Король старьевщиков - Кассандра Клэр

сказала Лин. – Этот амулет защищает не от яда. Он защищает от опасности. От всего, что может угрожать жизни владельца. И изготовлен он в те времена, когда амулеты были гораздо более могущественными, чем сейчас. Стрела, скорее всего, сломается прежде, чем долетит до него.

Кел произнес незнакомым голосом:

– Если бы у Конора имелся такой талисман, ему, возможно, даже не понадобился бы Ловец Мечей.

– Мне очень интересно, где Гремонт раздобыл его, – сказал Джеррод. – Очень интересно. – Он взглянул на Меррена. – Значит, нам остается только одно. Мы должны украсть амулет…

– Прекрати. – Стальной голос Андрейена заставил бандита замолчать. В комнате наступила тишина. – И вы все прекратите. Забудьте об этих глупостях раз и навсегда.

Он поднялся на ноги. Лин иногда забывала о том, какой он высокий, высокий и худощавый – словно длинная тень на рассвете.

– Такие амулеты, несущие сложную магию, могут быть очень могущественными. В древности существовали страшные магические предметы: они могли не только вернуть врагу зло, которое тот намеревался причинить владельцу, но и усилить его в семь раз. – Он повернулся к Меррену. – Ты ведь мне веришь?

Меррен кивнул. Лин подумала, что Андрейен очень много знает об амулетах, хотя это не слишком ее удивило; его всегда занимала магия. Собственно, на этой почве они и познакомились.

Голос Андрейена смягчился.

– Я займусь этим амулетом. Точнее, его происхождением. Торговать подобными колдовскими предметами незаконно. Если Гремонт купил его, я наверняка смогу найти продавца. А вы пока забудьте об этом и сосредоточьтесь на вопросе Сияющей галереи. – Он провел пальцами по набалдашнику трости; это был характерный для него жест. – Кстати, я не удивлюсь, если во время расследования массового убийства всплывет имя Гремонта.

Кел, который стоял, скрестив руки на груди, выпрямился и расправил плечи.

– Вы считаете, что Артал Гремонт каким-то образом замешан в этом преступлении? Я бы с радостью посмотрел, как он болтается на виселице в Талли, но он буквально несколько дней назад вернулся из ссылки.

Губы Короля Старьевщиков медленно раздвинулись в страшной улыбке.

– Вот именно, вернулся – потому что в ту ночь убили его отца. Получил наследство, и ссылка закончилась. Когда ищешь преступника, всегда нужно сначала понять, кто получит выгоду от преступления.

Некоторое время все молчали. Меррен недовольно надулся, но Лин знала, что он не станет спорить с Андрейеном, которого тот обожал. И для которого Король Старьевщиков в некотором роде заменил отца – хотя разница в возрасте между Андрейеном и его сообщниками была не настолько велика.

– Ну что ж, – сказал Джеррод, – мы знаем, куда двигаться. Легат сообщил Келу, что Магали Берт придет на бои крокодилов, которые устраивают на Арене в День Элля. Там мы ее и найдем.

– И что вы сделаете? Будете ее допрашивать с пристрастием? – спросила Лин.

– Поговорим с ней. Со мной она согласится общаться. Я с Горы, она знает меня много лет, – ответил Кел. – Если в плане насчет Дня Элля что-то изменится, дайте мне знать по обычным каналам. – Он криво усмехнулся. – Увы, но мне пора. Через два дня мне предстоит встречать принцессу, и подготовка к церемонии еще не закончена.

Двумя днями позже Кел, одетый в костюм Конора, в короне принца и с талисманом на шее, ехал по проспекту Рута Магна в открытой королевской карете. Дорогу, которая начиналась на Узком Перевале и заканчивалась в гавани, обступили граждане Кастеллана, вышедшие приветствовать свою новую принцессу.

Казалось, они успели забыть о том, что всего три месяца назад у них была совершенно другая принцесса – девочка, которая не прожила в городе и недели, прежде чем ее убили. Людская память коротка, а народ всегда рад поводу что-нибудь отпраздновать, думал Кел, напоминая себе о том, что следует время от времени наклонять голову и приветствовать подданных. Они восторженно вопили, когда карета проезжала мимо, и размахивали желтыми хризантемами, которые утром раздавали солдаты Дворцовой гвардии.

Но люди не бросали цветы на дорогу – они ждали появления принцессы. Ведь именно ее они так жаждали увидеть. Прекрасна ли она? Величественно ли держится? Можно ли будет гордиться ею? Сегодня наследный принц оказался в тени, и при этой мысли Кел мог испытывать лишь облегчение.

Королева Лилибет осталась во Дворце; она была занята последними приготовлениями к прибытию Анжелики Ируваи. Джоливет тоже не стал сопровождать Ловца Мечей, и это показалось Келу странным. Обычно легат присутствовал на подобных важных церемониях. Кел размышлял о том, не связано ли это с расследованием убийств в Сияющей галерее.

Он ощущал слабую головную боль и знал, что скоро голова разболится еще сильнее. Нет, ему нельзя думать о расследовании. Сейчас он – Конор, он должен делать то, что делал бы Конор в такой ситуации. Ему следовало быть начеку, и это касалось не только возможных опасностей; необходимо было следить за правдоподобием представления. Он дал клятву; это его долг перед Конором.

Когда они в последний раз повернули за угол и впереди показалась Королевская пристань, Кел увидел, что ее тоже подготовили к встрече принцессы. Деревянное сооружение заново выкрасили золотой краской, перила украсили множеством плетистых роз, после чего цветы тоже были покрыты краской – золотой, цвета Дома Аврелианов. Кел подумал, что пристань похожа на гигантскую золотую тарелку на синей скатерти.

Когда карета остановилась и Кел вышел, в порту было спокойно. Сегодня утром Лилибет и Джоливет поспорили: королева хотела, чтобы принц встречал принцессу один, без солдат и советников, которые могли испортить волнующий момент, а легат напомнил ей, что они отправляли туда Ловца Мечей именно из-за возможной угрозы, и выставить охрану будет всего лишь разумной предосторожностью. В конце концов они пришли к компромиссу. Конные солдаты Эскадрона стрел образовали алый полукруг за спиной бригадира Бенасета, который сидел на белом жеребце легата, но не приближались к пристани.

Кел оглядел полукруглую гавань и улицу, которая шла параллельно берегу и которую называли Ключ. Торговые пристани были закрыты, и на деревянных платформах толпились люди с цветами, смотрящие в сторону моря. Двери прибрежных таверн были распахнуты, оттуда доносилась веселая музыка. Лишь силуэты военных кораблей, стоящих на якоре неподалеку от Тиндариса, напоминали о том, что Кастеллан готов к нападению.

В толпе раздался крик. На горизонте появилась черная точка; дул попутный ветер, и точка быстро увеличивалась в размере. Был погожий день, голубое небо и синее море сливались на горизонте. Огромный корабль из Кутани был хорошо виден во всем своем великолепии; он скользил по морю, как вдовствующая королева по бальному залу. При виде алых и оранжевых парусов Келу