её порядку и к её имени. Если мы сегодня выпустим из рук камень и мастера на таких условиях, завтра у нас постучится в ворота любой бродячий кузнец и потребует мастерскую за стенами и кошель сверху.

Гор не сказал ничего. Сидел, упёршись локтями в подлокотники, сцепив пальцы, и смотрел в плиту у моих ног. По щеке у него ходила жилка.

Иль-Примо молчал долго. Смотрел не на меня, а сквозь меня, куда-то в чёрный базальт за моей спиной. Глаза у него шла работа.

Магистр Вальмонте поднялся со своей ложи. Старик кряжистый, ниже меня на голову, в простом колете, без перстней и цепей. Сделал два шага вперёд, остановился у края ложи, не выходя на плиту, и склонил голову ровно настолько, насколько склоняет голову охотник перед старшим, признавая за тем право решать.

— Прошу, — сказал он, и хриплый голос лёг под свод без эха. — Освободить Кая с севера под мою личную ответственность. Во благо Иль-Ферро и всех Вольных Городов. Иль-Примо.

И остался стоять так, со склонённой головой, ожидая ответа.

Глава 13

Грандмастер молчал долго. Глаза прищурил, смотрел на магистра Вальмонте, и во взгляде шла работа, какая бывает у мастера, прикидывающего, выдержит ли поковка ещё один нагрев или треснет посередине.

Магистр стоял со склонённой головой и не двигался. Брок на ложе поджал губы и смотрел в пол. Целители на левой ложе сидели неподвижно, только Алекс позади них перехватил мой взгляд и едва заметно прищурился.

Я ждал.

Понимал, что позиция у меня сейчас сильная, как мало когда бывала. Время поджимало их со всех сторон, мастера с настоящим знанием по Левиафану у них на острове не было, а парня, которому я нужен живым и свободным, поддерживал глава Гильдии Ядра. Девать им меня некуда. Поэтому, как ни крути, я предчувствовал, что старик скажет «хорошо».

Иль-Примо медленно опустился обратно в кресло. Положил ладони на подлокотники.

— Хорошо, — сказал он тихо. — Хорошо. Гильдия пойдёт навстречу вашей просьбе, магистр Вальмонте.

Магистр поднял голову и кивнул.

— Но прежде, — добавил Грандмастер, и голос окреп, — пусть и срочность велика, мы зададим Каю с севера ещё несколько вопросов о том, что он видел на восточном склоне. Дело такое, что без ясности нам нельзя.

Старик посмотрел на меня. Я ответил прямым взглядом. Кандалы холодили запястья.

— Ты сказал, существо названо Сольфаром. Иначе как-нибудь Маэстро Ферро его именовал? Другим именем, прозвищем, титулом?

Я задумался. Перебрал в голове, что Ферро мне успел сказать в каверне между ударами и сипящим хохотом своим двутональным.

— Нет, Грандмастер — Сольфаром и только. Звал его истинным хозяином острова, что был здесь ещё до людей. Говорил, что запечатали его семеро сильных практиков. Очень давно, по его словам.

Иль-Примо кивнул, не сводя с меня глаз.

— Это всё?

— Не всё.

Зал притих сильнее.

— Когда я его убил, — продолжил я, — взглянул существу в глаза. Не знаю, как объяснить, но меня затянуло — видение пришло, и в этом видении я разглядел… нечто наподобие паутины. Жгуты, тянущиеся через мир в разные стороны. И в узлах этой паутины сидели другие звери. Громадные. Духовные лорды, как я понимаю. По всем углам, далеко друг от друга. И один из них — я узнал по силуэту, по плавникам и гребню шипов — это Левиафан, что вышел сегодня к острову.

Гор перестал сопеть. Сильвия чуть наклонилась вперёд. Октавио сидел неподвижно, только пальцы у него на подлокотнике сжались плотнее.

— Я думаю, — подбирал слова осторожно, — что когда Ферро потревожил Сольфара, всколыхнулся и Левиафан. Может, проснулся вслед. А может, проснулся раньше и пришёл сюда на его зов. Понять трудно, но связь между ними есть, это я говорю как видел.

Грандмастер не перебивал. Магистр Вальмонте смотрел мне в лицо.

— И ещё. В этом видении звучал голос — один, общий, на всю паутину. Он называл каждого из лордов истинными именами. Древними, как я думаю. Сольфара этот голос назвал… — я помедлил, и произнёс ровно, как услышал тогда, — Кальцифер-Тхун.

В зале вспыхнуло.

Голоса заговорили вразнобой, и в первые секунды я не разобрал ни одной фразы целиком. Кто-то охнул, кто-то выругался под нос. Сильвия повернулась к Октавио, а тот к Иль-Примо. Гор повёл головой и буркнул что-то.

«Не может быть».

«Кальцифер-Тхун. Старые свитки».

«Под основанием. Под самым основанием, Сильвия».

«Я говорил же, я ведь говорил…»

Слова летели сбивчиво, наслаивались. Главное ясно по лицам: эти четверо слышали такое имя раньше, и сильно его побаивались.

Иль-Примо поднял ладонь. Голоса стихли, но кресла под членами совета продолжали поскрипывать, тела ёрзали, переглядывались.

— Ты уверен, — старик посмотрел на меня очень внимательно, — что слышал именно Кальцифер-Тхун? Не похожее имя, не другое сочетание?

— Уверен, так и слышал. Имя легло в голову, будто гвоздём прибили.

Грандмастер покачал головой. Выдохнул сквозь зубы. На щеках у него обозначились морщины глубже, чем были минуту назад.

Магистр Вальмонте откашлялся коротко.

— Если позволите, Грандмастер. Дело такое, что медлить с ним совсем не